Северная Корона. Против ветра - Анна Джейн

– У Марты есть парень? – заинтересовался Константин Власович.

– Она в последнее время с кем-то постоянно где-то шаталась, – раздраженно отозвалась женщина, вновь набирая номер мобильного дочери, но безуспешно. Она вспомнила вчерашний разговор с Мартой и вдохнула.

– Она мне ничего не говорила, Костя. Может быть, она сейчас действительно с каким-нибудь парнем гуляет, но я все равно волнуюсь! Неужели нельзя позвонить и сказать, что с ней и где она? Поздно ведь уже. И ты уверен, что в этом вашем лимузине была Марта? – в который раз спросила Эльвира.

– Уверен, – кивнул Константин. – Сколько можно спрашивать?

– Сколько нужно, столько и буду.

Отвечать ей бывший муж ничего не стал – его брат Артем, который до этого с кем-то разговаривал по телефону, жестом подозвал пианиста к себе, пока Эльвира Львовна и ее мама не видели.

– Что? – удивленно посмотрел на серьезное лицо родственника Константин.

– Слушай, мне тут одну наводку дали, – очень тихо зашептал тот, – что в морге как раз в этом райончике, девчонку привезли, по описанию на Марту походит очень. – Последние слова он произнес почти не слышно – чтобы хозяйки дома, не дай бог, не услышали. Константин Власович, который совершенно не ожидал такого поворота событий, почувствовал, что ему стало дурно. Голова закружилась, а перед глазами все поплыло. Музыкант вынужден был схватиться за плечо брата.

Он не мог поверить в то, что его дочери может больше не быть. Да такого быть вообще не может!

– Это не она, скорее всего, – понял, что переборщил, Артем. – Слышишь? Просто по описанию похожа. Думаю, для очистки совести надо съездить, посмотреть. Эй, эй, – потормошил он Константина. – Давай соберись. Вдвоем съездим, посмотрим на всякий случай. Эле и ее матери ничего не скажем, а то… – Он замолчал, давая понять брату, что будет, если женщины узнают о том, что они в одиннадцатом часу вечера собрались в морг смотреть на тело девушки, похожей на их Марту. Для Артема, как для оперативника, пусть сейчас и находящегося в отпуске, это было делом привычным, хотя, надо признать, видеть там свою племянницу, с которой он пусть почти и не общался, мужчине совершенно не хотелось.

Под предлогом прогулки до магазина братья покинули квартиру, в которой поселился дух тревоги, и поехали на машине Артема в этот самый злосчастный морг. Прошло не больше десяти минут, как они добрались до нужного места. Однако Константин словно потерял счет времени. Он просто сидел, уставившись в окно, и молчал. Артем сто раз пожалел, что сказал об этом изнеженному Косте – лучше бы он один в морг сгонял.

– Ладно, – принял решение дядя Марты, паркуясь около грязно-бежевого неприметного двухэтажного здания, – ты сиди в машине, я сам посмотрю на тело. Скоро вернусь.

– Нет, я с тобой, – побледневший Константин решительно вышел из автомобиля и так же решительно пошел следом за ним в здание морга, пытаясь унять головокружение и стараясь дышать не носом, а ртом, к которому прижал ворот рубашки – впечатлительному музыканту казалось, что стоит ему почувствовать сладковатый мерзкий запах, царивший в этом жутковатом месте, ему станет совсем дурно, и он упадет без чувств.

К огромному облегчению Константина, мертвая девушка, лицо которой он мельком увидел, когда с нее сняли простыню, оказалась вовсе не его дочерью, хотя что-то похожее во внешности у нее с его Мартой было.

– Это не она, пойдем отсюда немедленно, – сказал он скороговоркой брату, как только увидел белое тонкое лицо с закрытыми глазами, которые из-за игры теней казались черными зловещими провалами, и тут же отвернулся. У него никогда почти не болело сердце, а тут прямо-таки закололо.

