Моя прекрасная жертва - Джейми Макгвайр

– Заказ готов! – крикнул Чак в раздаточное окошко.

Когда он произносил эту фразу, его низкий голос звучал внушительно, как никогда. Была суббота, стоял шикарный теплый день, и хор голосов был громче обычного. Почти за всеми столиками сидели семьи с детьми. Младенцы кричали, двухлетний малыш бегал кругами, несколько подростков покатывались со смеху, склонившись над одним телефоном.

Ханна, старшеклассница, которая помогала нам в выходные, проверяла столики, порхая от одного к другому, как колибри по цветущему лугу.

– Ой! Извиняюсь! – воскликнула она, чуть не налетев на малыша: с тех пор как его привели, он только и делал, что путался у всех под ногами.

– Джек! – крикнула мать. – Иди сюда сейчас же!

Ребенок побежал к ней. Судя по улыбке на его физиономии, он понимал, что еще не совсем истощил ее терпение.

– Боже мой! – Ханна сдула с лица длинные пряди золотистых волос. – Сегодня сумасшествие, прямо как в праздник!

– Спасибо, что пришла, – ответила я, разливая холодный чай в четыре высоких стакана. – У тебя ведь по субботам волейбол?

– Ага. Через год я заканчиваю школу… Даже не верится! – Ханна вздохнула: – И что вы будете без меня делать следующим летом?

– Ты к нам не вернешься?

Она пожала плечами:

– Мама хочет, чтобы мы с ней все лето путешествовали. Потом я уеду в колледж.

– Будет здорово! – вежливо улыбнулась я.

– Врешь, ты так не думаешь!

– Есть немного… – призналась я. – Целое лето колесить с Блер – это было бы мучение.

Ханна сжала губы, секунду помолчала и сказала:

– Жаль, что ты не ладишь с родителями. Вообще-то, ты такая приятная!

Она не знала доктора Блер Фейрчайлд – вездесущую злую королеву, которой невозможно угодить.

– Моя мать взрывалась, если видела край брючины, торчащий из корзины для белья. А когда мы приходили куда-нибудь, где была очередь, становилась еще невыносимей обычного. О том, чтобы водить меня в парк на карусели, даже речи не шло. Ну а за тебя я рада. Со своей мамой ты действительно хорошо отдохнешь.

Ханна улыбнулась, но внезапно улыбка сползла с ее лица:

– Черт! Надо взять деньги у Эштонов. Пришел Джон Делейни со своей малышней.

– Привел всех пятерых? – я обернулась.

Джон был нагружен двумя креслами-переносками, в которых лежали его сыновья-близнецы. Мари, держа на руках трехлетнюю дочь, нагнулась и что-то сказала двум девочкам школьного возраста.

Раньше Джон тренировал школьную женскую команду по лакроссу, а теперь работал продавцом в автосалоне. Сейчас его внимание было полностью поглощено детьми. Я сделала над собой усилие, чтобы не смотреть в их сторону слишком долго.

– Ух ты! – вырвалось у меня. – Ну Мари дает!

– Говорят, несколько лет назад, перед тем как он перестал работать тренером, они чуть не развелись, – сказала Ханна.

– Не знаю. Я не слушаю сплетен.

Широко улыбаясь, моя напарница понесла за восьмой столик счет в черной кожаной книжечке. Я сложила в вазу лимоны и направилась с напитками к столику номер двенадцать.

– Вы что-нибудь выбрали? – спросила я, готовя блокнот и ручку.

– Фэйлин, как поживает твой папаша?

Я взглянула на Брента Коллинза: парень явно задал этот вопрос с дальним прицелом. Он работал инструктором в соседнем фитнес-клубе, и в нем было трудно узнать моего одноклассника – пухлого коротышку, пожирающего шоколадные батончики.