Кровь - Тед Деккер

— И что он собрался там искать?

— Вождя Орды, в пустыне по ту сторону ущелья. Но тебе не следует за ним ехать, Рашель. Боюсь, его решение добыть книги доведет нас до беды.

— К тому же, — сказал Александр, — мы не можем себе позволить по чьему-то капризу отослать еще часть охраны.

— Это связано с его снами? — спросил Сайфус.

— Может, это вовсе и не сны, — ответила Рашель и сама удивилась, поняв, что сказала.

— И ты туда же?

На этот вопрос она не сочла нужным отвечать.

— То, что я знаю, может спасти моему мужу жизнь. Не отпустите меня — и его смерть будет на вашей совести.

Они промолчали.

— Если вы знаете еще что-то, что может мне помочь, пожалуйста, не сомневайтесь — сейчас самое время рассказать.

— Да как ты смеешь нами манипулировать! — взорвался Сайфус. — Если кто и способен уцелеть, затеяв столь дурацкий поход, так это Томас. Но его жене мы не позволим рыскать по пустыне за четыре дня до Собрания!

Рашель спустилась с крыльца и повернулась к ним спиной. Попытки этих стариков ее остановить только укрепили желание поскорее увидеть Томаса. Решение, рожденное пониманием его правоты.

— Рашель!

Обернувшись, она встретилась взглядом с Джеремией, стоявшим на краю крыльца.

— Из ущелья они поедут прямо на запад, — сказал он. — Умоляю тебя, дитя мое, не ходи. — Помолчал, потом обреченно продолжил: — Возьми побольше воды. Сколько лошадь унесет. Быстро скакать не сможешь, конечно, но болезнь тебя и вовсе остановит.

Дрожь в его голосе вызвала у нее раздражение.

— Он хочет стать одним из них, — сказал Джеремия. — Хочет пробраться в лагерь.

Рашель сперва не поверила своим ушам.

И тут же поняла, что это правда. Именно так Томас и поступил бы, если бы уверился — абсолютно точно уверился — в том, что оба мира реальны.

Она бегом припустила к конюшням.

Милый Элион, дай мне силы!

Майкиль, Уильям и еще семеро бойцов — самых лучших. Девять человек. Считая с ним самим — десять.

Каждый вез по три запасных фляги с водой, что тормозило их больше, чем хотелось бы Томасу. Но он затеял опасную игру и не мог рисковать, оставшись без очистительной воды.

Они скакали без отдыха весь день и добрались, наконец, до того самого каньона, в котором взрывали порох тридцать шесть часов назад. От тысяч мертвецов, погребенных под обломками и разбросанных по пустыне, несло жутким зловонием.

Коней они подобрали самой светлой масти, какая нашлась. Скакун Томаса зафыркал, забил копытом по песку. Томас пришпорил его, и тот неохотно двинулся вперед.

— Не верится, что все это сотворили мы, — сказал Уильям.

— И это не конец, — откликнулась Майкиль. — Конец еще впереди.

Томас прикрыл нос шарфом и повел свой отряд по ущелью, среди валявшихся всюду вражьих тел, закутанных в джутовые плащи. Ему не раз приходилось видеть смерть, но размах этого побоища вызывал тошноту.

Говорили, что в Орде о человеческой жизни беспокоятся меньше, чем о жизни лошадей. Тех, кто не повиновался вождю, наказывали жестоко и без суда. Чаще всего им ломали кости, не проливая крови, и оставляли умирать под палящими лучами солнца. Лесным Стражникам случалось натыкаться на их искалеченные тела. Публичная же казнь заключалась в том, что преступника топили, и подобная смерть страшила всякого Паршивого больше любой другой.

«Должно быть, воды они боятся не только из-за боли при омовении, — подумал Томас. — Но это одна из причин».

Заехав поглубже в ущелье, он остановился возле нескольких мертвецов, лежавших рядом. Спешился, снял с одного из них, отмахиваясь от мух, плащ с капюшоном, встряхнул его. Закашлялся и бросил плащ на круп своего коня.

— Вперед, — сказал он. — Всем переодеться.

Уильям соскочил с седла, проворчав:

— Не думал, что паду так низко, чтобы надеть уродскую одежду.

Но послушно принялся раздевать другой труп. Тем же занялись и остальные, сыпля проклятиями, — не потому, что были против приказа, просто всем было тошно. Вонь впитывалась в джутовую ткань намертво.

Томас забрал у мертвеца меч и нож. Обувь. Ножные Щитки — это было что-то новенькое. Обитатели Пустыни не носили раньше твердой, дубленой кожи и доспехами почти не пользовались — из-за болезни. Но эти ножные Щитки оказались подбитыми мягкой тканью, уменьшавшей трение.

— Учатся, — заметил он. — Скоро нас догонят.

— У них пороха нет, — возразила Майкиль. — Коль спросишь, скажу — с ними покончено. Дай мне три месяца, и я возведу вокруг каждого леса новые укрепления. У них не будет ни малейшего шанса.

Томас надел плащ с капюшоном, привязал к поясу вражеский нож.

— До тех пор, пока у них не будет пороха, — сказал, пряча собственную одежду за валуном. — Представь только, что они сделают с лесом, имея взрывчатку. К тому же не уверен, что у нас есть эти три месяца. Они становятся все храбрее и сражаются все лучше. У нас же воинов остается меньше и меньше.

— И что ты предлагаешь? — спросила Майкиль. — Измену?

Она имела в виду события в Южном лесу. Как раз перед самым их отъездом прибыл гонец и рассказал о победе над Ордой.

Только вот Паршивых прогнал не Джеймус. Он потерял половину бойцов в жестокой битве, после чего был обойден с флангов и заперт в безвыходной ловушке.

— Прогнал их Джастин — восторженно сообщил гонец. Он в одиночку и без единого взмаха меча вселил в Орду ужас. И договорился об отводе войск с самим великим генералом Мартином.

Весь Южный лес в течение трех часов воздавал Джастину хвалу в долине Элиона. И Джастин рассказывал им о новом пути, и они слушали его, как пророка, сказал гонец. А потом Джастин со своими спутниками исчез в лесу.

— Разве я когда-нибудь предлагал сдаться? — спросил Томас. — Я умру, коль придется, ожидая исполнения пророчества. Не сомневайся в моей верности. Один заблудший воин — самая малая сейчас из наших забот. Им мы займемся на Собрании.

— Он рассказал ей о предстоящем вызове и о том, что Совет просил его выступить защитником, если дело дойдет до поединка.

— Ты прав, — сказала она. — Прости, если обидела.

Томас забрался в седло.

— Всем надеть капюшоны, ехать молча.

К выходу из ущелья они двинулись одетые как воины пустыни, по следам, оставленным Ордой.

Солнце медленно садилось за скалы, каньон полнился тенями. Но вскоре он остался позади, и отряд направился на запад, к угасавшему горизонту.

Цель похода Томас объяснил своим бойцам просто. Он якобы узнал о слабом месте врага — Паршивые верят, что победу им приносят некие реликвии, и на бой без них не выходят. Если удастся проникнуть к ним в лагерь и выкрасть эти реликвии, тем самым они могут нанести Орде жестокий удар. А возит их с собой, как ему удалось узнать, вождь Кваронг — тот, кто возглавляет войско, разгромленное ими в ущелье. Реликвии эти — исторические книги. Кто хочет пойти с ним и нанести Орде удар?