– Точно, не она, – обрадованно сказал Артем.

Мужчины покинули морг быстрой походкой и вернулись в машину.

– Господи, спасибо, – только и сказал Константин Власович, и всю остальную дорогу промолчал, тупо уставившись в окно, за которым становилось все темнее. И как-то печальнее – так, по крайней мере, казалось пианисту. Поход в морг его буквально обессилил, а лицо той несчастной девушки, у которой наверняка тоже есть отец и мать, стояло перед глазами.

Дома у бывшей жены и ее матери никаких новостей о Марте не было, и они появились только около полуночи, когда девушка сама внезапно позвонила матери на мобильник и сказала как ни в чем не бывало:

– Мам, прости, что поздно, я сегодня не приеду ночевать, у подружки задержусь. Мы тут…

– У кого? – закричала Эльвира Львовна, услышав вполне себе бодрый голос дочери. На сердце у нее, напредставлявшей уже кучу ужасов, отлегло, зато появилась злость на безответственную девчонку, которая заставила всех переживать – даже своего никчемного отца.

– У Нади, – осторожно ответила Марта. Она отлично понимала, что провинилась, и ей было стыдно. И как только она могла забыть позвонить матери раньше и предупредить ее о том, что она не приедет ночью домой?! В эту минуту Марта находилась в Сашином коттедже, сидя на кровати в спальне на втором этаже – ей не хотелось, чтобы Дионов слышал ее разговор с мамой. Подумает, что она совсем маленькая и глупая.

– У Нади?! Это с которой ты разъезжаешь по лимузинам? – грозно спросила мать. Константин Львович, поняв, что звонит дочь, мигом оказался около бывшей супруги и прижался ухом к другой стороне мобильника, чтобы хоть что-то услышать. Эльвира, не ожидавшая, что лицо Константина окажется так близко, резко отпихнула его, вдруг почувствовав себя какой-то девчонкой.

Марта тем временем испуганно замолчала – она совершенно не представляла, что родственники узнают о том, чем она сегодня занималась. Для нее это было настоящим ударом.

– Что у тебя за свадьба? Где ты вообще находишься? – зловеще спросила ее мать тихим голосом, не предвещавшим ничего хорошего. – Ты знаешь, что мы за эти часы пережили, пока искали тебя?

– А… а зачем вы меня искали? – пискнула Марта, понимая, что ей пришел капец. Злой и полосатый.

– Затем. Твой отец видел тебя в лимузине, одетую в свадебный наряд. Он позвонил мне и стал спрашивать, почему мы не позвали тебя на свадьбу, – продолжала все тем же спокойным, но зловещим голосом ее мама. – Мы стали искать тебя, обзвонили всех твоих подружек, и никто из них не знал, где ты находишься. Мы тут с ума чуть все не посходили. А сейчас ты говоришь, что будешь ночевать у подруги. Ты… тайно от нас вышла замуж? – вдруг совсем-совсем тихо спросила женщина.

– Мам, ты что, я не выходила замуж, – растерялась Марта, которой было непривычно и даже как-то жутковато слышать такой голос матери – спокойный и потерянный. Уж лучше бы она кричала! – Мам, со мной все хорошо, не выдумывай. Просто… я… я играла образ невесты. И сейчас со мной все хорошо. Утром я приеду домой. Мам, ну так получилось…

– Утром… Я уже и не знала, что думать. – Женщина вдруг неожиданно всхлипнула и сама испугалась этого, понимая, что совершенно обессилила от переживаний. Константин Власович, который в этом доме до этого чувствовал себя, как немец в плену у партизан, вдруг положил ей руку на плечо, пытаясь успокоить, а другой рукой аккуратно взял у Эльвиры мобильник, чтобы самому поговорить с дочерью. Впрочем, бывшая, которая почувствовала себя неважно, от объятий Константина освободилась, хотя, если честно, у нее перед глазами вдруг пролетели те несколько коротких лет, когда они были вместе.