Шут - Эндрю Гросс

Болдуин стукнул кулаком по столу.

— У нас нет врагов на… — Он вдруг замер на полуслове, выпученные глаза стали похожими на спелые сливы. — Кто… Кто это сказал? Кто это сказал?! Выйти вперед!

Я выступил из толпы, сбросил военную форму и остался в чулках и клетчатой тунике. Снял шлем.

Взгляд герцога остановился на мне.

— Теперь есть, — подмигнул я.

Лицо Болдуина сделалось белее мела, однако он все же поднялся и ткнул в меня пальцем.

— Это он! Шут!

Солдаты схватились за оружие, только вот мои люди действовали быстрее.

Кастелян рванулся ко мне, но Алоис остановил его прежде, чем тот успел обнажить меч.

— Схватить! — крикнул Болдуин, поворачиваясь к стражникам за спиной. — Живо!

Они кивнули, но вместо того, чтобы хватать меня, схватили его. Одо прижал лезвие кинжала к горлу Болдуина, Альфонс ткнул герцога острием пониже спины.

Болдуин изумленно вытаращил глаза и метнул взгляд в сторону своих рыцарей, с опозданием схватившихся за оружие.

— Если кто-то сделает хоть шаг, считай себя мертвецом, ублюдок, — сказал я громко, чтобы все слышали. — Мне это доставит огромное удовольствие.

Герцог огляделся. Лицо его побагровело от ярости, глаза помутились, мышцы на шее нервно подергивались. Рыцари, которые успели вытащить мечи, выжидающе смотрели на своего сеньора.

— Скажи им, чтобы опустили оружие, — приказал я.

Одо слегка усилил давление, и на горле Болдуина заалели капельки крови.

Герцог все еще молчал, вероятно, оценивая возможные последствия сопротивления.

— Поверьте мне, господин, те люди, что пришли со мной, ненавидят вас никак не меньше, чем я. Даже не знаю, станут ли они меня слушать, — уж больно им хочется выпустить вам кишки. Но у них есть дети и жены, и еще больше, чем увидеть на полу ваши внутренности, им хочется вернуться домой и жить в мире и спокойствии. А потому прошу вас, прикажите своим людям бросить оружие. В противном случае я опущу руку, и вам конец.

Герцог еще раз обвел взглядом огромный зал, после чего сдержанно, почти незаметно кивнул. Повинуясь воле своего сеньора, рыцари стали бросать мечи на пол.

Я наконец-то выдохнул.

— А теперь мы выйдем отсюда, и вы отдадите такой же приказ тем, кто стоит на стенах.

Герцог с натугой, как будто в горле застрял комок, сглотнул.

— Ты рехнулся, — прошипел он.

— Смею напомнить, что шут и дурак почти одно и то же. Неприятно признавать, что оказался глупее дурака, но что поделаешь.

По залу пронесся смех.

— Ты сдохнешь уже к вечеру. — Болдуин уставился на меня горящими от злости глазами. — На помощь мне придут войска из других городов. Ты поднял бунт против своего господина. Такого еще не бывало. Ты действительно дурак, шут. Один из величайших дураков в истории.

Я посмотрел на своих людей. Одо, Альфонс, Алоис — все улыбались.

— Если и так, то первое место все же по праву принадлежит вам.