Откуда берутся дети?.. - Екатерина Риз

- Я без вас умру... без тебя, без Ваньки. Я ужеумираю. Я думать ни о чём не могу, делать не могу ничего, меня ничто не радует.Я работаю, работаю, как проклятый, и всё... получается. Ты правильно говоришь -получается! Но я понимаю, что делаю что-то не то. В пустоту. - Губы прошлись поеё щеке, Ксения закрыла глаза и всё-таки обняла его, навалившись на его плечо.- Я так виноват перед тобой, - шептал он. - Я струсил...

- Илья, что ты говоришь?

- Правду. Я все эти месяцы жил с этим чувством вины.Я всё мог изменить тогда, даже в день свадьбы, но испугался... думал об этом. Ииспугался. Прости меня.

Говоров странно осел, Ксения не сразу поняла, чтопроисходит, а он уже опустился на колени и уткнулся лицом в её живот. Ксенияоторопела. Руки подняла, боясь к нему прикоснуться. Казалось, дотронется ипроизойдёт что-то страшное. И так уже... на грани реальности.

- Илья, встань, - дрожащим голосом попросила она. -Встань!

Он бурно дышал, обжигая её живот горячим дыханием имолчал. Ксения смотрела на черноволосую макушку, потом осторожно прикоснулась кего волосам. Но тут же руку отдёрнула.

- Илюш, встань. Я тебя очень прошу... Я сейчас с умасойду!

Говоров медлил, Ксения подняла руку и вытерла слёзы.Потом с трудом расцепила его руки на своей талии. Снова смахнула слёзы.

- Илья, пойдём спать. Я... правда, не могу говоритьсейчас. Пойдём спать.

Всю ночь её мучил странный сон. Метель. Белая,суматошная, нескончаемая. Снег шёл, ветер завывал и кружил вокруг. Но самоестранное, что холодно совсем не было, только дышалось тяжело, потому что этотдурацкий снег залепил горло и лёгкие.

Откуда он взялся, этот снег в её сне?

Во сне она засмеялась, не понимая, почему ей тепло илегко, когда вокруг снег. Даже горло отпустило, ногам было тепло. А на душеспокойно. Толком не понимала, что с ней происходит, но было ясно, что всёхорошо, всё наконец-то встало на свои места.

Только снег всё шёл. Кто-то очень упрямый его кидалсверху прямо на неё.

Стряхнула его с волос и вдруг проснулась. Моргнула ипоняла, что на самом деле пытается стряхнуть что-то с себя. Посмотрела на белыйпотолок, продолжая сонно моргать.

Утро, поняла Ксения. Причём далеко не раннее, разсолнышко уже в окно заглядывает. На работу опоздала? Никуда не годное началодня.

Но уже в следующую секунду мысли о работе её оставили.

Она лежала на боку, спиной прижимаясь к кому-то, ктообнимал её обеими руками и глубоко и беззвучно дышал. В некоторой паникеощупала чужие руки, моментально поняла, чьи они, и расслабилась.

Вот почему было тепло. Потому что Илья её обнимал.

Он дышал ей в шею тепло и щекотно, держал крепко,прижимая спиной к себе. И поэтому ей и было так спокойно в её снежном сне.

В детской отчётливо скрипнула кровать. Ванька всегданачинал вертеться, прежде чем окончательно проснуться. Ксения попыталасьвыбраться из-под тяжёлых рук Говорова, но куда там! Он лишь всхрапнул, уткнулсяносом в её волосы и прижался ещё крепче. Её бросило в жар. Явственночувствовала его возбуждение, а рука Ильи, как назло, пошла гулять по её телу.

Дверь детской открылась, и появился Ванька. Зевал, тёрглаза, которые никак не желали открываться. Прошлёпал босиком мимо их дивана, апотом Ксения услышала, как негромко хлопнула дверь ванной.

Попыталась спихнуть с себя ногу Говорова.

- Илья, пусти меня, - громким шёпотом проговорила она. -Пусти!..

