Гильотина для госпитальера - Илья Стальнов

– Но…

– Прикрой свое помойное ведро, звуки из него воняют дерьмом! – Беззубый внимательно посмотрел на Черного шамана.

– Этот парень останется с нами. С ним надо разобраться.

Черный шаман слегка улыбнулся. Он не понимал испанского. Но он догадался о том, что говорит главарь шайки своим подчиненным.

Этот мир устраивал Черного шамана. Он напоминал ему чем-то его джунгли. Тут наверняка будет место культу Буду и его Владыке…

* * *

Магистр и Рыцарь Рыжего Пламени очнулись там, откуда они отправились в путешествие в далекий мир.

Магистр стоял в центре площадки. Он огляделся. Эфирогенераторы были на месте.

– Мы дома, – поражение прошептал Рыцарь Рыжего Пламени.

– Не забывай, что это еще не дом, – произнес Домен. – Но нам нужно домой.

– Да, Магистр, – склонил голову Рыцарь Рыжего Пламени.

– Скоро сюда нагрянут гости. А дома у нас много дел. Мне кажется, нам нужно во многом пересмотреть цели и задачи нашего Ордена.

– Пережитый кошмар невозможно передать словами.

– Я сделаю все, чтобы больше никто не пытался открыть дверь.

Магистр привычно потянулся к груди, где висел Талисман Пта, и отдернул руку. Талисман остался на проклятой Гаскони.

* * *

Что такое оказаться в лапах многочисленных комиссий, Сомов знал по собственному опыту. Такое уже было однажды, когда они с Филатовым вернулись с сувенирами от приоров. О том случае вспоминалось с содроганием. Тогда специалисты разведки и комитета по науке вывернули наизнанку все мозги, слизав последнюю каплю информации по поводу происшедшего. Нынешняя процедура была не менее отвратительной.

Длились разбирательства три недели. Госпитальер проклял все на свете.

– Эту куда хуже, чем шататься по трущобам, – в сердцах бросил он разведчику.

– Тыне прав! – серьезно ответилтот.-Втрущобаххуже.

– Вопрос спорный.

В один прекрасный день их вызвал председатель комиссии паучников академик Рогатин. Он принимал в просторном кабинете, в котором можно было ездить на машине.

– Присаживайтесь, – он указал на силовые кресла, выглядящие как едва мерцающие над полом облачка.

Сомов с размаху плюхнулся на него, ощущая, как силовые линии приятно охватывают тело.

– Что вы нам хотите сообщить? – зло спросил он. – Что исследования закончены?

– Скажем так, первый этап исследований, – сказал академик Рогатин.

– Что?!

– А на что вы надеялись, уважаемый Никита Федорович? Вы – единственный человек, который побывал за гранью нашей Вселенной и вернулся обратно. Так что теперь от вас не отстанут долго.

– Я хочу в госпиталь. Я хочу работать.

– Успеется. Думаю, через недельку мы отправим вас в психоразгрузочный центр Черномории.

– Ни за что! – воскликнул Сомов.

– Действительно, – кивнул Филатов.

– Ладно… – академик помолчал, потом произнес. – Первоначальные выводы наша Комиссия уже сделала.

– И что умного установили? Где мы были? – осведомился Сомов, все еще злившийся. – Где затерялась эта чертова Гасконь?

– Неизвестно. Но есть предположения. Академик щелкнул пальцами, и справа от него вознеслась большая объемная карта Галактики.

– Явление, которое вы наблюдали на небосклоне Гаскони – разноцветные линии вместо звезд, говорят, что Гасконь находится в центре какой-то космической аномалии. Неудивительно, что именно там пытались пробить проход в иную Вселенную, конечно, если допустить, что это имело место в действительности…

– А не является плодом нашей галлюцинации, – закончил за него Сомов. – О галлюцинациях я достаточно наслушался от инквизиторов. Не уподобляйтесь им.

– Хорошо, не буду… Место должно быть необычным. Вот, – он ткнул в зону за пределами ареала человечества. – Черный Карман.

– Что-то слышал, – задумчиво протянул госпитальер.

– Черные дыры известны всем – схлопнувшиеся в точку огромные массы, туда проваливается вещество, время там прекращает свой ход. Правильно?

– Да.

– Гравитация ломает материю и пространство… Что ломает материю и пространство в Черных Карманах – неизвестно.

Гравитационных аномалий там нет. Просто ничего не может попасть в определенную область пространства и выйти оттуда. Математические модели показывают, что картина звездного неба там будет похожа на ту, которую вы наблюдали на Гаскони.

– Ив Черный Карман может провалиться целая планетная система? Там же было солнце. Гасконь вращается вокруг него.

– Этот карман в диаметре полсветогода.

– Да, но корабли с переселенцами как-то попали туда! – госпитальер поднялся с силового кресла и ткнул пальцем в Черный Карман.

– Как-то попали, – не мог не согласиться академик Рогатин. – Но как – мы не знаем.

– А где сам Орден Копья? – спросил разведчик. – Судя по всему, у них достаточно высокотехнологичная цивилизация.

– Где? – хмыкнул академик, поднялся и ткнул пальцем в карту. – Может, здесь. Может, здесь – он ткнул в другое место. – В Галактике сто миллиардов звезд. Думаю, наши поиски затянутся надолго.

– А их база на Мечте Боливара?

– Она была эвакуирована в тот же день, когда вы вернулись с Гаскони.

– Значит, с нами вернулся и Магистр, – кивнул Филатов.

– И у нас под боком неизвестный враг.

– Да, – кивнул академик.

– Они могут попытаться вновь пробить дверь, – сказал Филатов.

– Вряд ли, – покачал головой Сомов. – Дверь на Гаскони забита наглухо. Я это знаю наверняка. Но…

– Что? – подался вперед академик.

– Но есть еще много дыр, где дуют сквозняки с других миров…