Играя в любовь - Тереза Ромейн

Боже, как же здорово чувствовать себя таким пропащим.

– Слуги, – выдохнула Джейн и отстранилась. – Нам вот-вот принесут ужин.

– Слугам известно, что полагается делать под омелой.

– Полагается? Ты поцеловал меня только из-за омелы? А если бы ее здесь не было?

Эдмунд улыбнулся:

– Как ты думаешь, кто позаботился о том, чтобы омелу развесили по всему дому?

Эдмунд поднял упавший сверток и следом за Джейн вошел в гостиную. Буквально через минуту им принесли ужин – сандвичи, холодного цыпленка, чай и кружки с ароматным пряным глинтвейном. Пока лакей расставлял тарелки, Эдмунд рассеянно ворошил угли в камине и размышлял, что впервые в жизни почувствовал внутреннюю свободу и нежность к женщине, которую держал в объятиях.

Лакей с поклоном удалился, а Эдмунд и Джейн с полными тарелками уселись на ковер перед камином.

– Джейн, признаться, меня мучает любопытство. Что за подарок ты мне приготовила и почему завернулась в бумагу?

Джейн робко улыбнулась:

– Мой подарок – это… я. Помнишь, ты сказал, чтобы я пришла не в гости, а навсегда… И вот я здесь, если ты не передумал.

Эдмунд не верил своим ушам.

– Ты здесь. Значит, ты вернулась. Навсегда?

– Угу, – кивнула она, отправив в рот солидный кусок цыпленка.

– Лучшего подарка я не получал никогда в жизни.

Она поперхнулась и закашлялась, а Эдмунд похлопал ее по спине и снова спросил:

– Ты останешься со мной?

– Да, – подтвердила Джейн.

– Но почему ты сказала, что это ужасно глупо?

Она опустила глаза.

– Я не знала, понравится ли тебе такой подарок. Ужасно глупо навязываться тому, кто тебя не желает. Мне кажется, я только и делала, что преследовала тебя и умоляла о любви. Так больше продолжаться не может. Мне необходимо понять, нужна ли я тебе и хочешь ли ты, чтобы я вернулась.

– Нужна ли ты мне? О боже, что за вопрос! Если бы ты знала, как я боялся тебя потерять.

Джейн пристально посмотрела ему в глаза.

– Тебе меня не хватало?

– Не хватало? – повторил Киркпатрик медленно. – Очень. Я люблю тебя.

Джейн застыла, не в силах произнести ни звука.

– Ты мне веришь? Хочешь, я повторю это еще раз?

– Хочу.

– Я люблю тебя, Джейн. Наверное, всегда любил, но не осознавал этого.

– Лучше поздно, чем никогда, – улыбнулась она и поцеловала его. – И я тебя люблю, да ты и сам это знаешь.

Эдмунд хоть и не прикасался еще к глинтвейну, слегка опьянел от ее поцелуя.

– Счастлив слышать. А почему «само собой разумеется»?

– Теперь-то ты мне веришь? Ты думал, меня оттолкнет та давняя история? Но я же говорила, кого считаю ее героем.

– Не в каждой истории есть герой.

– Не в каждой, но в этой есть.

– Поцелуй меня еще.

– Непременно. После того как получу свой подарок.

Эдмунд взял с кресла продолговатый сверток и протянул Джейн. Чуть дрожащими пальцами она развязала ленту, сняла оберточную бумагу и ахнула.

– «Сицилия»!

– Теперь нам ничто не мешает отправиться туда.

– Верно. Но, может быть, сначала в Корнуолл?

Джейн неуверенно посмотрела на него в ожидании реакции на ее предложение. Честно говоря, Эдмунд и сам не знал, что на это ответить. Первым желанием было выкрикнуть: «Нет, черт подери!» – но он подавил его и задумался.

Раньше он думал, что с семьей его связывает только закон и долг, но сейчас понял: ему всегда хотелось большего – настоящей крепкой семьи. Теперь, когда Тернер окончательно исчез с горизонта, они могли начать с чистого листа, забыть прошлое. Двадцати лет более чем достаточно, чтобы забыть его проступок и простить.

Возможно, благодаря неиссякаемой энергии Джейн, семья Киркпатрик наконец-то воссоединится.

– Мне хочется познакомить тебя с ними.

– Я тоже этого хочу, – улыбнулась в ответ жена.

Часы пробили двенадцать раз.

– Полночь, – объявила Джейн.

– Счастливого Рождества! – воскликнул Эдмунд и поцеловал ее снова, и поцелуй под омелой не шел ни в какое сравнение с тем, что он испытал сейчас.

Джейн опять прервала его первой и выдохнула:

– Интересно, что теперь про нас будут говорить в свете?

– Что мы счастливы и что я от тебя без ума.

– И весь высший свет увидит это? – с озорной улыбкой спросила Джейн.

– Непременно. Но, если ты не против, давай на некоторое время скроемся от сплетников.

– О, – вздохнула Джейн. – Ты хочешь опять заняться наследником?

– Да, хочу, и сына, и дочку, но больше всего я хочу тебя.

Рождественская ночь вступила в свои права, и лорд и леди Киркпатрик получили самый желанный подарок – друг друга.