Источник - Татьяна Зимина

– На самом деле… – Сэм оглядел тусклый ландшафт астероида, сплошь заставленный космическими посудинами всех цветов, форм и размеров. – Было бы интересно взглянуть. Всё равно какое-то время мы здесь пробудем – Нафане потребуется время на продажу барахла и закупку провианта.

– Опять приключений на задницу захотел? – буркнул Порфирий. – Здесь наверняка полно ищеек дона Муэрте.

– Вообще-то, если подумать, – сидя в кресле, – одна нога перекинута через подлокотник, – Саёнара задумчиво вертела световой карандаш. – Дон Муэрте нас больше не ищет.

– Зато у федералов, к сожалению, память никто не отшиб, – не сдавался осьминог.

– Базар объявлен нейтральной зоной, – сообщил Гораций. – Любые разборки жестоко пресекаются службой безопасности. Здесь свои законы. В которые федерация предпочитает не вмешиваться.

– А… Насколько жестоко пресекаются разборки? – уточнил Сэм.

– Летально, – легкомысленно махнул манипулятором Гораций. – Так меньше всего хлопот.

– И всё равно: я против того, чтобы сходить с "Одуванчика". То, что федералы не смогут повинтить нас прямо здесь – небольшое утешение, – заупрямился Порфирий. – Будет достаточно того, что они нас засекут.

– На самом деле, – продолжил Гораций, – есть одно местечко, которое посетить стоит.

– И какое?

– Конечно же, Пифия, – встретив дружное непонимание, он пояснил: – Сеть дона Муэрте раскинулась по всей Галактике. Мы не знаем, куда именно он переправил Кэсси, а найти её "методом научного тыка", летая наугад от звезды к звезде, шансы – при вашей жизни – равны ноль целых, ноль ноль…

– Гораций прав, – кивнул Сэм. – Мы не представляем, где искать корабль. Но… Пифия? Это что, какая-то программа?

– Сложно объяснить, – пожал верхними манипуляторами робот. – Лучше увидеть.

– Я тоже пойду, – заявила Саёнара, текучим движением поднимаясь из кресла. – Нужно кой-чего прикупить.

– Прикупить? – простодушно переспросил Сэм. – На какие шиши? Можешь просто напечатать на принтере – порошка у Нафани завались.

– Некоторые вещи… – девушка подлетела к Сэму и обвила его шею рукой. – Не напечатаешь на этой примитивной колымаге, которую вы держите за принтер.

Почувствовав кончики её пальцев на своём горле и вспомнив про бритвы, Сэм нервно сглотнул.

– И… что это может быть? – спросил он, пытаясь отодвинуться, но при этом как бы остаться на месте.

– Женские трусики, например. Лифчик. Чулки с подвязками. Шелковый пеньюар…

– Ладно, ладно, я понял, – Сэм всё-таки отодвинул её руку от своего горла, не обращая внимания на сдавленное хихиканье Порфирия. – Куда ж без шелкового пеньюара на космическом корабле? А без подвязок – так вообще беда…

Внутрь астероида вел широкий туннель – молекулы кислорода, чтобы не улетали в космос, улавливались гравитационным ситом. И в нем была сила тяжести.

Плотный поток существ спускался по длинному спиральному пандусу, уходящему вглубь. Ларьки, кибитки и крошечные магазинчики начинались прямо от входа, располагаясь на стенах, полу, потолке и даже перилах пандуса.

Краем глаза Сэм скользил по бесконечным россыпям шариковых ручек, электрических лампочек, граммофонных пластинок, вечных батареек, по привязанным к палочкам живым воздушным угрям, желтым вавилонским рыбкам в круглых аквариумах, по резиновым сланцам для ног любых конфигураций – от гуманоидных стоп до круглых присосок; говорящим книгам – некоторые были прикованы к насестам цепями; росткам деревьев-гуманоидов, вечным иглам для примусов и другим незаменимым и полезным в хозяйстве вещам, продающимся в Галактике буквально на каждом углу.

Время от времени в воздухе вспыхивали движущиеся картинки – это демонстрировались кристаллы памяти с записями последних боевиков и приключенческих лент; На головы покупателей падали, раскрыв пасти, гигантские призрачные акулы, исполинские балерины выделывали антраша – публика проходила прямо сквозь них; голографические зазывалы всех мастей – от скудно одетых девушек до профессионального вида молодых людей в строгих костюмах – рекламировали товары и заведения, которые в изобилии предоставляли экзотические услуги и утехи для любых типов и жизненных форм.

Но главным на Базаре был шум. Со всех сторон орали, свистели, вопили и ревели миллионы глоток, ротовых отверстий, хоботов, жвал, нюхальцев и пастей. И сначала Сэм просто обалдел от этого шума, превышающего все пороги терпимости. "Если тебя не услышат, ты ничего не продашь" – так считали все, без исключения, продавцы, и проявляли чудеса изобретательности, стараясь перекричать друг друга.

Через какое-то время, правда, шум и мешанина красок слились в одно докучливое пятно, из которого, как ни старайся, невозможно выделить что-то определенное.

Полое пространство внутри астероида пронзали пневмо-лифты. В них, как кометы, с воем носились грузы и пассажиры. В центре, подвешенный на невесомых распорках, пылал небольшой реактор. День на Базаре продолжался круглые сутки, лавки и магазины никогда не закрывались – ведь ничто не должно мешать главному идолу этого места: Её Величеству Торговле.

Вся Галактика – это Базар, – подумал Сэм. В нём женщины, мужчины – все что-то продают или покупают. У каждого свой товар… И, если постараться, найти можно что угодно.

Гораций уверенно вел их через хитросплетения лавчонок, здесь были свои улицы и переулки, а также дома – грузовые контейнеры, служащие многим и магазином и жильем: на первом этаже шла торговля, на втором находились склады и жилище продавца…

– Нам нужен лифт, едущий в сектор Чугунных Скороходов, – заявил Гораций, сверяясь с внутренним навигатором. – Вон он, за искусственным водопадом и эскалатором.

– А где Саёнара? – оглянулся Сэм. – Только что была здесь…

– Наверное, за трусами пошла, – проворчал Порфирий, подходя к громоздкой конструкции из тонких бамбуковых палочек. – Большая девочка, не пропадет. Идем… – он дернул Сэма за рукав куртки и стал пробираться меж сегментами конструкции, перегородившей дорогу. Конструкция опустила к земле голову на длинной сегментированной шее и посмотрела на осьминога одним глазом.

– Гуманоида продаешь? – щелкнула она громадным, похожим на ножницы, клювом. Глаз, круглый и выпуклый, как стеклянный шар, приблизился вплотную к Сэму, оглядывая его с ног до головы.

– Не продается, – Порфирий отпихнул клюв.

– А октапоида? – не унималась голова, обращаясь теперь к Горацию.

– Тоже не продается.

– Может, тогда хоть шкуру? Дам хорошую цену…

– Идем, идем, – поспешно втиснулся между осьминогом и птицей Сэм. – Помни о службе безопасности.

Саёнара быстро, но без спешки двигалась по пандусу. Кидая короткие взгляды по сторонам, она сверялась с незаметными простому глазу знаками, тут и там намалеванными желтой краской на стенах контейнеров и полотнищах палаток. Пройдя около двадцати рядов, вскочила в лифт, проехала четверть диаметра астероида, вышла сотней уровней выше и отсчитала еще рядов тридцать. Заметив серую палатку из металлической ткани, девушка скользнула внутрь, напоследок убедившись, что никто на нее не смотрит.