Бессилие власти. Путинская Россия - Руслан Хасбулатов

Уязвимость страны от мировой экономической конъюнктуры связана не только с нашим экспортом нефти, газа, металлов, леса или импортом промышленных товаров, но и огромными объемами растущего импорта продовольствия. Я неоднократно писал ранее, что, если бы президент Горбачев и правительство Павлова стали на путь всего лишь 15–20% импорта продовольствия (заняв кредиты 150–200 млрд долл., что было под силу СССР), – СССР благополучно существовал бы ныне. А если учитывать то, что произошло с «нефтяными ценами» начиная с 1999 г., то, экспортируя от 200 до 400 млн т нефти ежегодно, СССР, скорее всего, бурно устремился бы вперед на позициях в иерархии экономических держав мира (конечно, если бы была принята «Пекинская модель», а не «Вашингтонский консенсус»).

Два фактора особенно сильно повлияли на сельское хозяйство России в ушедшее десятилетие. Первый – это продолжение правительственной политики игнорирования нужд сельского хозяйства, сокращение помощи. В США, например, ежегодно федеральная помощь в этой области, в прошлое десятилетие, составляла более 200 млрд долл. Президент Барак Обама недавно заявил, что в рамках сокращения огромного дефицита бюджета необходимо отказаться от такой масштабной затратной статьи бюджета. Но американское сельское хозяйство – самое передовое, модернизированное, и фермеры, скорее всего, не особенно пострадают от этих мер. Другое дело – сельское хозяйство и животноводство России – предельно отсталое и запущенное за все 20 лет его «реформирования» (и до этого – в не меньшей мере).

Второй фактор – это природные катаклизмы последних лет – они были крайне засушливыми, сопровождаясь наводнениями в южных регионах, пожарами и т.д. Лишь в 2010 г. сельхозпроизводство сократилось почти на 12%, а продукция растениеводства – более чем на 25%. Годовая потребность нашей страны в зерновых оценивается в 74–75 млн тонн; накопленные в прошлые годы запасы (не более 25 млн тонн) всего лишь покрыли образовавшийся в результате засухи текущий дефицит. Засуха и ее последствия привели к резкому ухудшению финансового положения и без того обремененных долговыми кредитами хозяйств. Совокупный долг агропромышленного комплекса только перед банками составляет, по данным специалистов, беспрецедентные 1,3 трлн руб. Значительная часть сельхозпредприятий, как правило, ежегодно сталкиваются с ситуацией, когда они не имеют денег, чтобы расплатиться с кредитами. У них нет средств ни на горючее, ни на семена, чтобы проводить весенний сев. Обеспеченность предприятий сельхозтехникой в настоящее время оценивается в 60% потребности. Пассивность как самих хозяйств, так и Министерства сельского хозяйства и правительства в целом производят удручающее впечатление. Поголовье крупного рабочего скота за два десятилетия сократилось в 6 раз, овец – в 8 раз. «Фатальная роль бездействия» (как назвал это явление Михаил Делягин) очень ярко проявилась в последствиях введения запрета на экспорт зерна. Эта правильная мера не сопровождалась никакими, даже самыми примитивными усилиями по переброске зерна из избыточных регионов в пораженные засухой (а ведь именно там живет максимальная часть его потребителей!). В результате население сталкивалось с резким удорожанием, а то и прямой нехваткой зерна, а в зерноизбыточных регионах часть и без того скудного урожая просто погибла от неправильного хранения – его некуда было девать. Большую роль сыграл и сознательный саботаж зерновых спекулянтов, что было выявлено осенью 2010 г. Высшие руководители потребовали тогда наказать виновных, но наказанными (рублем), как обычно, оказались граждане страны, которые ежедневно видят, как поднимаются цены на продукты питания.