Колодец с живой водой - Чарльз Мартин

Я не стал заранее договариваться о встрече, поскольку был уверен, что Маршалл все равно меня не примет. Кроме того, внезапность казалась моим единственным козырем. Это было, пожалуй, единственным, на что я мог рассчитывать в игре, которую замыслил.

Компания «Пикеринг и сыновья» успела переехать в новое здание. Я назвал таксисту адрес, который выяснил заранее, и вскоре уже высаживался на тротуар напротив главного входа. Новый офис компании выглядел по-современному аляповато: на мой взгляд, его архитектура отражала как стремление Маршалла Пикеринга идти в ногу со временем, так и стремление Брендана перехватить у него дела. Ну-ну… Как бы там ни было, конфликт между функциональностью и стремлением к украшательству был налицо, и я подумал, что ни за что не хотел бы работать в подобном здании, где буквально все кричало о безвкусице и богатстве.

Профессиональная улыбка секретарши в холле верхнего этажа сменилась тревогой, когда, не замедляя шага, я проследовал мимо нее прямо к трем роскошным кабинетам. Слева находился кабинет Аманды, справа – кабинет Брендана. Их двери были плотно закрыты. Дверь кабинета Маршалла посередине была широко распахнута, и я направился прямо к ней. Секретарша за моей спиной что-то протестующе пискнула, но я не обратил на нее никакого внимания. Краем глаза я заметил, что она набирает на телефоне какой-то номер, и не без злорадства подумал, что она поздно спохватилась. Я уже входил в кабинет.

Маршалл сидел за рабочим столом, неотрывно глядя на стоявшие перед ним мониторы. На мониторах непрерывно сменяли друг друга цифры, отражавшие размеры его состояния в режиме реального времени. Маршалл Пикеринг постарел, но выглядел даже еще импозантнее, чем раньше. Аккуратно одетый, подтянутый, он был в отличной физической форме, и только его волосы окончательно поседели. Меня он сразу узнал и даже поднялся навстречу.

– Чарли? Какими судьбами?! Почему ты не позвонил?

Приветливо улыбаясь, он вышел из-за стола, чтобы пожать мне руку и похлопать по плечу. Выражение его лица оставалось вполне дружелюбным, но глаза смотрели холодно и настороженно.

– Аманда! Брендан! – позвал он, глядя куда-то поверх моего плеча. – Смотрите, кто пришел!..

Позади меня раздался шорох, и я обернулся. В кабинет вошли моя бывшая любовь и мой удачливый соперник. За прошедшие годы Брендан слегка располнел, но Аманда осталась такой же подтянутой и стройной, как в наши студенческие годы. Шагнув ко мне, она обняла меня и поцеловала в щеку. Она была по-прежнему красива, и все же годы обошлись с ней сурово. Аманда выглядела… взрослой, не такой трепетной и отзывчивой, как в юности. Она улыбалась, но ее взгляд был таким же холодным, как у отца. Пилатес, йога, регулярные занятия с персональным тренером помогли Аманде сохранить идеальную фигуру, но по ней было видно, чего ей это стоило. Чуть не с суеверным страхом я заметил у нее на шее и на подбородке следы подтяжек, и хотя операция была проведена, скорее всего, безупречно, никакая пластическая хирургия не могла скрыть печали, которая поселилась где-то глубоко внутри ее. Глядя на Аманду, я почти пожалел Брендана. Отвисший живот, округлившееся лицо, мешки под глазами… Выглядел он, впрочем, вполне респектабельно, но десять лет пребывания «в семье» наложили на него свою печать, и теперь он напоминал хорошо выдрессированного щенка. Не знаю, как другим, а мне было хорошо видно: его как следует пообтесали, и теперь Брендан превратился просто в подпевалу Пикеринга. Правда, «в миру» он, безусловно, носил гордый титул вице-президента или исполнительного директора компании, но это были только названия, которые ничего не значили.