Слон Килиманджаро - Майк Резник

— Понятно. Приступаю…

— Далее, выясни, имеют ли слова «Букоба» и «Мандака» какое-нибудь значение на диалекте масаи.

— Понятно. Приступаю…

— А теперь включи мне музыку.

— Желаете что-то конкретное? — спросил компьютер.

— Концерт Барджиина си-минор.

— Исполняю. — И мой кабинет наполнила атональная инопланетная музыка.

— Вот и славненько. — Голый, я прилег на кушетку. — Сделай мне легкий массаж.

— Исполняю, — ответила кушетка.

Кушетка приняла контур моего тела, завибрировала.

— И прогрей поясницу. Что-то она затекла.

— Прогреваю.

— Благодарю. — Я повернулся к кристаллу. — Существует официально Мандака или нет, какие-то следы он обязательно оставил. Мы знаем, что до того как прийти ко мне, он побывал у Пруденс Эш в Музее естественной истории. Проверь все музеи и частных коллекционеров, собирающих земных животных. Начни с этой звездной системы, потом проверь соседние и иди дальше. Я хочу знать, побывал ли он где-нибудь еще или сразу приехал сюда.

— Понятно. Приступаю…

Я помолчал, наслаждаясь музыкой Барджиина, стараясь раствориться в экзотических ритмах.

— Свяжись с Советом риэлтеров, со всеми агентствами по аренде недвижимости и отелями и выясни, не арендовал или не покупал ли Букоба Мандака или человек, на него похожий, жилые апартаменты на этой планете.

— Понятно. Приступаю… Я проверил все словари масаи, имеющиеся в лингвистическом банке памяти и на Делуросе VIII. Букоба — традиционное имя у масаи. Мандака — традиционное имя в Восточной Африке, распространенное среди масаи, кикуйю, луо, вакамба и самбуру. Ни одно из имен не имеет какого-либо значения.

— Что ж, догадка не подтвердилась, — вздохнул я.

— Будут дальнейшие указания?

— Давай посмотрим, как у него поставлен сбор информации. Я хочу, чтобы ты дал рекламное объявление от лица человека, унаследовавшего коллекцию охотничьих трофеев. Коллекция ему совершенно не нужна, и он хочет продать ее тому, кто даст самую высокую цену. Включим в коллекцию бофайтера, кошачьего демона, несколько хищников небольших размеров и пару слоновьих бивней.

— Где опубликовать объявление?

— В тридцати тысячах световых лет от этой планеты. Над кристаллом появилась голограмма галактики. Семь точек мигали ярко-синим светом.

— Мигают планеты, входящие в Монархию и находящиеся на расстоянии от тридцати тысяч трехсот сорока шести световых лет до тридцати одной тысячи ста двенадцати.

— Какая ближайшая?

— Нелсон двадцать три.

— Люди живут на двадцать третьей планете от солнца? — удивился я.

— Нет. Эта планета единственная в системе.

— Тогда откуда это число?

— Это двадцать третья по счету планета, приспособленная под земные условия Нелсоном, членом Корпуса первопроходцев, который жил и умер во втором столетии Галактической эры. Жители называют планету Зеленый луг.

— Население?

— Семьдесят две тысячи триста сорок девять человек.

— Годится. Помести объявление во всех средствах массовой информации, какие захотят его опубликовать. Все отклики должны направлять в наш филиал на Геновате II, а оттуда — ко мне.

— Приступаю…

Я начал одеваться. Подумал о том, чтобы сходить домой за чистой одеждой, но решил не тратить времени и просто изменил цвет одежды на оранжево-коричневый.

— Дай-ка мне посмотреть на себя со всех сторон.

Тут же рядом со мной возник мой близнец и начал медленно поворачиваться. Я пристально осмотрел его и решил, что Хильда может и не заметить, что я остался в прежнем одеянии. Кроме того, забот у нее хватало, так что, возможно, я мог и не услышать от нее привычной лекции о необходимости почаще менять одежду.

— Благодарю.

Моя голограмма исчезла.

— И вот что еще.

— Ожидаю…

— Я хочу, чтобы ты связался с полицейским компьютером и узнал, не арестовывался ли в последние двадцать лет человек с приметами Мандаки.

— Результат будет отрицательный, — тут же ответил компьютер. — Если б его арестовывали, в Содружестве имелись бы его голосовой слепок и ретинограмма.

— Хорошо. Больше указаний не будет.

— Приступаю…

Я вернулся на кушетку. Что-то мне мешало, и тут я вспомнил, что просил прогревать спину. Тут же дал команду убрать подогрев.

Подумал, не заказать ли завтрак, но решил поспать еще час, до начала рабочего дня. И вроде бы только закрыл глаза, как меня разбудил компьютер.

— Дункан Роджас?

— Да. — Проснулся я мгновенно.

— Я выяснил, что произошло с бивнями после того, как они попали к Миларрру.

— Превосходно! Компьютер молчал.

— В чем дело?

— Я обязан указать, что «Уилфорд Брэкстон» начинает работу через две минуты и семь секунд. За столь короткое время я не смогу изложить имеющуюся у меня информацию.

— Так я начну работу чуть позже.

— Мне разрешено вести розыск бивней лишь в то время, когда вы не работаете на «Уилфорд Брэкстон».

— По ходу рабочего дня я всегда делаю перерыв на ленч. Сегодня я использую это время с самого утра. Тебя это устроит?

— Я должен определиться. — Кристалл на пару мгновений стал кроваво-красным, потом к нему вернулся обычный цвет. — Да, меня это устроит.

Я наклонился вперед, и компьютер рассказал о следующем этапе удивительной одиссеи бивней.