Чужая корона - Алексей Изверин

— Ну, вот это уже очень хорошо… Граф, известите барона о его роли. Будет он у нас адвокат. Барон Алькон… Заранее договоритесь с бароном Гонку. Если надо, то сошлитесь на меня. Так, проект закона пока что отправляется на доработку. Может, у кого‑то есть какие‑то замечания? Граф Нидол Лар, что имеете сказать?

Граф едва заметно двинул глазами, получая одобрение у соседей. Так, кто у нас соседи? Надо же, барон Алькон и граф Тоскалонский Лир. Предсказуемо, конечно. Одному хочется по быстрому всех осудить и кишки на палку намотать, а второму все эти королевские новшества что‑то не очень нравятся, как я погляжу.

— Ваше Величество, думается, что идея ваша с королевским судом весьма хороша. — Начал без обиняков граф Нидол Лар. — Да одно неясно, ну к чему нам этот ад — во — кат? Кто согласится защищать таких негодяев? Это ж так самому недолго негодяем стать…

— Законность, граф, законность! А если мы поймаем невиновного и осудим?

По лицу графа читалось, что не такая уж это и большая беда, одного невиновного в год. Главное, чтобы десять виноватых не ушло. И потому я решил поднажать немного.

— Сначала один невиновный, потом второй, а где второй, там и десяток, а потом уж суд начнет делать то, что ему заблагорассудится, на законы плюнув? Как граф Лург, наследство подтасовывать и граждан моих обирать до нитки себе в угоду, забыв о том, что его дело закон блюсти, а не… — Что "не", я не представлял, и потому закончил просто. — Вот и делаю так — один обвинитель, это прокурор, второй защитник, а судья над ними уже пусть решает, кто прав, а кто виноват.

— Очень интересная система, Ваше Величество. Не желаете ли знать, как такое делается в Империи?

— Желаю. — Подумав немного, сказал я.

— В Империи суд и судьи отдельно от дворянства. Обычно в судьи идут безземельные дворяне, которым места не нашлось на родине, бывшие военные, коим раны или возраст не позволяют дальше служить. В каждом небольшом городке и в каждой местности есть суд, а в больших городах судов много, каждому концу городскому концу свой. В каждом суде по трое судей, один главный судья, при нем два помощника и писарь, при них не меньше пяти солдат во главе с десятником. Помощники и судьи допрашивают преступника, а потом судьи решают, какое наказание ему назначить. Писарь описывает дело и отсылает императорскому наместнику, тот складывает дела в архив. Архивы хранятся долго… Я видел императорский архив Каорвола, это дом трех этажей…

— А если подсудимый… — Снова начал русскими словами сыпать! — А если тот, кого обвиняют, не виноват?

— Судьи обязаны выяснить правду, Ваше Величество. А поскольку их трое, то решение всегда можно принять большинством голосов.

— Да, понятно…

— Ваше Величество. Ещё хочу обратить ваше внимание. А что, если никто не захочет защищать обвиняемого?

— Вот хороший вопрос, граф… Я как раз думал над этим.

Граф Нидол Лар заметил мои колебания, и решил усилить нажим.

— И, Ваше Величество, прошу подумать вас так же и вот о чем — а как же быть тогда, когда защитник умнее и сильнее обвинителя? Не будет ли так, что преступники найдут себе хорошего защитника и будут раз за разом избегать правосудия?

Старый граф ударил в самое больное место. Ну да, будут, конечно же. У нас, на Земле, так и происходит сейчас. Умелый и опытный адвокат сможет столько народу отмазать, что…

— Граф, сделаем вот так. Пусть защитник будет… Скажем так, пусть защитник просто будет объяснять подсудимым… Ну, не смотрите на меня так странно! Я таким словом называю тех, кто обвиняется в совершении преступления… Вот так, пусть защитник просто будет объяснять подсудимым закон. И следить, чтобы ни обвинитель, ни судья закон не преступали.

— Очень странная система, Ваше Величество. Возможно ли будет мне сказать честно?

— Граф, так к чему мне те, кто говорит не честно? — Развел я руками. — Мне как раз честные нужны. Льстецов всегда хватит… Говорите же.

Граф приободрился.

— Тогда ваша система представляется мне излишне сложной. Есть преступник, есть его вина. Наказать согласно вины. И дело с концом. Если создавать сложности вокруг, то к добру это не приведет.

Барон Алькон и граф Лир покивали, Виктор тоже как‑то нерешительно кивнул. Волин молчал, лишь слушал. Граф Слав же вообще отстранился от спора как‑то, впитывал информацию и молчал.

И стали и у меня мысли разные закрадываться. В самом деле, что я огород‑то горожу? Может, и быстренько всех их под топор палача, вот как барон Алькон жаждет побыстрее пообщаться с графом Лургом. Вот как прям так и жаждет…

Но! Королевский суд — это очень серьезная организация. Которая, хотя граф Нидоли граф Лир ещё и не знают, в скором времени уравновесит две не менее серьезные организации, как Министерство Внутренних Дел и Министерство Государственной Безопасности. Иначе либо одно, либо другое министерство меня по итогу сожрут. Пусть пока одно ещё не оформилось окончательно, а другое только в планах и из него есть только будущий Железный Феликс, но такие проблемы лучше решать загодя. Разделяй и властвуй, да? Ещё римляне так говорили. Да и народу надо же чего‑то кинуть. Хлеба дадим, а зрелищ? Как известно из новейшей истории, если зрелища высокого качества, то и хлеба можно поменьше класть.

А что может быть лучше, чем большое классное судилище?

— Я понял, граф Нидол Лар. Тем не менее, первые суды состоятся так, как того хочу я. Считайте это моей королевской прихотью.

— Да, Ваше Величество… — Граф склонил голову в поклоне.

Ну, вот ещё проблема… Граф голову‑то склонил, но планов своих не оставил. Странно, чем же ему такой вариант суда не нравится? Ладно, подумаем что‑нибудь чуть позже, пока что уделять этому делу излишнее внимание рано.

Теперь к графу Виктору. Что у нас там происходит? Как вчера посовещались‑то, узнать бы… Хорошо ли все прошло, не стала ли старая гвардия выставлять дурачком молодого командира? Не слишком ли много они воли взяли?

— Итак, граф Виктор… Что у вас?

— В городе все спокойно, Ваше Величество. Кварталы мастеровых патрулируются ополчением мастеровых совместно с городской стражей, есть договор между лейтенантом городской стражи и главой ополчения. Под стражу взят и Рыночный квартал, волнений не замечено, разграблений складов купцов не было. Вот только двух человек повесили…

— А за что же?

— Взял на себя смелость, Ваше Величество, казнить содержателей питейного заведения на пирсе.

Чего? Сначала растерялся, а вот потом уже вспомнил. Питейное заведение на Земле — это когда водку наливаю. А тут разливают горный отвар, тот самый наркотик. И пьют тут его не для кайфа алкогольного, а для кайфа наркотического.

— Вот и хорошо. — Подвел я итог. Хотя какой там хорошо? Была б у меня полиция, то казнили бы не содержателей питейного заведения, а тех, кто сюда этот отвар привозит и тех, кто его делает. А содержателям впаяли бы немаленькие такие сроки.