Вавилонские сестры и другие постчеловеки - Брюс Стерлинг

Козлоногая женщина улыбнулась.

– Не собираюсь я с тобой ничего делать. Но должна сказать тебе, что ты капитулируешь перед другим человеком.

– Это почему?

– Потому что я – Джуди, – ответила она.

6

Сладкая парочка

Я прожил с Джеззи и Джуди целую неделю, прежде чем по различным обрывкам разговоров понял, что они воровки.

Мошенницы. Аферистки. Похитительницы мозгов и расхитительницы больших полушарий.

Разумеется, таковыми они себя ни в коем случае не считали. О своей деятельности Сестры имели совсем другое мнение, которое иногда проскальзывало в их разговорах и которое оправдывало и восславляло ее.

Сам акт общения с этими двумя особами был тем не менее необычен и сбивал с толку. Мне требовалось времени вдвое больше обычного, чтобы связать воедино и понять, что они хотят сказать. Если сольный разговор Джеззи – стремительный, смутно-неуловимый и непредсказуемый – напоминал полет опьяневшей крохотульки-колибри, то словесная эквилибристика обеих в те минуты, когда они собирались вместе, навевала мысли о двух воздушных гимнастках, перелетающих с трапеции на трапецию в зеркальном зале цирка.

Джуди – имя свое она позаимствовала у библейской Юдифи, известной тем, что загнала гвоздь в голову Олоферна, – и Джеззи обладали привычкой, типичной для соседей и партнеров в мире симбиоза. Когда они бывали вдвоем, то общались при помощи ТИПов. Когда же к их обществу присоединялся кто-то третий – например, я, – кто вступал с ними в игру, женщины мысленно соглашались делить свои мысли пополам, чередуя предложения или фрагменты предложений. Если принять во внимание тот факт, что мои новые знакомые на глаз и на слух были практически неотличимы друг от дружки, то подобный способ общения просто сводил меня с ума.

Лежа на толстом, как подушка, биополимерном мате, брошенном на пол одной из комнат моего нового жилища, я в данный момент разглядывал обеих женщин, которые неким необъяснимым образом приютили меня на чужой планете. Обнаженные Джуди и Джеззи лежали на диванах органического происхождения. (Я до сих пор не избавился от отвращения к искусственной мебели, за исключением моего матраца.) Биосветильники испускали голубовато-зеленый свет, создавая иллюзию пребывания в подводном коралловом зале. Я до сих пор затрудняюсь сказать, какая из этих двух женщин подошла ко мне в первый день моего появления в Вавилоне.

Мы все втроем зашли в тупик в ходе очередного нашего разговора, и теперь я размышлял над тем, как элегантнее приблизиться к интересующим меня темам и как ловчее подойти к ним с тыла.

– Позвольте мне изложить то, что понял с ваших слов, – начал я. – Ни одному Сотрапезнику не нужно работать.

– Верно, – ответила мне Джеззи или Джуди.

– По причине неограниченной энергии...

– ...получаемой от печей монополя...

– ...разумного руководства...

– ...ресурсами и коммерческой деятельностью...

– ...и отчасти деятельностью нашего ИОИ...

– ...все потребности...

– ...удовлетворяются бесплатно...

– ...такие, как потребности в питании и одежде...

– ...и жилье подобного типа...

– ...надеюсь, теперь тебе понятно.

Пока мои новые подруги говорили, взгляд мой метался туда-обратно, подобно шарику от пинг-понга, с одной на другую. Как я ни пытался избавиться от этого рефлекторного движения глазными яблоками, я постоянно ловил себя на том, что стремительно переключаю внимание со стереофонической Джуди на стереофоническую Джеззи. Иногда я просто заставлял себя смотреть в пространство между ними и ни на миллиметр не отводил глаза в сторону.

– Отлично. Насколько я могу понять, вам действительно удалось организовать ваше сообщество таким образом, хотя и в нарушение принципов Охранителей в том, что касается самодисциплины и упорного добросовестного труда.

Джуди или Джеззи хихикнула, а ее близняшка протянула руку и почесала волосы на пространстве между лошадиной и человеческой кожей, провокационно качнув грудью. (Наши разговоры частенько заводили нас в определенном направлении. Женщинам не потребовалось много времени, чтобы соблазнить меня. Движимый смешанным чувством одиночества, похоти и опасения обидеть отказом моих знойных захватчиц-спасительниц, я охотно отдался их желаниям. Несмотря на то что эти отношения быстро обрели одновременно на удивление рутинную стабильность, многие их аспекты не переставали меня изумлять. Например, почему обе женщины заинтересовались мной и почему им все еще не надоело опекать меня?)

Не обращая внимания на саркастические смешки и покачивание соблазнительной плотью, я снова перевел беседу в интеллектуальную плоскость.

– Но вы также утверждаете, что Вавилон постоянно следит за оценкой кредитоспособности своих граждан и что вы можете дополнить ее работой... или, как в вашем случае, – воровством.

– Ты понимаешь в кредитах...

– ...но, пожалуйста, не называй нас воровками.

Я упрямо качнул головой.

– Не вижу причины не называть вас так. Вы берете у других людей вещи, которые вам не принадлежат.

– Но это не физические предметы...

– ...а всего лишь информация...

– ...что совсем другое дело...

– ...ты понял бы это...

– ...если бы знал кое-что...

– ...о теории информации...

– ...потому что сообщество Сотрапезников основано на информации...

– ...как на источнике богатства...

– ...несмотря на то, что информация не безгранична, конечно же...

– ...потому что ее нельзя съесть...

– ...или носить ее...

– ...или трахаться с ней...

– ...хотя секс, конечно же...

– ...самым неповторимым образом...

– ...также является способом обмена информацией...

– ...и давай не будем забывать о том...

– ...что существует предел...

– ...полезности информации...

– ...когда взаимодействие с детерминистическими системами...

– ...которые тем не менее проявляют врожденную произвольность...

– ...известную под названием хаос...

– ...что описывает сообщество Сотрапезников...

– ...до мельчайших деталей!

Я спрятал лицо в ладонях, чувствуя, как у меня начинает трещать голова. Сдавленным голосом я произнес:

– Расскажите мне об этом еще раз!

– Информация должна размножаться...

– ...неким образом совокупляться...

– ...производить новую информацию...

– ...более ценную, чем она сама...