S-T-I-K-S. Игра в кошки-мышки - Михаил Баковец

Порядка в Орешке было мало, поэтому выехали мы не через полчаса, как грозил тот мелкий бородатый хрен, а спустя час с лишним, пока дождались всех сопровождающих членов команды и приняли попутные грузы в Парадиз.

Моим сопровождающим оказался румяный молодой мужчина на несколько лет старше меня, одетый в неновый охотничий камуфляж с рисунком камышей и тростника на мягкой материи. Из оружия имел «АКМ» с деревянным прикладом, наган и, разумеется, обязательный клюв. Подошел он к моей машине за пару минут до того, как прозвучала команда выезжать.

– Я Пузырь, привет! – широко улыбаясь, он протянул мне ладонь.

– Сервий, – ответил я на рукопожатие. – Забирайся на переднее сиденье.

После трюка Художника у меня уже не было надежды, что успею среагировать на точно такое же нападение, но иметь незнакомого человека, дышащего в затылок, было бы еще неприятнее.

Тронулись.

Сначала наша колонна катила по знакомой дороге, именно с нее меня недавно обманом уговаривал свернуть Художник. Через три часа покинули ее и, проехав пару километров по пыльной разбитой грунтовке, оказались на магистрали с четырьмя полосами на каждом направлении движения. И здесь мы впервые после того, как выехали из Орешка, столкнулись с тварями.

– Всем внимание! Слева на мосту сидит лотерейщик! – прохрипела рация в кармане Пузыря. Чуть позже приглушенно пророкотала пулеметная очередь. – Чисто!

Пикап действовал перед «шишигой», выполняя роль дозора. «Головастик» то ускорялся, уносясь далеко вдаль, то замирал на месте, поджидая отряд. Вот и сейчас он заметил мутанта метрах в четырехстах от головы колонны. Рисковые все же тут парни катаются, защиты нет никакой, вся надежда на скорость и меткий глаз пулеметчика.

– Так, Пузырь, ты рулить умеешь? – спросил я соседа.

– Ну, более-менее, – ответил он. – А что?

– За руль садись, а я буду по сторонам посматривать. Если понадобится тварь пристрелить, то пригожусь.

– Э-э, не, – замотал он головой, – я и сам неплохо стреляю…

– Неплохо? – перебил я его. – Ты слышал про меня, Пузырь? Недавно я с янычарами конвой внешников расстрелял и так метко укладывал этих уродов, что Янычар мне большое спасибо сказал и к себе в отряд снайпером звал потом. Ты уверен, что стреляешь лучше меня, а? Дар у меня такой – меткая стрельба.

– А-а… блин, ладно, только мне предупредить нужно всех, а то паника начнется. – после этих слов он нажал тангету на рации, не доставая ее из нагрудного кармашка, и произнес: – Это Пузырь, мы сейчас на полминуты остановимся для смены мест, я за руль, Сервий за стрелка.

– Рехнулись, что ли?! Никакой остановки! – прокричал кто-то грозным голосом в радиостанции.

– Не разре… что ты делаешь?! – вскрикнул мой сопровождающий, когда я остановил «УАЗ».

– Торможу, сам не видишь? Давай садись за баранку, и погнали. Только аккуратнее с моим «рыжиком».

Радиостанция после нашей остановки не смолкала минуты две. Брань и угрозы сыпались на мою голову и голову побледневшего Пузыря, пока я не выхватил рацию у него из кармашка и не высказался, поймав паузу:

– Это Сервий, хватит эфир засирать, а то из-за тебя дозор не слышно!

В рации что-то хрюкнуло, и наступила тишина.

– Нормально ты его приласкал, – покачал головой Пузырь. – Только зря ты так, он тебе это припомнит.

– Кто?

– Да старший наш, помощник главы Орешка. Петом все зовут, хотя с самого начала его Петухом окрестили, но потом срезался последний слог. Он сам и срезал, подмазал кого нужно. Борзый он очень, задиристый не по делу. Потому и Петух, хотя поначалу в это слово и другой смысл вкладывали.

– Попроще можно сказать – говеный. Плевал я на него, мне бы разобраться с этими килдингами и отдохнуть нормально, а то который день то бегу, то стреляю, то еду, то убегаю, – вздохнул я. – Из-за этого на всех и срываюсь.

– Тьфу… тьфу… тьфу, – быстро поплевал в левую дверь Пузырь, потом серьезным тоном произнес: – Не вспоминай сектантов вне стаба, плохая примета.

В тишине мы катили минут двадцать, пока впереди вновь не затарахтел «утес», а в рации не раздались злые голоса дозорных. Через минуту к создаваемому ими шуму присоединился пулемет с «шестьдесят шестого».

Затем в рации затрещали сразу несколько операторов.

– Тут кусач… два!..

– Мля, лотерейщики толпой валят на нас! И прыгуны!..

– Сука! Сука! На!..

Перебил весь шум и гам голос разведчика из пикапа:

– Это орда! Орда! Мать вашу! Всем назад!

Пузырь от неожиданности нажал на педаль тормоза, заставляя машину пойти юзом и развернуться боком.

– Ты сдурел?! – заорал я на него. – Дебил, что творишь? Кто тебя учил водить машину?!

Разумеется, «уазик» после такой выходки заглох и перестал заводиться. Пузырь бессмысленно щелкал ключом.

– Стой! Хватит! Да стой же! – я от души приложился ладонью по его руке, которая давила на ключ. – Сломаешь же!

– Пузырь, что там у вас? Почему встали? Мы разворачиваемся и уходим на грунтовку вправо в пяти километрах от этого места, мы ее проезжали несколько минут назад, – в рации прозвучал голос Пета.

– Машина заглохла, не заводится! – чуть ли не плача ответил мой напарник.

– Выходите, вас подберут!

– А вот щас, – оскалился я. – прикрой меня!

– Что? Ты что задумал? Пошли пересядем к парням.

– Да иди ты… к этим парням, – с трудом сдержался я и выскочил наружу. На этой старой модели капот открывался с помощью двух кнопок на «морде». Откинув его на лобовое стекло, я первым делом посмотрел на аккумулятор.

– Так и знал, – прошипел я. – Вот урод.

Последнее слово было адресовано Пузырю, из-за которого батарея соскочила со своего места и сорвала клемник. Хорошо, что массу. Замкни тут «плюс», и пришлось бы в самом деле перебираться в чужую машину, бросая своего «рыжика».

– Ты чего возишься?! – крикнул водитель из «шишиги», притормозив рядом. – Запрыгивай в кунг, пока мутанты за жопу не ухватили!

– Клемма соскочила. За полминуты все исправлю, – ответил я и вернул на место тяжелый аккумулятор, нештатный и потому с трудом уместившийся на заводском месте. Из-за размера и штатное крепление пришлось снимать, прихватив батарею тросиком. да только не помогло. Ну, кулибины, нашаманили мне тут. Когда вернусь в Орешек, непременно всем там рога обломаю.

«Уазик» завелся с полуоборота, стоило крутануть ключом в замке зажигания.

В колонну я вошел последним и с огромным отставанием. Когда машины уже скатились на грунтовку, которая шла сразу за большой заправкой, я только к ней подъезжал. И провозился-то всего минуты две с машиной, но пока разгонялся («УАЗ» – далеко не гоночный болид «Формулы-1»), колонна успела умчать далеко. И даже про меня совсем забыли, даром что я чужак, а мой напарник уже успел давным-давно смазать салом пятки.