Опасное наследство - Элисон Уэйр

Внезапно я просыпаюсь. Сон был необыкновенно реальный, такое чувство, будто бы все происходило наяву. Стоит ночь, за окном высоко в небе я вижу луну. Вокруг тишина.

И тут опять — это странное движение воздуха и далекий крик: «Помоги мне! Помоги нам!»

Я в ужасе съеживаюсь под одеялом. Я так надеялась, что раньше эти крики мне снились, но теперь я точно не сплю. Лает собака. Неужели пес тоже слышал эти голоса? И вот опять: «Помоги мне! Помоги нам!» Снова лает собака. Потом наступает тишина.

Я высовываю голову из-под одеяла, потом сажусь, опасливо оглядываюсь. Все вокруг кажется обычным. Вправду ли я слышала эти голоса? Или заботы и тревоги настолько одолели меня, что разыгралось мое воображение?

Наконец я засыпаю, а утром решаю, что это был не сон.

Лейтенант вновь приходит проведать меня. Мы долго восхищаемся малышом, а затем я спрашиваю:

— Сэр Эдвард, вы верите, что принцы были убиты в Тауэре много лет назад?

Несколько мгновений он смотрит на меня смущенным взглядом, и я понимаю, что даже сегодня говорить о тех делах не очень благоразумно. Потому что если принцы остались живы, то Тюдоры могут быть объявлены узурпаторами. Когда я думаю в связи с этим о королеве Елизавете, у меня поднимается настроение. Но сомнения сэра Эдварда — если у него таковые были — быстро проходят.

— Я и сам часто об этом думал, — признается он. — По правде говоря, меня этот предмет очень интересует, миледи, и уже много лет. Я знаю, весь мир считает, что принцев убили, но ведь тела их так и не были найдены. Хорошо известно, что король Генрих Седьмой приказал тщательно обыскать весь Тауэр. И не один раз. Однако никакого результата эти поиски не дали. А без тел нет и доказательств. И тем не менее абсолютно все историки сходятся на том, что мальчиков по приказу короля Ричарда убил сэр Джеймс Тиррел.

Тиррел! Опять эта фамилия. Теперь я вспомнила. Я читала об этом человеке в сочинении Вергилия — там было написано, что он убил принцев, в надежде получить от Ричарда достойное вознаграждение. Но я уверена, что встречала эту фамилию и где-то еще.

— А известно, как именно принцы были убиты? — интересуюсь я.

— Ну, наверняка этого никто не знает, но предположения высказывались. Одни говорят, что несчастных детей якобы закололи мечами, другие — что их задушили или даже утопили в вине, как герцога Кларенса. Чего только не придумают: утверждают, что сыновья Эдуарда были отравлены, замурованы или похоронены заживо. Знаете, миледи, я читал в одной книге, что их тела упрятали в сундук, погрузили его на корабль и увезли вниз по Темзе в устье реки, где и сбросили за борт. Это вроде бы объясняет, почему трупы так никогда и не были найдены в Тауэре. Но я часто думаю: а не был ли пущен этот слух специально для того, чтобы убедить людей в смерти принцев?

Я признаюсь, что тоже читала эту историю в популярных хрониках.

— Мне любопытно, миледи, почему вы этим интересуетесь, — говорит сэр Эдвард. — Такая мрачная тема вовсе не для благородной дамы.

Я борюсь с собой, не зная, показать ли лейтенанту записки, которые храню тайком. Никакого вреда от этого наверняка не будет, а сэр Эдвард сказал, что его давно волнует эта тема. Я вдруг понимаю, что мы с ним успели подружиться. Я знаю, что, несмотря на свою должность, он добрый человек. К тому же мне хочется отвлечься: нельзя же все время обсуждать причины, по которым я сама оказалась в Тауэре.

— Я интересуюсь этим из-за бумаг, которые случайно ко мне попали, — говорю я и открываю ларец. Вытаскиваю связку и продолжаю: — Пожалуйста, прочтите их.

Лейтенант садится за стол и развязывает ленту.

— Что это за бумаги? — спрашивает он. — Откуда они у вас?

Я рассказываю, как много лет назад нашла их в башне Байнардс-Касла, и высказываю свою версию относительного того, кто является автором записок.

— У Ричарда Третьего была дочь? — удивляется сэр Эдвард.

— Да, мой первый муж рассказывал мне о ней. Она вышла замуж за одного из его предков. Ее звали Катерина.

— Ну и дела. — Мой собеседник внимательно вглядывается в выцветшие листы. — Они очень старые.

— О да, сэр Эдвард. Они слишком старые и не могут таить никакой угрозы для королевы, ибо ни в коей мере не являются свидетельством заговора!

Он улыбается этой моей шутке:

— Я бы хотел прочесть эти записки. Вы мне позволите их взять? Сейчас меня зовут мои обязанности.

— Конечно.

— Я вам их верну, когда прочту. И тогда, может быть, мы с вами опять поговорим.

— С удовольствием, — отвечаю я. — Да… сэр Эдвард, пока вы не ушли, хочу спросить вас кое о чем. Вы никогда не слышали голоса — совсем тоненькие, детские, — они взывают по ночам о помощи.

Он изумленно смотрит на меня:

— Голоса? Нет, ни разу не слыхал. И что они говорят?

— «Помоги мне. Помоги нам». Я слышу их уже третью ночь подряд.

Сэр Эдвард в недоумении.

— Может быть, эти голоса приносит ветер? Или, наверное, вы заснули и вам все приснилось, миледи.

Бедняга, ему и в голову не приходит другое объяснение.

— Скорее всего, так оно и есть, — соглашаюсь я.