КГБ в Афганистане - Лариса Кучерова

Сергей Борич:

– Расстреливать его не было уже никакого смысла, и мы решили с этим делом повременить. Восстановив связь, привели Дуста на узел, где он отдал приказ всем подчиненным войскам оставаться на своих местах и, более того, оказывать максимальное содействие и помощь советским друзьям. После этого его отвезли в советское посольство.

Сначала за невыполнение основного приказа группе, как водится, дали по шее, грозя самыми суровыми последствиями. Но на следующий день, разобравшись, похвалили за проявленную инициативу. В результате похвала компенсировала полученный ранее нагоняй, поэтому награждать никого не стали. «Се ля ви» – такова жизнь.

28 декабря. Советское посольство в Кабуле

Во дворе посольства Сергей Борич встретил нового советского посла, приехавшего в Кабул незадолго до декабрьских событий. Они уже были знакомы и не раз общались ранее. Остановились, поздоровались, разговорились.

– Ну, как мы, Фикрет Ахметзянович, мешали спать вам сегодня ночью? – спросил посла Борич.

– Да. Сегодня было довольно шумно, – ответил он.

– Небось и в штаны наложили? – вставил свои «пять копеек» подошедший к ним Саша Пунтус, который до этого не имел случая увидеть новоприбывшего главу советской дипмиссии.

Он заметил, что его товарищ весьма непринужденно беседует с незнакомцем, и принял его за рядового чиновника посольства.

– Да я, голубчик, в это время уже без штанов был, – спокойно отшутился дипломат.

На том и разошлись.

28 декабря 1979 года. Кабул. Штаб центрального армейского корпуса

Сдав Дуста в посольство, Борич со своей группой вернулся к изрядно пострадавшему от пожара и стрельбы зданию штаба ЦАК. Усталость, нервное напряжение и бессонная ночь брали свое. Чтобы восстановить силы, решили немного вздремнуть. Расположились прямо на полу наименее разгромленного во время недавнего боя кабинете. Но сон снова не шел. К этому времени над городом начала летать авиация. Грохот и рев стояли такие, что уснуть было просто невозможно.

– Вот, б…, поспать не дают. Надо окно закрыть, шум невыносимый, – сказал Мурсюкаев.

Закрыв окно, он снова устроился на своем месте и, к удивлению окружавших его товарищей, тут же уснул, огласив комнату здоровым молодецким храпом.

– Вот это сила внушения, – присвистнул Борич, с удивлением посмотрев на раму, в которой не было… ни одного целого стекла. Мужики засмеялись и, натянув на голову бушлаты, последовали примеру спящего.

28 декабря. Кабул. Первая вилла

Валерий Волох:

– Под утро начали возвращаться наши ребята с точек. Пошла информация о том, что происходит в городе. В это время стала известна история, ставшая своего рода легендой. Во время ночных событий одному нашему товарищу пуля попала прямо в рукоятку пистолета, засунутого за ремень. Парень просто в рубашке родился. Позднее мы даже ходатайствовали перед командованием, чтобы ему этот пистолет оставили в качестве сувенира.

28 декабря. Кабул. Дворец Амина

Валерий Волох:

– Когда шум боя стих, в одной из комнат дворца наши ребята нашли ионику (клавишный электронный инструмент. – Прим. авт.). Саша Малашонок, наш товарищ, сел за инструмент и стал напевать рождавшиеся на ходу строки, в которых описывались события прошедшей ночи и того, что происходило накануне.