Четвертое правило дворянина - Александр Герда

— Этого не может быть! Даже если все так, как ты говоришь — дети не в ответе за своих родителей.

— Все не так просто в нашем случае. Всегда есть исключения.

— Ты знал, что я его дочь, ведь так?

— Странный вопрос, Катя. Неужели в Российской империи несколько дворянских родов с такой фамилией? Да и потом, ты же представилась, помнишь?

После своего вопроса я еще некоторое время смотрел на нее, а потом пошел дальше. Спустя минуту за моей спиной послышались ее торопливые шаги.

— Ну хорошо, ты знал, что я его дочь, но ведь не оставил меня там, почему?

— Наверное потому, что оставлять девушку в смертельной опасности не входит в мои правила. Даже если она дочь моего врага. Я, может быть, и не образец праведности, но дворянин.

— Но ты ведь не только меня спас, мы ведь еще... у нас...

— Ты хочешь спросить, зачем я тогда помогал тебе и почему у нас возникли отношения?

— Да...

— Здесь секретов нет — ты мне понравилась как человек. Да и потом, ты же не виновата в том, что он твой отец и... мой враг.

— Не виновата, — растерянно пробормотала она.

— Вот видишь, к тому же, смею надеяться, наша симпатия была взаимной. Просто так сложились обстоятельства.

— С чего ты взял, что его враг? Ты же говоришь, что у него не было с тобой конфликта?

— Ты считаешь, что я должен ему простить кровную обиду?

— Володя... Он мой отец...

— И мой враг. Кровный враг, который будет только рад, если я сдохну прямо сейчас, возле этих прудов. Да и вообще — ты же сама видела, как он отреагировал, когда узнал, что мы с тобой близко знакомы. Ты же не глупая девушка, можешь сама сделать выводы.

— Может быть, есть какой-то выход? Не должно быть все настолько сложно. Безвыходных ситуаций не бывает.

— Ты так думаешь? — усмехнулся я и посмотрел на плавающих в пруду уток, которые нашли себе прогалину на льду. — Впрочем, ты права. Безвыходных ситуаций и в самом деле не бывает, выход есть всегда. Вот только для кого-то он хорош, а для кого-то...

— Я должна поговорить с ним. Если это и в самом деле кровная вражда, то я хочу знать об этом, — решительно сообщила мне Салтыкова.

— Делай, как знаешь. Но не жди от меня того, чего не позволяет мне сделать дворянская честь и мои личные убеждения. Слишком далеко зашел в свое время твой отец. Вот только напрасно бросил дело не завершив его до конца.

— Скажи, что не станешь ничего делать до тех пор, пока я не поговорю с ним! — сжала кулаки Екатерина.

В этот момент она показалась мне особенно забавной. Маленькая, но решительная девочка, которая решила изменить то, что изменить не в силах. Желание похвальное, вот только...

— Ты хотела со мной поговорить и наш разговор состоялся, что касается всего остального — это только наши с ним дела. Всего доброго, Катя. Если захочешь — звони. И на всякий случай запомни на будущее — ты мне не враг. Пока, во всяком случае.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать в ответ, но я покачал головой, дав понять, что любые слова сейчас ни к чему.

Время покажет. На прощание я улыбнулся ей и пошел к ожидавшему меня лимузину.

* * *

Великое Московское княжество.

Звенигород.

Свет в доме Виктора Ванга погас довольно рано. Уже в восемь часов ни в одном из окон его небольшого дома свет не горел. Но мы решили подождать еще пару часов. Так будет больше шансов на то, что он заснет.

Вообще странный какой-то домик. Его как будто специально построили немного вдали от остальных. Да еще и поставили перед архитектором задачу — создать такой проект, чтобы после постройки дом выглядел мрачно. Было ощущение, что он весь темный, будто его стены выкрашены в серо-черные цвета.

— Как-то грустно все, — сказал я, глядя на унылое строение. — Назвать это домом даже язык не поворачивается.

— По крайней мере, расположен удобно. До ближайшего дома шагов сто пятьдесят, не меньше, так что можно спокойно наблюдать с безопасного расстояния, — заметил Верховцев, который сидел рядом со мной в машине.

— Сегодня он тоже никуда не выходил?

— Даже курьеры с едой не приезжали, — пожал плечами Леонид Александрович. — Черт его знает, что он там ест. Китайцы вообще народ странный.

— Этот особенно. Ладно, я выдвигаюсь, если не выйду оттуда — постарайтесь сделать так, чтобы и он там остался навсегда.

— Владимир Михайлович, может быть все-таки пусть ребята? У них и оружие есть, да и вообще...

— Оружие? Зная его любовь к разным, скажем так, необычным вещам, внутри может оказаться кто-то, против кого оружие будет бессильно. Тем более, что этот вопрос мы уже обсуждали.

— Тогда удачи, — нахмурился безопасник.

— Вот за это спасибо.

Я вколол себе шприц-тюбик «Хамелеона», затем надел очки ночного видения, которые раздобыл для меня Верховцев, и вышел из машины.

Ух ты! Эффект интересный. Блуждающий огонек, конечно, был бы повеселее, но и так неплохо. Видно сносно. Учитывая, что это была какая-то последняя разработка и размерами они не сильно отличались от обычных, вообще красота.

План я изучил еще вчера вечером, сразу после того, как вернулся со встречи с Салтыковой, так что примерное расположение комнат знал. Благо их было немного, всего три, не считая кухни. Что же, чем меньше у него места для маневра, тем лучше.

Вокруг было тихо, лишь где-то вдалеке был слышен шум проезжающих автомобилей.

Я решил пробираться в дом через дальнюю комнату. По информации от наших ребят, свет в ней вообще практически никогда не зажигали, так что пользуется он ею крайне редко.

Для начала я попытался что-то увидеть через стекло, но нет — плотная штора полностью закрывала окно. Придется выяснять на личном опыте.

Со стеклопакетом я справился легко — благо парни Верховцева, которые охраняли меня в Барвихе, дали пару уроков, после которых этот процесс вообще не вызывал у меня никаких затруднений.

Приоткрыв окно и отодвинув тяжелую штору, я заглянул внутрь. Это однозначно была спальня, вот только кровать была пуста. Она даже не была расправлена. Интересно.

Забравшись на подоконник, я скользнул внутрь и прислушался. В доме была полная тишина и это как-то настораживало. Человек не спит в своей кровати, не слышно ни одного звука, даже работающих приборов типа холодильника. Действительно, очень необычный тип.

Я медленно прошел в соседнюю комнату — это была гостиная или что-то типа того. Кресло, телек, несколько шкафов... Ничего лишнего. Все строго и аккуратно. Но и она была пустой.

Не думаю, что он принимает душ или прячется на кухне, а значит остается третья комната.