Опасное наследство - Элисон Уэйр

«Нет, — не думай об этом, — приказала она себе. — Джон умный и ловкий, он наверняка где-то прячется».

И тут же Кейт овладело неодолимое желание оказаться рядом с ним, но не только для того, чтобы еще раз увидеть любимое лицо. Ей было просто необходимо задать Джону этот столь важный для нее вопрос: не находились ли принцы под его защитой в Шерифф-Хаттоне?

Уильям тем вечером вернулся поздно, и Кейт почти спала, когда муж вошел, погасил свечу и стал раздеваться. Она была рада тому, что ее состояние исключало его обычные вечерние поползновения.

Кейт повернулась лицом к мужу. Они теперь почти не общались — ни о какой любви между ними не могло быть и речи. Но ее одолевало любопытство.

— Милорд, позвольте спросить: не известно ли вам что-нибудь о моем кузене Уорике?

Уильям вздрогнул. Он думал, что жена спит, и явно не ожидал, что она заговорит с ним, а уж тем более — задаст такой вопрос.

— Уорик содержится в лондонском Тауэре, если уж ты хочешь знать.

Это известие потрясло ее.

— Как? — «Еще один принц в Тауэре!» — Но за что его туда отправили?

— По распоряжению короля. Полагаю, король видит в Уорике угрозу для себя — ведь тот принц крови.

«Да уж. А еще Уорик, при всей своей простоте, может выболтать, что принцы находились вместе с ним в Шерифф-Хаттоне! Таким образом правда откроется, и станет ясно, что принцы, возможно, все еще живы, хотя Генрих и не знает, где они сейчас», — подумала Кейт.

Но вслух сказала:

— Это ужасно. Бедняга не мог бы совершить измену, даже если бы на карту была поставлена его жизнь. У него для этого просто не хватит мозгов… и он слишком юн.

— Новый король, несмотря на все свои добродетели, не склонен к сентиментальности, — холодно парировал Уильям. — Он реалист в политике и прекрасно знает, что бояться должен не Уорика, а тех, кто может начать действовать от его имени.

— Но этот несчастный, жалкий мальчик…

— Увы, это необходимо.

Кейт пролила беззвучную слезу по своему кузену, который не совершил никаких преступлений, кроме того, что был сыном своего отца… да еще, видимо, знал слишком много.

— А известно что-нибудь о возвращении моего единокровного брата Джона из Кале? — спросила она, когда Уильям закончил молитву, воспользовался ночным горшком и забрался в постель.

— Я слышал, что капитанства его лишили, но он все еще находится в Кале, насколько мне известно. — Кейт с грустью подумала: да уж, недолго мальчику довелось порадоваться своему новому назначение.

— Ты не должна соваться в большую политику, — укоризненно сказал жене Уильям. — И не вздумай задавать тут всем вопросы. На это непременно обратят внимание.

— Я и не собираюсь. Но Уорик и Джон — мои братья, которых я очень люблю. Я интересуюсь их судьбой исключительно как сестра. Да, я еще вот что хотела спросить: а есть ли какие-нибудь известия о милорде Линкольне?

— Никаких, слава богу. А теперь давай спать.

Кейт уснула. Но утром, когда Уильям — строго-настрого приказав жене оставаться в комнате — отправился на поиски старых знакомых, желая во что бы то ни стало восстановить свое место в придворной иерархии, она вновь вытащила бумаги и записала в подробностях новую гипотезу, гласившую, что принцев в свое время вывезли живыми и здоровыми в Шерифф-Хаттон. Кейт пообещала себе, что когда-нибудь ребенок, которого она сейчас носила, сможет произнести имя своего деда, гордо подняв голову.