Карпатская тайна - Дэвид Линн Гоулмон

– Гитлер был маньяком. А под своим народом ты подразумеваешь цыган?

Аня улыбнулась и изогнула брови.

– На сегодня мне, пожалуй, хватит уроков истории, почему бы нам…

Подполковник понял, что они уже были не одни. Маленький мальчик с козой теперь стоял в проходе и смотрел на него.

– Отойди, мальчик, – велел ему Бен-Невин. – Возьми свою козу и сядь на место.

Мальчику было лет одиннадцать или двенадцать, и он переводил взгляд с мужчины на женщину, которая только сейчас поняла, кем был этот ребенок. Она сначала не узнала его, да и не могла понять, откуда у него взялась коза. В ее маленькой деревне все так же творились сумасшедшие вещи, и Корвески знала, что этот ребенок оказался здесь по поручению ее бабушки.

– Извините, – сказал мальчик на ломаном английском. – Тетя Аня?

Майор улыбнулась в ответ и успокоилась, окончательно убедившись, кто этот малыш. Она чувствовала, как глаза ее наполняются слезами, и пыталась скрыть свою слабость, хотя и понимала, что в этот момент была обычной женщиной, а не профессиональным агентом «Моссад», которым себя считала. Теперь Аня поняла, как сильно скучала по дому. Она посмотрела на мальчика и кивнула, из-за чего тот улыбнулся еще шире.

– Привет, Георгий, ты знаешь, что как две капли воды похож на своего двоюродного брата Кинту, который жил со мной в Риме? – спросила Аня, широко улыбаясь мальчику, который тоже расплылся в улыбке. – Сейчас он там, но я надеюсь, что к следующей неделе он уже будет дома.

– А, мальчик, который спас американцев, продавец апельсинов! – сказал Бен-Невин, не в силах скрыть удивление. – Вы не перестаете меня удивлять, майор. Привести с собой ребенка в Рим для работы и скрыть его от «Моссад» – вы еще хитрее, чем я думал.

Корвески повернулась к подполковнику.

– Я обычный человек. То, что со мной был кто-то из родной деревни, помогло мне держать себя в руках и полностью сосредоточиться на том, что мне нужно было сделать. – Она на мгновение опустила глаза. – Я совершала ошибки, но помощь моего племянника напоминает мне о том, что действительно важно, как и вот этот мальчик. – Женщина улыбнулась и снова подняла глаза на ребенка, не обращая внимания на Ависа.

– Да, я твоя двоюродная тетя. Тебя отправила сюда бабушка?

– Довольно, – сказал Бен-Невин, потянувшись и взяв мальчика за руку. – Порадуетесь семейному воссоединению позже. Он поедет с нами, когда мы встретимся с моими людьми в Бухаресте.

Мальчик просто посмотрел на руку, которая схватила его. В тот же самый момент подполковник увидел, как он поднял глаза, а затем услышал блеяние козы, которая попыталась отступить назад по проходу. Ее глаза тоже расширились, после чего она упала на пол и попыталась забиться под ближайшее кресло. Авис увидел, как улыбка на губах ребенка расширилась, а его взгляд переместился с его руки на то, что находилось у него над плечом. Он услышал низкое рычание из-за спины и почувствовал влажное, теплое дыхание на своей шее.

Аня понятия не имела, как ему это удалось, но ее племянник каким-то образом умудрился провести одного из голиа в поезд. Она медленно повернула голову и увидела животное, сидящее в проходе. Его желтые глаза смотрели прямо в затылок подполковнику. Бен-Невин сглотнул и медленно повернул голову, чтобы посмотреть на огромного черно-серого зверя, угрожающе смотревшего ему в спину.

– Боже мой!.. – прошептал он, медленно поднимая пистолет.

– Это, – со знанием дела сказала Корвески, – не самая лучшая идея, подполковник. Животное откусит вам руку до того, как вы успеете нажать на спуск. – Она выпрямилась в своем кресле и внимательно посмотрела на голиа. Ее глаза расширились, когда она увидела, что от его правого уха оторван кусок. Женщина вспомнила, что, когда она была маленькой, этот зверь был ранен в схватке со своим старшим и гораздо более агрессивным братом, Станусом.

– Георгий, это Микла? – спросила майор племянника.

Двенадцатилетний мальчик кивнул, а волк заскулил и тряхнул ушами, услышав свое имя. Но его желтые мерцающие глаза продолжали смотреть на подполковника.

Аня улыбнулась, повернувшись лицом к голиа, который родился всего через два дня после нее. Из-за того, что они появились на свет почти в одно время, ее бабушка всегда включала черного волка с серыми кончиками ушей и хвостом в празднование ее дней рождения в детстве. Позже майор с любовью вспоминала маленького волчонка с дурацким праздничным платком на голове. Теперь же гигантский волк не обращал на нее никакого внимания, потому что был полностью сосредоточен на Бен-Невине.

– Это невозможно, что это за животное? – пробормотал тот.

Корвески медленно протянула руку, забрала у подполковника пистолет и направила оружие на него.

– Старый и дорогой друг, которого мне не хватало. – Она улыбнулась, а затем увидела, что Микла повернул голову и стал смотреть на что-то, находящееся далеко за плечами и головой ее племянника. Послышалось низкое рычание, и уши зверя медленно опустились. Стало ясно, что к ним кто-то идет, и огромный голиа почувствовал это. Аня быстро подняла глаза, и кровь застыла у нее в жилах.

– Похоже, у нас скоро будут гости, майор… какое там у тебя настоящее имя, – сказал Бен-Невин, который тоже поднял глаза и увидел, что из предыдущего вагона к ним по проходу идут солдаты. Они смеялись и шутили, у одного из румынских военных была большая бутылка водки, а двое других постоянно оглядывались назад, словно все они пытались незаметно ускользнуть, чтобы выпить крепкого алкоголя.

На этот раз сомнений не было – рычание Миклы было угрожающим. Подполковник поморщился, почувствовав, что волк позади него меняет положение. Он закрыл глаза, когда рычание стало еще ниже и гораздо более угрожающим, чем всего несколько секунд назад. Военные подошли к двери вагона и собирались зайти в тамбур между вагонами. Микла прыгнул и оказался в центре прохода в десяти футах перед мальчиком и Аней, державшей Ависа под прицелом.

– Нет, Микла! – закричала женщина, когда солдаты открыли дверь в вагон, а огромный зверь в четыре шага преодолел расстояние до начала вагона. Корвески видела, что голиа не собирается подчиняться: он чувствовал опасность, исходящую от незнакомых людей, и собирался защитить ее и мальчика, и никакие ее слова или действия не смогли бы его переубедить. Аня встала со своего кресла. – Нет, Микла, не нападай на них! – закричала она в тишине вагона.

Вместо того чтобы послушать ее, волк встал на задние лапы, и трое людей в вагоне услышали хруст костей, менявших свое положение, благодаря чему голиа получал чудесную возможность карабкаться по любым стенам, горам или зданиям. Сначала щелкнула и встала в нужное положение кость одной лапы, из-за чего зверь наклонился вправо и ухватился своими длинными пальцами за два ближайших к проходу кресла. Когда он облокотился на кресла, кость второй ноги тоже встала на свое место, позволив животному выпрямить спину и встать на две ноги. Ноги его стали сильнее, длиннее, и новые пропорции волка теперь давали ему возможность ходить, как человек.