Карпатская тайна - Дэвид Линн Гоулмон

– Давай, я отведу тебя домой и положу в кровать, глупая женщина, – сказал молодой человек, обняв ее и двинувшись вперед по тропинке. Они шли молча. Когда Марко снова заговорил, солнце уже всплывало из-за восточного горного хребта. – Станус сегодня очень взволнован. Думаю, что ты заметила это вчера у костра. Кажется, один из его голиа пропал.

Старуха не ответила. Она просто медленно и осторожно продолжила свой путь, постоянно опираясь на палку, чтобы уменьшить боль в правой лодыжке.

– Конечно же, это самец, Микла. Он всегда был угрюмым, и он единственный из братьев, которого Станусу сложно контролировать, – продолжал ее внук.

Королева цыган продолжала идти молча.

– Ты скажешь мне, что делала в замке так поздно одна? – настаивал Марко.

– Я не могла уснуть. И да, причиной стала сегодняшняя встреча со Станусом. Мне нужно было помолиться. Альфа-самец чем-то обеспокоен. – Мадам Корвески приостановилась и посмотрела наверх в темное лицо внука. – Ты ничего не знаешь об этом, мальчик мой? – Она знала, что застала его врасплох и взяла реванш, потому что Марко остановился и отошел от нее, чтобы видеть ее целиком в обманчивом утреннем свете.

– После всех перемен в долине внизу и даже на нашей горе ты хочешь, чтобы Станус не был обеспокоен? Он успокоится, вот увидишь, – заявил мужчина. – Так ты знаешь, куда делся Микла?

– Да, – сказала его бабушка, неожиданно передумав играть в эту игру со своей собственной плотью и кровью. – Я знаю, где Микла.

Ее правая нога полностью отказалась служить ей, и она почти упала на землю, когда Марко поддержал ее. Он приподнял ее и донес до небольшого каменного выступа рядом с тропинкой, после чего снял с нее сандалию и увидел, что ее лодыжка распухла и была раз в пять больше своего обычного размера.

– Что случилось? Ты упала на лестнице в храме? – встревожился молодой человек.

– О, я всего лишь подвернула ногу. Иногда это происходит, когда я спотыкаюсь на ровном месте.

Марко посмотрел на бабушку, а затем снял с головы свой голубой платок и начал перевязывать им ужасно опухшую лодыжку.

– Подвернула? Я очень удивлюсь, если нога не сломана, бабушка. – Он закончил перевязку, положил локти на свои согнутые колени и посмотрел на цыганскую королеву. – Где Микла и что ты с ним сделала, что у тебя так опухла нога? С ним все в порядке? Мне отправить Стануса, чтобы вернуть его?

– Это не очень хорошая идея, потому что Микла и еще несколько молодых голиа не очень любят Стануса. И Микле не нужна помощь, чтобы добраться домой, с ним двое очень ответственных людей, – ответила старуха.

– Что ты сделала?

– Защитила будущее своего народа лучшим способом, который знаю. А теперь помоги мне добраться до дома, где ты должен будешь сделать мне чаю из корня горечавки, потому что я просто ненавижу его запах, – сказала она, хватаясь за сильное плечо внука, чтобы подняться на ноги.

Марко ничего не ответил. Он знал, что пользы от этого все равно не будет, потому что упрямее его бабушки был разве что сам Моисей. Молодой человек глубоко вздохнул, зная, что придется бороться с ее подозрениями, пока он не будет готов сделать то, что нужно. Он молчал всю дорогу до дома.

* * *

В ста восьмидесяти милях к западу в канаве рядом с пустынной второстепенной дорогой лежали трое. Мальчик крепко спал после их отчаянного побега с поезда, и Аня надеялась, что он не находится в шоке от произошедшего. Благодаря ее бабушке, двое ее маленьких племянников спасли ее жизнь дважды за последние сутки.

Больше всего майор Сороцкин беспокоилась о Микле. Голиа лежал на боку и лизал свою заднюю лапу и лодыжку. Зверь неудачно приземлился, спрыгнув с поезда. Он раньше не сталкивался с такими понятиями, как большая скорость, и для зверя стало неожиданностью, когда они необычно приземлились. Животному едва удалось удержаться на ногах, но вскоре пришлось перейти на бег на четырех ногах, чтобы снизить нагрузку на заднюю лапу.

– Бедный Микла, это я виновата, что заставила тебя сбежать, когда ты хотел остаться на месте и защитить нас. – Женщина протянула руку и погладила его бок. Гигантский волк посмотрел на нее, а затем заскулил и лизнул ее руку. Молодой голиа долго смотрел Ане в глаза, а затем протянул свою правую руку с вытянутыми пальцами и блестящими на солнце когтями, взял ее руку и слегка сжал ее. Первобытный волк неожиданно вздрогнул и закрыл свои желтые мерцающие глаза, после чего отпустил руку Корвески и положил голову на траву.

– Мы постараемся сегодня получше отдохнуть и двинемся дальше с наступлением темноты. – Аня снова погладила его мех. – Может быть, мы снова прокатим тебя на поезде, на этот раз, наверху? – сказала она с улыбкой, нежно гладя его. Уши волка встали серыми кончиками кверху, и она поняла, что мысль о поездке на поезде, несмотря на то что его первая поездка закончилась не очень удачно, все равно привлекала Миклу и что он был раз возможности прокатиться снова. Корвески знала, о чем он думал в критические моменты, подобные этому, и его радость или счастье было легко заметить. Но она не была уверена, чему именно радовался Микла – перспективе прокатиться на поезде или тому, что они приближались к дому.

Гигантский голиа привалился головой к Ане и довольно закрыл свои желтые глаза, которые теперь стали почти зелеными в свете поднимающегося солнца.

Микла выполнил задачу, ради которой его сюда отправили, и по крайней мере, сегодня он был доволен и спокоен, лежа с теми, кого должен был защищать.