- Да, - пробормотал он сиплым со сна голосом. - Не сплюуже...

Тяжёлые руки напряглись, потом расслабились, и онотодвинулся, освобождая её, но когда Ксения уже собиралась встать с дивана,лихорадочно поправляя бретельки ночнушки, перехватил её, повернул и поцеловал.

У него было чистое дыхание, горячие, колючие щёки икрепкая шея. А руки сильные-сильные. В первое мгновение Ксения началасопротивляться, брыкаться, но очень быстро перестала, потому что вдруг поняла,насколько глупо противиться ему. В голове забилась мысль: как безумно,невероятно она скучала по нему все эти месяцы. По его дыханию, рукам, ногам,поцелуям, напору, когда остановить его просто невозможно, по своему волнению имгновенно вспыхивающему желанию. По всему, что получалось у неё только с ним, ичего уже так давно не было.

Она погладила его по груди, по животу. Илья застонал ейв губы и открыл глаза. В первый момент посмотрел как бы непонимающе, а потом вовзгляде вспыхнула чертовщинка, и Говоров улыбнулся.

- Доброе утро.

Ксения от его взгляда внезапно стушевалась.

- Доброе... Отпусти, Ванька встал уже.

- Да? - посмотрел с сожалением. Помедлил, прежде чемотодвинуться. Ксения чувствовала его желание, но знала, что он сумеет с нимсправиться. Пригладила волосы, испугавшись, что после сна они могут некрасивотопорщиться на макушке. Халат её нашёлся на кресле, под пиджаком Говорова, аИлья тем временем с хрустом потянулся, взял в руку будильник и присвистнул.

- Проспали.

- Он почему-то не прозвонил, - посетовала Ксения.

- А ты его заводила? - усмехнулся Илья и показательнощёлкнул переключателем. Она честно попыталась припомнить, заводила или нет, ноне преуспела в этом. Такие незначительные детали вчерашнего вечера в памяти неотложились.

- Надо на работу позвонить, - всё-таки опомнилась она иснова взглянула на часы. Начало десятого. Ужас и кошмар.

В комнату вбежал Ванька, успевший к тому моментуокончательно проснуться и переполниться энергией. Запрыгнул к Илье на диван иткнул пальцем в свой лоб.

- Смотрите, какой синий у меня синяк! - радостновозвестил он.

Илья рассмеялся и взял его двумя пальцами за подбородок.

- Дай посмотрю.

- Здорово, да, пап? - никак не мог успокоиться ребёнок.

- Да уж... - Говоров с сомнением покачал головой.

Ксения присела на край дивана и заставила сынаповернуться к ней. Нахмурилась.

- Пожалуй, я тебя сегодня к бабушке с дедушкой отвезу, ане в садик.

Ванька расстроился.

- Ну вот! Я хотел синяк всем показать!

Илья фыркнул. Снова притянул к себе ребёнка и поцеловалв макушку.

- Завтра покажешь.

- Он до завтра не пройдёт?

- Да он и за неделю не пройдёт, - заверил его Говоров.

Ванька заулыбался.

- Тогда ладно!

Ксения ушла в ванную, а Ванька ещё немного попрыгал наих диване, который заметно под ним постанывал, потом спрыгнул на пол и убежал ксебе в комнату, а Илья лёг, ещё разок потянулся, раскинул руки в стороны иулыбнулся. Сегодня он был спокоен и доволен жизнью. По утрам с ним такое бывалоне часто. И на работу не хотелось, и вообще ничего не хотелось. Было удобно вэтой маленькой квартирке, приятно лежать на старом, чужом диване, слышать, какв душе льётся вода и знать, что там Ксения Степнова и никто иной. Думать о том,что она сейчас выйдет из душа с влажными волосами, пахнущими цветочнымшампунем, с розовыми щёчками, завёрнутая в махровый халат с рисунком в видебелых облачков, и всё станет ещё лучше и приятнее. А в соседней комнате буянитмаленький атаман, который со вчерашнего дня зовёт его папой.