Кровь - Тед Деккер

Оба понимали, что, если в шатре кто-нибудь окажется, их единственными союзниками будут внезапность и скорость. Встав на колени, Томас быстрым ударом рассек стену шатра у основания, молясь, чтобы треска полотна не услышали.

Затем отдернул край, и Уильям метнулся внутрь. Томас нырнул следом.

Они оказались в комнате, освещенной факелом. С левой стороны лежали под одеялами трое человек. Один приподнялся, и Уильям тут же на него прыгнул. Помещение явно предназначалось для слуг. Но крик слуги мог погубить пришельцев с той же легкостью, что и меч.

Паршивый не успел понять, что произошло, как Уильям прихлопнул ему рот рукою и приставил меч к горлу.

— Нет! — шепнул Томас. — Берем живым!

Не отпуская первого, Уильям дотянулся до второго слуги, ударил его рукоятью меча по затылку, затем проделал то же самое с третьим. Плененный им Паршивый начал вырываться.

— Она всех перебудит, — зашипел Уильям. — Лучше убить!

Женщина? Томас ухватил ее за волосы и приставил к горлу свой кинжал.

— Пикни — и умрешь, — сказал он шепотом. — Мы пришли не убивать, ясно? Но убьем, коль придется.

Ее серые, округлившиеся от страха глаза походили на две луны.

— Ясно?

Она отчаянно закивала.

— Тогда ты мне сейчас кое-что расскажешь. О том, что ты нас видела, никто не узнает. Я стукну тебя, ты потеряешь сознание, и в измене тебя не обвинят.

В глазах ее появился еще больший ужас.

— Думаешь, убью? Слушайся меня, и все будет хорошо. Всего один удар по голове.

Она, похоже, не верила.

— Исторические книги, — сказал Томас. — Слышала о них? — На мгновение ему стало ее жалко. Испугана так, что думать не может, не то что говорить. Он выпустил из руки ее волосы и велел Уильяму: — Отпусти ее.

— Командир, не стоит.

— Видишь? Он считает, что не стоит, — сказал Томас служанке. — Думает, ты будешь кричать. Но я тебе верю. Верю, что ты всего лишь испуганная девочка, которая хочет жить. Если закричишь, нам придется убить в этом шатре всех, даже самого Кваронга. Но если поможешь нам, никого не убьем.

Он слегка надавил кинжалом ей на горло.

— Поможешь?

Она кивнула.

— Отпусти ее.

— Командир…

— Отпусти.

Уильям неохотно убрал руку с ее рта. Губы у служанки тряслись, но кричать она не стала.

— Хорошо. Увидишь — я человек слова. Можешь спросить обо мне у Чилис, дочери Кваронга. Она знает меня как Роланда. А теперь поговорим. Ты слышала о книгах?

Она кивнула.

— Они здесь, в этих шатрах?

Молчание.

— Клянусь, женщина, если ты меня доведешь…

— Здесь, — шепнула она.

Здесь…

Да, конечно, он и шел сюда за ними, но услышать из ее уст, что исторические книги, эти древние записи, обладающие фантастической силой, и вправду здесь, рядом… В это даже страшно было поверить.

— Где именно?

— Они священны! Нельзя… Меня убьют за этот разговор. Их не дозволено видеть никому, кроме Великого. Пожалуйста, прошу тебя, умоляю…

— Тихо! — прошипел он. Следовало поторапливаться. Не ровен час, кто-нибудь войдет.

Томас отвел кинжал.

— Ну, что ж. Убей ее, Уильям.

— Нет! — Она упала на колени и схватилась за край его плаща. — Я скажу. Они — во втором шатре, в комнате за спальней Великого.

Томас жестом остановил Уильяма. Опустился на одно колено и начертил на песке схему шатрового комплекса.

— Покажи, где.

Она ткнула в рисунок дрожащим пальцем.

— Туда можно попасть другим путем, не через спальню?

— Нет. Стены завешены… э-э-э… железной…

— Железной сеткой?

— Да, железной сеткой.

— Здесь есть стражники? — Он показал на помещения рядом.

— Не знаю. Клянусь, не…

— Ладно. Ложись теперь, и я пощажу твою жизнь.

Она не сдвинулась с места.

— Один удар по голове, и тебя никто не заподозрит. Не глупи!

Тогда она легла, и Уильям ее ударил.

— Что теперь? — спросил он, поднимаясь на ноги.

— Книги здесь.

— Я слышал. А еще они практически недоступны.

— Я слышал.

Томас повернулся к пологу, закрывавшему вход. Тревоги до сих пор никто не поднял.

— Как ты любишь говорить, у нас нет в запасе ночи, — сказал Уильям.

— Дай подумать.

Ему нужна была дополнительная информация. Сейчас он знал, что книги не только существуют, но и находятся всего в каких-то тридцати ярдах от него. Защищенные надежнее, чем можно было ожидать. О ценности их и говорить не приходилось. И для того мира, и для этого! Руш, получается, не сумел их припрятать. Вот бы знать, как до них умудрился добраться Кваронг?

— Командир…

Томас подошел к стене, на которой висела какая-то одежда. Снял с себя плащ.

— Что ты делаешь?

— Превращаюсь в слугу. Их одежки не так бросаются в глаза, как боевые.

Уильям последовал его примеру. Переодевшись, они спрятали плащи у слуг под одеялом. Еще пригодятся.

— Жди здесь. Пойду разузнаю побольше.

— Что? Я не…

— Жди здесь! Ничего не делай, но смотри не усни. Если не вернусь через полчаса, иди меня искать. Не найдешь — возвращайся к нашим.

— Командир…

— Приказы не обсуждаются, Уильям.

Он расправил одежду, накинул на голову капюшон и вышел.

Шатры на деле являли собой один большой шатер. Прямо-таки переносной дворец. Стены украшены пурпурными и красными занавесями, на полах — цветные ковры. Чуть ли не в каждом углу — бронзовые статуи крылатых змей с рубиновыми глазами. И больше ничего, никакой мебели.

Томас поплелся походкой Паршивого в направлении, указанном служанкой. Единственным признаком жизни было приглушенное журчание голосов, ставшее громче, когда он добрался до покоев Кваронга.

Томас вошел в коридорчик, ведущий к королевской спальне, и остановился. На стене впереди висел ковер с изображением черной змеевидной летучей мыши — шатайки, которой поклонялись Паршивые. Слева, за плотным бирюзовым занавесом, слышались голоса. Справа, за другим занавесом, было тихо.

Томас шагнул направо. Отвел занавес, увидел, что комната пуста, и вошел.

В центре лежала длинная циновка, на которой стояли бронзовые кубки и высокий кувшин. Видимо, это была столовая. Мебели у Обитателей Пустыни практически не водилось — из-за нехватки дерева, но они прекрасно обходились и без нее. Вокруг циновки лежали большие подушки, украшенные гербом с летучей мышью. По углам горели факелы, озаряя штук двадцать мечей, серпов, булав и прочих боевых орудий Орды, развешенных на дальней стене.