Интуиция. Как понять, что чувствуют, думают и хотят другие люди - Николас Эпли

Самые главные утверждения о гендерных различиях массы людей настолько четко согласуются с нашими стереотипными представлениями о мужчинах и женщинах, что выводы едва ли выглядят удивительными. Невролог Саймон Барон-Коэн в книге «The Essential Difference» («Определяющее различие») утверждает, что самое важное гендерное различие заключается в том, что женщинам свойственны более развитые социальные чувства, чем мужчинам. Женщины более способны к сочувствию, к пониманию эмоций других людей и к чтению чужих мыслей. Однако Барон-Коэн, в отличие от других авторов, пишущих о гендерных различиях, советует нам «быть осторожными и не допускать преувеличения возможных выводов». К сожалению, заглавие его книги служит плохую службу этому предупреждению.

Так насколько велико это определяющее различие? Вы угадали: не настолько велико, как предполагают наши стереотипы. Как и в случае с мыслями о сексе, ваши стереотипы правильно улавливают вектор различий, но ошибочно определяют их величину. Типичный способ рассчитать величину наблюдаемого в опросе или эксперименте различия – преобразование средней величины различия в корреляцию, в которой коэффициент 0 означал бы отсутствие различий (мужчины и женщины действуют одинаково, и в распределениях поведение мужчин и женщин по большей части совпадает). А коэффициент 1 означал бы самое сильное из возможных различий (скажем, все женщины действуют иначе, чем все мужчины, и в распределениях поведение мужчин и женщин практически не совпадает). Типичный коэффициент корреляции в тестах на сочувствие и понимание чужих мыслей равен примерно 0,2, что означает, что различия среди мужчин и женщин намного сильнее различий между мужчинами и женщинами.[201]Впрочем, когда Тал Эйал и я попросили группы мужчин и женщин предсказать величину различий в результатах тех же тестов, опрошенные оценили различия примерно в 0,7, то есть более чем втрое преувеличив реальные гендерные различия.[202]Похожие результаты получены и другими исследователями.[203]И все же хорошо продающаяся книга Джона Грея рассказывает вам, что мужчины – с Марса, а женщины – с Венеры. О том же говорят наши стереотипы, но истина состоит, скорее, в том, что мужчины – из Айовы, а женщины – из Иллинойса.

Представители противоположного пола много думают о различиях друг друга. Но внутренне они не противопоставлены друг другу. Конечно, мы любим поболтать о «войне полов», но правда в том, что огромное большинство взрослых людей влюбляется по меньшей мере в одного представителя другого пола (а нередко такое происходит намного чаще). Мужчины и женщины довольно успешно сосуществуют и сотрудничают. Но при настоящих конфликтах или в политике, где опасности определения групп по их различиям даже более очевидны, эта относительная гармония разрушается.

Рассмотрим политику. Опросы американских избирателей на протяжении последних 35 лет демонстрируют поразительно устойчивые различия мнений республиканцев и демократов по таким вопросам, как государственное здравоохранение, военные расходы, выбор школ и финансирование государственных программ социального обеспечения. Американские избиратели также преувеличивают степень этих различий, особенно в последние годы, когда выборные должностные лица стали проявлять бо́льшие крайности в своем поведении.[204]Как свидетельствуют исследования, графические изображения, ярко высвечивающие различия между «красными» и «синими» штатами[205],[206]лишь усугубляют дело, усиливают воспринимаемые различия между группами, а не просто отражают их. Сторонники республиканцев и демократов, размышляя о разных вопросах, начиная с правовой защиты ущемленных групп населения и заканчивая социальным обеспечением, последовательно полагают, что другая сторона придерживается более крайних взглядов, чем это имеет место в действительности.[207]Печальный факт состоит в том, что реальная политическая приверженность усиливается отчасти вследствие этого воображаемого экстремизма другой стороны.

Так, в спорах о праве на аборт внимание сосредоточивается на правах матери и на правах неродившихся детей. Сторонники права на аборт отстаивают права матери и, следовательно, предполагают, что противники абортов пренебрегают правами матери. Напротив, противники абортов ставят права нерожденных детей выше прав матери и потому полагают, что сторонники абортов пренебрегают правами нерожденных детей. Эти убеждения обеих сторон преувеличивают реальные разногласия двух групп. Это лишь разжигает конфликт.[208]Преувеличенные разногласия по вопросу имущественного неравенства, с которого я начал эту главу, также не являются какой-то аномалией.