Играя в любовь - Тереза Ромейн

Как только стихли последние звуки кадрили, Эдмунд перестал фальшиво улыбаться и рассыпаться неискренними комплиментами в адрес хозяйки вечера. Неуклюжесть леди Аллингем чуть было не стоила Киркпатрику сапог. Слава богу, им удалось не задеть никого из других пар и благополучно закончить танец.

– Боже правый, Киркпатрик! – взволнованно забормотала графиня, схватив кавалера под руку и сквозь толпу направившись к дверям. – Не могу вспомнить, когда последний раз танцевала кадриль. Не в этом году точно. Клянусь вам! Я даже перепутала местами последние фигуры.

– Вовсе нет, – соврал Эдмунд. – Вы кружились по залу легко, словно перышко, точно хоровод танцующих нарциссов.

Комплимент был не к месту, но, кажется, эпитет из Водсворта пришелся графине по душе. Любой великосветской даме с пятью дочерьми на выданье, две из которых страдали нынче от болезни легких, иногда необходимо забыть о бесконечных хлопотах и немного развеяться. Даже если это и стоило кому-то отдавленных пальцев ног.

Эдмунд сдержанно улыбался и внимательно рассматривал толпу гостей, пока пухлощекая графиня без умолку тараторила о том, как непросто организовывать балы. Впредь ему следовало быть осмотрительнее в выборе партнерши, особенно теперь, ведь последний танец перед ужином обыкновенно был не из коротких.

Сквозь бесконечный поток болтовни леди Аллингем Эдмунд вдруг услышал знакомый смех – слишком громкий для благовоспитанных леди, слишком чувственный и неподдельный. Так умела смеяться только Джейн. Только сейчас он понял, что уже, должно быть, изрядно опоздал.

Пообещав ей вернуться через час, он мгновенно окунулся в мир бальных танцев и разговоров. Следуя своему правилу, Эдмунд приглашал только одиноких, всеми забытых дам – старых дев, вдов, а то и вовсе их компаньонок – и пытался распределить свое время равномерно между всеми обделенными вниманием дамами, приподнимая им настроение шутками и самыми немыслимыми комплиментами, на какие только был способен.

Теперь же его больше занимали мысли, как провела последний час Джейн. Разумеется, он должен был уделить какое-то время и собственной жене.

Леди Аллингем между тем пустилась в пространные объяснения про выбор бумаги для пригласительных билетов на бал.

– В конце концов мы остановились на одиннадцатом варианте, с позолотой по краям. Прелестно, вы не находите?

– Безусловно. – Эдмунд не имел ни малейшего понятия, с чем только что согласился, но, слава богу, у него появилась возможность вставить хоть слово. – Если позволите, я ненадолго вас покину. Мне необходимо найти свою супругу.

Хозяйка бала по-матерински похлопала его по плечу:

– Ох уж эти молодожены! Прямо неразлучны! Вы были очень любезны, пригласив меня на танец, Киркпатрик. А теперь бегите же, ищите свою жену!

Эдмунд и в самом деле был сегодня необыкновенно любезен со всеми, кроме собственной жены, а уж она-то заслуживала его внимания больше всех.

– Благодарю за оказанную мне честь, – наконец-то откланялся барон и поспешил к своей баронессе.

Несмотря на неприметную наружность и невысокий рост, у Джейн был бесподобный смех, поэтому отыскать ее не составило особого труда. Двинувшись на звук ее голоса, он довольно быстро обнаружил жену в компании человека, показавшегося ему смутно знакомым. Эдмунд начал перебирать в памяти лица и имена, но никак не мог вспомнить этого джентльмена.

– …прямиком в Ганг, – услышал он слова мужчины. – Можете поверить? Меня смывало вниз по склону грязевым потоком, будто ребенка на ледяной горке.

Вспомнил: Даниел Беллами – вот кто это. Тот самый сагиб, который был на их свадьбе, какой-то знакомый Хавьера, должно быть.

Эдмунд приблизился к ним и остановился чуть сбоку, выжидая, пока Джейн сама заметит его присутствие, в то время как пожилой господин продолжал свой захватывающий рассказ:

– И снова меня спас слон: обхватил хоботом и поднял словно ребенка. Затем у него на спине я вернулся домой, и мне ничего не оставалось, кроме как оставить слона у себя в качестве домашнего питомца. Он всюду ходил за мной следом – такое преданное животное! Наверное, он расстроился из-за моего отъезда в Англию куда больше меня, но едва ли я смог бы держать его в Лондоне.

Эдмунду пришлось вмешаться, дабы его наконец заметили.

– Да как же вы держали слона? Ведь они очень много едят.

Джейн обернулась, и выражение ее лица тут же сменилось с восторженного на укоризненное.

– Здравствуйте, Киркпатрик. Вы пропустили начало истории.

– Ну что вы, что вы! – Беллами обнажил белоснежные зубы, сильно контрастировавшие с его коричневым от загара лицом. – Если вы бывали в Индии, милорд, то знаете, что уход за слоном не доставляет особых хлопот.

– К сожалению, не имел удовольствия бывать в Индии. – Эдмунду не хотелось продолжать разговор. – Джейн, не окажете мне любезность?..

– Вы не узнаете меня, милорд? – широко улыбнулся джентльмен.

– Ну почему же… вы были на свадьбе, – не очень любезно отозвался Эдмунд, раздраженный навязчивостью собеседника. – Беллами, не так ли?

– Верно. Мои поздравления самой очаровательной новобрачной на свете, – поклонился Беллами Джейн. – Я как раз собирался просить леди Киркпатрик оказать мне честь, подарив последний танец перед ужином.

Эдмунд нахмурился, но возразить не успел – Джейн поспешила ответить сама:

– Простите, Даниел, но этот танец уже обещан мужу.

– Ну что ж… – на лице Беллами отразилось разочарование. – Иного ответа я и не ожидал. В первые недели после свадьбы новобрачных невозможно оторвать друг от друга. Наслаждайтесь этим временем, пока можете, милорд, и вы, леди Киркпатрик.

Коротко поклонившись обоим, он удалился, и Эдмунд тотчас же повернулся к Джейн.

– Ты назвала его Даниел! Но ведь вы едва знакомы. Ты даже меня не зовешь по имени.

Она наградила его многозначительным взглядом.

– Назвала однажды, но, кажется, тебе не понравилось.

Конечно! Ведь тогда она сказала, что любит его.

– Мне понравилось, поэтому впредь, прошу тебя, обращайся ко мне с той же нежностью, что и к случайным знакомым. Особенно к тем, кто рассказывает нелепые байки о слонах.

– Вовсе не байки, а вполне реальные и очень интересные истории. Меня буквально завораживают рассказы о путешествиях, особенно по Индии. А называть его по имени он предложил мне сам. Заметь, Эдмунд, я ему ничего подобного не предлагала.

Эдмунд чувствовал укор в каждой брошенной ею фразе. Как этому странному чужаку удалось завладеть воображением его жены и так скоро расположить ее к себе? Своими историями Беллами перенес ее в другую часть света, в то время как Эдмунд мог разве что привезти на бал.

– Кроме того, – добавила Джейн так тихо, что ему пришлось наклониться, – ты явно не нуждался в моем обществе, пока танцевал со всеми присутствующими здесь особами женского пола.