Крещенные кровью - Александр Чиченков

— День солнечный будет, нам на руку, — сказал Яшка-хромой. — Ну а теперь вперед и с песнями, — усмехнулся он и тихонько подтолкнул в спину Калачева и Ржавого.

Беглецы спустились с обрыва к реке по крутой тропинке. Яшка вздохнул, перекрестился и сбежал за ними следом. Скоро их фигуры растаяли в чаще леса.

Полные сил, они за пару часов ушли далеко от поселка. Теплая погода сопровождала их и все последующие дни в тайге. Беглецы хорошо понимали, как нужно торопиться: если зарядят дожди, передвижение по густому, непроходимому лесу осложнится.

— Что-то не нравится мне эта делюга, — сказал Ржавый, когда они поужинали и устраивались на ночлег.

— Не нравится, можешь возвращаться, — хмыкнул Яшка, подвешивая над костром котелок с водой.

— Нет, в обрат я не ходок, — замотал головой Коновалов. — Мне не нравится, что погони за нами нет. Было дело: со строгача драпать приходилось, так выловили на второй же или на третий день. А тут… Можно и не бежать, а пешком топать.

— Нет погони — радуйся, — подал голос Степан, подбросив в костер несколько полешек. — Сколько помню за десять лет отсидки, за беглецами из нашего поселка никогда её не снаряжали. Многие, побегав по тайге, обратно сами возвращались. Ну а тех, кто не возвращался, по весне находили, когда обглоданные трупы из снега вытаивали.

— Так мы что, на верную смерть этим побегом себя обрекли? — забеспокоился Ржавый.

— А ты не бзди, бедоля! — зыркнул на него коршуном Яшка. — Сам с нами пошел, мы не упрашивали.

— Так вы сказали, что все нормально будет!

— Раз сказали, так и будет, — заверил его Степан. — И не пори горячку, понял? Или забыл, сколько раз сваливать из поселка собирался?

Через час мужчины поужинали, подкинули в костер толстых веток, привалили с подветренной стороны ствол палой осины и улеглись спать.

Проснулся Степан от холода, проникающего сквозь одежду. Костер давно погас. Попутчиков рядом не оказалось. Он подбросил в кучку тлеющих углей несколько веток. Сначала те долго дымились, потрескивали, потом разом вспыхнули, и костер ожил. Вставало солнце, густой туман растворялся под его лучами, поднимавшимися над кронами деревьев.

К костру подошел Яшка с нанизанной на палку чьей-то тушкой и расположил ее над горячими углями. Почуяв аппетитный запах жареного мяса, Калачев присел рядом:

— Ты поймал зайца?

— В силок сам залез. Делов-то…

Степан осмотрелся, но не увидел Ржавого и вещмешка с продуктами. Тревога опалила сердце, и он вскочил на ноги.

— Не ищи его, — усмехнулся Яшка. — Свинтил от нас ночью «корешок» наш Ржавый. И продукты не ищи, он их все с собою прихватил, чтобы с голодухи не подохнуть.

— Но-о-о куда он пойдет?! — воскликнул Степан. — Он же не знает, в каком направлении следовать.

— Ржавый на компас надеется, — усмехнулся Яшка. — И вместе с вещмешком его упер.

— А мы? Как же мы без компаса обходиться будем?

— Пока солнышко светит, с пути не собьемся.

— А если тучи накатят и дожди?

— И тогда тоже не пропадем. Я научен в тайге выживать. Так что, Степаха, и голод нам не страшен, и снег с дождем нипочем!

* * *

Степан со стороны наблюдал, как Хромой идет по тайге — как по яблоневому саду на своем приусадебном участке, легко ориентируясь среди высоченных сосен, попутно примечая каждое деревце, каждый кустик, будто собирается здесь ходить всю оставшуюся жизнь. А деревья и кусты расступаются перед ним, как перед хозяином, приветствуя покачиванием веток и скрежетом стволов.

Они уже больше двух недель пробирались через тайгу, и конца их пути пока еще не было видно. Хорошо хоть не голодали, Яшка всегда находил пищу. Охотился он попутно или ночью, безошибочно находя заячьи тропки и ставя на них силки. А вот однажды…

— Тс-с-с, — прошептал Яшка, неожиданно остановившись и прижав указательный палец к губам.

Он отступил на шаг и осмотрелся. Злобные глазки смотрели на них из-за густых кустов и чего-то ждали. Встретившись с пристальным взглядом зверя, Степан почувствовал себя неуверенно.