Интуиция. Как понять, что чувствуют, думают и хотят другие люди - Николас Эпли

Сердечный приступ – дело ужасное, но не такое уж удивительное. В США ежедневно от сердечных заболеваний умирает 2000 человек.[226]Удивительно то, что у Вэнса случился сердечный приступ посреди переполненного людьми магазина в самый оживленный торговый день года и что окружающие проигнорировали происходившее у них на глазах. О чем, черт побери, могли думать эти люди?

Объяснение произошедшего дала одна из знакомых Вэнса. «Где в них Добрый Самаритянин? – спрашивает эта женщина. – Я просто не понимаю, думали ли люди, отказавшие больному в помощи, о чем-то, кроме желания урвать что-нибудь на распродаже». Очевидная причина в том, что покупатели были безразличны к чужим страданиям, они чувствовали себя охотниками за сниженными ценами. Дорваться до товаров и заграбастать дешевый кофейник им было важнее, чем наклониться и оказать помощь умиравшему человеку. Огрубевший рассудок порождает бессердечные деяния.

Это объяснение очевидно потому, что отражает здравый смысл, который диктует: действия человека точно соответствуют его мыслям. Психологи называют это предрасположенностью к соответствиям.[227]Люди демонстрируют, что они чувствуют, выбирают то, что хотят, и поступают так, как им нравится. Следовательно, можно в соответствии со здравым смыслом вывести эмоции, мотивы и предпочтения человека из его выражений, его выбора и действий. Подобно Наполеону, наше шестое чувство, позволяющее понимать мысли других людей, предполагает, что случайностей не бывает. Когда покупатель отказывает в помощи умирающему, его бесчувственный рассудок совершенно чист.

Здравый смысл – добрый смысл до тех пор, пока проявления искренни, выбор сделан осмысленно, мотивы просты и каждый действительно свободен делать то, что хочет, не испытывая воздействия окружающих его обстоятельств. Но жизнь полна исключений из общих правил, и они приводят к предсказуемым ошибкам в попытках понять чужие мысли. Собственно говоря, полагать, будто покупатели умышленно отказались помочь Уолтеру Вэнсу только потому, что их разум был омрачен алчностью, – одна из таких ошибок. Чтобы показать вам, почему это предположение ошибочно, мне надо сначала рассказать о том, что может упускать наш здравый смысл в действиях других людей.

С глаз долой, из сердца вон

В древности большинство людей верило в то, что мир плоский, потому, что он выглядит совершенно плоским. Сколько ни щурься, ни прыгай и ни ходи туда-сюда, он не станет выглядеть хоть сколько-нибудь иначе. Итак, наши далекие предки были склонны верить своим глазам, которые говорили им, что мир – плоский.

Винить наших предков невозможно. Они были умными людьми, которые искренне ошибались, веря тому, что видели, и не понимая того, что видеть не могли. Признание того, что земля круглая, требует перспективы более широкой, чем та, которую видят глаза человека, стоящего на земной поверхности.[228]

Суждение о рассудке на основании одного лишь поведения данного человека может напоминать представления о плоской Земле, ибо понимание ума любого человека требует перспективы более широкой, чем та, которую обычно дает наш опыт. Чтобы понимать чужие мысли, необходимо рассматривать не только того, что человек делает у нас на глазах, но и менее очевидного контекста, определяющего это поведение. Когда человек, глядя прямо в камеру, отрекается от своего гражданства, у вас есть все основания предполагать, что этот человек говорит то, что думает. Когда кадр расширяется и в него попадает джихадист, который одной рукой приставил ствол пистолета к голове отрекающегося, а в другой руке держит текст, вы понимаете, что услышанные вами слова вводят в заблуждение. Рассмотрение более широкого контекста позволяет полнее понять мысли заложника.

Проблема в том, что, как правило, мы рассматриваем жизнь через оптику, позволяющую изменять масштаб изображения и сфокусированную на людях, а не на более широком комплексе условий, которые влияют на поведение человека. Когда спортсмен завоевывает золотую олимпийскую медаль, мы видим триумф навыков, желаний и воли к победе конкретного человека. Тысячи часов тренировок, время и деньги, потраченные на чемпиона родителями и спонсорами, благополучные внешние обстоятельства, позволившие чемпиону посвятить жизнь спорту, а не бороться за кусок хлеба с нищими соотечественниками (если он из бедной страны), – все это остается невидимым. Рецепт завоевания золотой медали включает много ингредиентов, скрытых от глаз людей, наблюдающих за финальным забегом. Сходным образом, если компания работает хорошо, решения и стратегии ее генерального директора у всех на виду. Оценить состояние экономики в более широком масштабе, квалификацию сотрудников и благоприятную конъюнктуру рынка труднее, а ведь все эти факторы тоже способствуют успеху генерального директора.

Когда более широкая перспектива недоступна, остается верить спортивным комментаторам, которые, как велит им профессия, объясняют завоевание золотых медалей исключительно волей и желанием спортсменов («Просто сегодня он сильнее хотел добиться победы»), не упоминая о более широком контексте, который тоже делает успех возможным. Или слушать аналитиков рынка, которые объясняют успехи компании одной лишь мудростью ее генерального директора, не учитывая при этом преобладающих на рынке тенденций.[229]

Чтобы понять, как подобные умозаключения могут привести к явным ошибкам в размышлениях о других, представьте себя в студии, где идет эксперимент. Он проводится в форме игрового шоу – назовем его Кубком Викторины.[230]В центре сцены, прямо перед вами, стоят ведущий (экспериментатор) и два добровольца, один из которых выбран методом случайной выборки в качестве претендента на Кубок, а другой – задает претенденту вопросы. Этому второму добровольцу велено держаться в глубине сцены и выходить на авансцену, только чтобы задать 10 вопросов, придуманных им самим без чьей-либо помощи с целью озадачить претендента. Это могут быть вопросы из области увлечений, работы и т. д., занимательные факты.