Шанс на жизнь. Как современная медицина спасает еще не рожденных и новорожденных - Оливия Гордон

Строение ребенка явно выдавало патологию, которую сложно было пропустить: у плода обнаружилась анэнцефалия (врожденное отсутствие головного мозга), что означало немедленную смерть после рождения.

– Невероятно, ведь речь шла о двадцатых неделях беременности, ребенок был еще совсем маленьким, а снимок – черно-белым и зернистым. Но тем не менее я видел, что у него не было части головы. Я перепроверил, чтобы убедиться в этом, – сказал мне Кэмпбелл.

Он проводил исследования в течение двух недель, по большей части для того, чтобы убедить пациентку в достоверности своей находки. Будущая мать попросила прервать беременность; ей дали лекарства, которые вызвали сокращения матки и выкидыш. На следующий день женщина отправилась домой в надежде забеременеть снова, а диагноз, поставленный Кэмпбеллом, позже подтвердил патологоанатом (28). Впервые в истории эмбриону официально диагностировали заболевание с помощью одного только ультразвукового исследования.

Казалось, что идея ставить диагноз нерожденному ребенку не приходила никому в голову.

– Честно говоря, пренатальная диагностика врожденных аномалий развития не являлась моей целью, поэтому я столкнулся с неожиданной дилеммой внутри себя, когда диагностировал анэнцефалию, – позже писал Кэмпбелл.

Его наставник Ян Дональд, убежденный христианин (29), категорически не принимал аборты (30). Зная неизбежную реакцию некоторых родителей, чьим детям поставят неутешительный или смертельный диагноз, Дональд не считал нужным намеренно искать аномалии. Однако новый мир уже открылся. Мир, в котором можно легко находить пороки развития плода еще во время беременности.

Кем была женщина, потерявшая тогда своего малыша, как она чувствовала себя после произошедшего? Отчет описывал ее как 25-летнюю девушку из Пакистана, работницу фабрики (31). Ей сказали вернуться на 14-й неделе, когда она вновь забеременеет. Кэмпбелл уже не помнит ни подробностей того случая, ни того, продолжила ли она попытки зачать ребенка.

Тем не менее в медицинском журнале тогда он сочувственно написал: «Рождение ребенка с анэнцефалией в третьем триместре… Это эмоционально травматический опыт для родителей… Сейчас единственный доступный способ избежать этой проблемы – диагностировать аномалии развития как можно раньше, чтобы успеть прервать беременность» (32).

Благодаря возможности видеть плод в реальном времени при помощи аппарата количество выкидышей при пункции плодного пузыря значительно снизилось (33). Врачи смогли заглянуть внутрь матки и наконец познакомиться с таинственным миром ребенка. Это, а также диагностические прорывы генетики и биохимических лабораторных исследований, изменило все.

Наряду с фетальной медициной не стояли на месте и другие сферы жизни: в 1960 году появились противозачаточные таблетки; 1967-й стал годом Закона об абортах; 70-е известны движениями за права женщин; люди научились лечить бесплодие. Женщины начали вкладывать все свои силы в одного или двоих детей.