Шесть масок Владимира Путина - Клиффорд Гэдди

Есть три основных причины, по которым путинская система управления не может достичь корпоративного идеала. Первая и наиболее явная состоит в том, что Россия – государство, а не корпорация. Человек наверху, «генеральный директор», неподотчетен никому. Путин как-то упомянул, что он – всего лишь «нанятый менеджер», но в реальности все по-другому. Он президент России, а не «гендиректор». Поскольку его избрали на этот пост в 2000 году, а никто не нанимал, то и уволить с этого поста его никто не может. Нет такого института, который способен убрать Путина во время гарантированного конституцией страны президентского срока. В результате путинская система находится как бы в двух параллельных вселенных. Есть политическая, конституционная и законодательная среды, в которых существуют как обычные граждане страны, так и сотрудники госаппарата, но помимо этого, пересекаясь с ними, есть неофициальная система, созданная Владимиром Путиным[550]. Это «особый мир» олигархов, с которыми Путин договорился в июле 2000-го. В него также входят те, кого можно назвать «дружественными олигархами», те, кто «поднялся» после упомянутой сделки, имеющие те или иные связи с Путиным. Естественно, что здесь есть место для его ближайших соратников из «внутреннего круга»[551]. В этом специальном мире олигархи принимают стратегические решения, связанные с их бизнесом, и в силу этого границы их сферы влияния определяются размерами их формальной собственности. В случае государственного аппарата это не так.

У «новых» олигархов есть несколько существенных отличий от «старых», взращенных залоговыми аукционами ельцинской эпохи. И эти отличия неплохо подчеркивают некоторые тонкости системы и оттеняют попытки Путина выработать в ее членах чувство ответственности. Путин не получил «новых олигархов» в наследство, они сказочно обогатились уже за время его президентства. Даже если их отношения с Путиным и не такие прочные, как пишут, в созданной им системе они играют немаловажную роль и в экономике России занимают очень ответственные места. Почти все они вовлечены в добычу, переработку и транспортировку нефти и газа, и потому контакты с ними нужны Путину для сохранения контроля над жизненно важной с экономической и политической точек зрения отраслью. Эти люди – активные, мобильные и адаптивные посредники между гигантами вроде Газпрома, Роснефти и Транснефти и международными рынками. Само их существование обеспечивается разницей между бюрократами, которые ничего не делают и ни на что не способны (как в советское время, так и при нынешнем государственном аппарате), и группой людей, которые могут сделать необходимое и извлечь из этого прибыль.

Согласно путинской концепции, «новые» олигархи несут ответственность непосредственно перед ним. Госкомпании на самом деле не совсем подотчетны правительству, поскольку ответственность перед обществом – это по большому счету ответственность ни перед кем (как ясно из истории про безответственного сибирского чиновника). Однако группа «новых» олигархов, как и «старых», невелика, а потому договориться с ними напрямую так же легко. Личное обогащение членов этой группы связано с планами Путина обеспечить контроль, подотчетность, предсказуемость, безопасность и стабильность всех операций с нефтью и газом. Члены группы стали богатыми, потому что они добивались нужных результатов, а не просто потому, что дружили с господином Путиным. И на основании своей эффективности они получают от него награды и защиту[552].

Вторая и третья причины, почему путинская система не соответствует идеалу, взаимно пересекаются: сильное недоверие, пронизывающее отношения обитателей «особого мира», и крайняя персонализация самой системы. Сам Путин не доверяет почти никому. Этот факт неоднократно повторяется в интервью и биографиях. Лишь немногие, включая Виктора Зубкова, Дмитрия Медведева, Алексея Кудрина и Игоря Сечина, упоминались как заслужившие его доверие[553]. И они действительно старались его заслужить на протяжении всех длительных с ним отношений. Если вы не знаете людей лично, то как вы узнаете, можно ли им доверить что-то сделать? А если вы не доверяете людям, то и ответственность на них возложить не можете. Те, кто знавал Путина во время его пребывания в Санкт-Петербурге, в своих интервью подчеркивают, что верность и доверие для него всегда тесно связаны. Анатолий Рахлин, тренер Путина по дзюдо, в интервью, которое он дал газете «Известия» в 2007 году, подчеркнул, что Путин «питерских берет на работу не за красивые глаза, а потому что доверяет проверенным людям»[554]. Есть четкие доказательства, позволяющие предположить, что если некомпетентность Путин простить может, то за нарушение обязательств и личную нелояльность последует самая тяжелая кара[555].