Северная Корона. Против ветра - Анна Джейн

– Чем постарался? – мрачно глянул на тетку Александр. – Кулаком наносил ножевую рану?

– Тебе виднее, чем. Ты же сидел, там и не такому научат, – отозвалась та хладнокровно.

Бабушка Саши плотно сжала губы и осуждающе посмотрела на внука, который после того, как совершил преступление, из разряда «любимых» у нее выпал. Парень заметил этот взгляд, и пальцы у него сжались в кулак, но это видела только стоявшая позади всех Марта. Она, если честно, в ожидании Саши выпила еще пару бокалов игристого напитка и теперь с трудом понимала, что вообще происходит.

– Да-да. Из меня там делали профессионального убийцу. Я могу зарезать пальцем, – отозвался Александр равнодушно и вышел прочь из ставшей тесной из-за такого количества народа каюты.

– Ты куда? – бросилась за ним мать.

– Курить, – коротко бросил тот.

– Что случилось, Слава? Ты мне-то хоть скажешь? – Бабушка Александра повернулась к сыну. – Он посмел тебя… ножом?

Вячеслав Сергеевич лишь поморщился.

– Да вы что?! – воскликнула мать Саши. Она терпеть не могла родню мужа. – С ума посходили? Саша не такой!

– Знаем мы, какой он не такой. Одному человеку жизнь искалечил, так и на отца руку поднял, – проскрипела бабушка.

– Да бросьте! – зло сказал Джимми, которому было очень обидно за брата. – Чего вы на Сана гоните?

– Помолчи, когда старшие разговаривают, – велела ему тетка. Ее, мастера спорта по борьбе, если честно, парень слегка побаивался, а потому он, пнув ногой стену, недовольно замолчал.

– Прекратите, – сказал Дионов-старший тем временем. Мужчине не хотелось говорить, что он спасал сына от сумасшедшего наркомана, но и несправедливости и клеветы он терпеть не мог. – Он не виноват. В этом случае, по крайней мере.

– А кто виноват, Слава? – спросила его мать, садясь рядом.

Врач, глядя на всех этих, как ему показалось, злых темноволосых людей, среди которых выделялась белым пятном блондинка-невеста, извинившись, ушел.

– Какой-то наркоман.

– Какой еще наркоман? Откуда он тут взялся?! Почему напал на тебя? – тут же полился на Дионова-старшего поток вопросов. Молчала, наверное, только Марта, которая очень неуютно себя тут чувствовала.

– Наверняка это какой-то из дружков-бандитов твоего сына, – высказалась желчно тетка. – Наприглашал всяких. Находиться противно. А мы ведь всегда были такой интеллигентной семьей… Но гнилой плод на любом дереве есть.

– Хватит! – рассердилась мама Саши. – У него свадьба сегодня, а вы развезли тут свой базар, интеллигентная семья.

Голос у нее был громким, и казалось, что женщина кричит.

– О-о-о, голубушка моя, ты как серена еще взвой, – сощурилась ее свекровь. – Чтобы все гости знали, что тут произошло. И чтобы все обсуждали, что у Дионовых на свадьбе наркоманы разгуливают с ножиками. Он, кстати, надеюсь, от общества изолирован? – спросила пожилая женщина сына.

– Изолирован, – отозвался физик, которому происходящее смертельно надоело. – Давайте вернемся в банкетный зал. Я пиджак надену, никто не заметит бинта. Нехорошо, что все ушли.

– Домой я хочу, а не к этим полукриминальным рожам, – вздохнула его мать, поняв, что с сыном все в порядке. Эта представительница семейства Дионовых любила поворчать – все-таки характер у нее был несколько скверный.

– И невеста мне не нравится, – вдруг заявила она. Пожилая женщина не заметила, что Марта увязалась следом за ними, а теперь стоит в самом проходе, недоумевая, почему все ругаются. Она, как и сын, думала, что присутствующие на теплоходе серьезные люди явно криминальной наружности – родственники Карловой.

– Мама, перестань, – сказал сердито Вячеслав Сергеевич, но ту уже было не унять. Она стала причитать по поводу того, что в ее правнуках будет течь не только славная кровь Дионовых, но и какой-то непонятной девицы с непонятными генами.

– Ба, она сзади стоит вообще-то, – как бы между прочим заметил Джимми. Если честно, ему было неловко перед Мартой – девушка ему понравилась. Его бабушка оглянулась и с некоторым смущением заметила невесту.

– Прости, милая, что не сказала правду в лицо, – не пошла на попятный мать Вячеслава Сергеевича. Дочь ее поддержала. Мама Саши горячо принялась защищать новоявленную невестку. Джимми ей помогал. Молчали только Вячеслав Сергеевич и сама Марта, бледная, как полотно.

В результате через пару минут ругань скатилась к тому, что виноватым оказался Саша, и все потому, что он сидел.

– Молчать! – рявкнул вдруг Вячеслав Сергеевич. И все немедленно прикрыли рты, зная взрывной характер мужчины. – С ума сошли? Решили скандал на свадьбе затеять? Дома все выяснять будете. Дома. Все меня ясно слышали? Марта, – он глянул на девушку. – Вернитесь обратно, без невесты праздник не праздник.

– А без сына отец не отец, – вдруг тихо проговорила девушка, которая сначала происходящего испугалась – в ее семье такого не было. Да, ее отца не любили, но мать не ругалась с ним при дочери. А потом вдруг девушка разозлилась, да так, что казалось, что ее голова – это хрустальный шар, в котором бушует огонь эмоций, грозящий разбить шар. Какого черта все они тут делают?! Что несут?

– Что вы имеете в виду? – посмотрел на нее Вячеслав Сергеевич.

– Вы плохой отец, – храбро заявила ему Марта. Она чувствовала, что если не выпустит огонь из себя, то взорвется изнутри.

– Плохой отец? – мгновенно начал заводиться мужчина. Он считал, что эта девушка не имеет никакого права повышать на него голос и говорить, плохой он или хороший.

– А что, хороший? Вы что все на Сашу наезжаете?

– Вот это лексикончик. Говорю же, она какая-то криминальная, – ехидно сказала тетка Александра.

– Саша – очень хороший человек, – продолжала Марта в полнейшем негодовании. Ее уже просто трясло. – Не смейте говорить о нем плохо! Он смелый и добрый!

– Ага, сама доброта. По-доброму искалечил человека, – вновь проворчала тетка. – Сказал: «Будь инвалидом во имя добра!».

– Никого он не калечил! – почти заорала Марта на пике эмоций. – Он отсидел за другого человека! Просто взял на себя его вину и отсидел.

В каюте стало тихо-тихо. Все смотрели на взбешенную скрипачку.

– А знаете, почему? – спросила она, прерывисто от переизбытка эмоций, дыша. – Знаете? Потому что он защищал вас, – перевела она гневный взгляд на растерянного Вячеслава Сергеевича. – И вашего младшего сына.

– Что ты несешь? – первой пришла в себя бабушка. – Обалдела, девочка?

– Пожалуйста, прекрати, – почти одновременно с ней дрожащим голосом попросила мама Александра.

У Джимми глаза были по пять рублей.

– Марта, вы перепили? – ледяным тоном спросил Вячеслав Сергеевич. – Молоденькая девушка не должна пить.