Подводник №1 Александр Маринеско. Документальный портрет - Александр Свисюк

Отдельные факты отрицательных настроений, нежелания идти в боевой поход и факт трусости Базлова являются серьезными отрицательными моментами, однако являются единичными случаями на фоне высокого боевого духа остального большинства личного состава, проявления патриотических чувств в делах наших подводников, они не могут быть взяты в основу определения политико-морального состояния всего личного состава бригады подлодок.

Состояние воинской дисциплины характеризуется некоторым снижением количества проступков в 3-м квартале по сравнению со вторым кварталом 1944 года. По характеру проступков и абсолютным цифрам говорят о том, что состояние воинской дисциплины на БПЛ не отстает от требований приказов товарища Сталина, вытекающих из обстановки на фронтах и в стране.

Привожу данные с количеством наиболее грубых нарушений дисциплины на БПЛ и ОДСКР отдельно за 3-й квартал 1944 года.

По категориям личного состава количество проступков распределяется так:

Большое количество проступков является результатом еще слабого уровня воспитательной работы, незнание нужд бойца, отрыв от краснофлотской массы.

Так например:

Инженер капитан-лейтенант, командир БЧ-5 ПЛ Д-2 т. Соловьев слабо работает со своими подчиненными, очень редко бывает в кубрике. Личный состав часто проявляет претензии политработникам. И не удивительно, что на этой лодке количество взысканий увеличилось, в сентябре по сравнению с августом.

Старший лейтенант т. Меклер – подлодка Щ-309 – не знает своих подчиненных по фамилиям, не беседует с ними, а старшин группы плохо учит воспитывать подчиненных. Такие офицеры не пользуются авторитетом среди личного состава и часто сами не могут служить им примером в дисциплине.

Старший лейтенант Колесов – штурман ПЛ К-53, где командиром капитан 3 ранга т. Ярошевич, ранее был старпом Д-2, систематически пьянствовал и дебоширил в присутствии краснофлотцев. Последний случай был в сентябре. 9 сентября он пошел в офицерский клуб в Кронштадте, выпил и учинил скандал – нагрубил старшим офицерам (в частности капитану 1 ранга Антонову), его вывели оттуда. Впоследствии оказалось, что Колесов, оставшись за командира на ПЛ, уволил почти всех офицеров – оставил 3 человека и сам без разрешения командира ДПЛ ушел в город. На следующий день снова напился и начал «руководить» личным составом, который отрабатывал ответственную задачу – выход из лодки через торпедные аппараты со спасательным прибором. Командир прибыл и удалил его от руководства занятиями. Личный состав это видел и с насмешкой бросал реплики «горе подводник», «мореплаватель» и т. п. Партийное бюро ДПЛ, учитывая, что Колесов уже имел грубые нарушения дисциплины, а также неоднократно разбирался на бюро, за что имел строгий выговор, исключило его из рядов ВКП(б).

Причиной такого поведения отдельных офицеров является недостаточно систематизированная воспитательная работа, проводимая политработниками на БПЛ, а также отсутствие всякого желания работать над повышением своего политического уровня самих офицеров. Эти офицеры зазнались, считают, что они все знают, к занятиям относятся формально, в результате отстают от событий, а это неизбежно отражается и на практической работе и личной (одно слово неразборчиво. – Сост.). Это отражается на работе по воспитанию л[ичного] состава. Партийные организации еще недостаточно работают с офицерским составом. Коммунисты-офицеры не заняли авангардной роли в укреплении воинской дисциплины. В III квартале 1944 года на коммунистов БПЛ падают 139 проступков из общего числа 320, что составляет 42,4 процента и в своей группе 44,2 % (вероятно, имелся в виду процент нарушений, совершенных офицерами-коммунистами, от общего числа нарушений, допущенных офицерами. – Сост.).

Подтверждением же здорового политико-морального состояния и в основном удовлетворительной дисциплины являются возросшая организованность и порядок на кораблях, а также удовлетворительное состояние материальной части подлодок, что дало возможность в назначенные приказом сроки отправить в море 50 % кораблей бригады.

Выходу в море предшествовала серьезная подготовка личного состава и материальной части кораблей. Это нашло свое отражение в выполнении общего плана командования о выходе подлодок. План выполнен в его первоначальной стадии. Ни одна подлодка не задержалась и не нарушила сроков выхода из гавани для следования на боевую позицию. Не было также серьезных претензий к материальной части, которые могли бы вызвать задержку лодки в базе. Лодки снабжены всем необходимым для боевых действий на море в условиях автономного плавания.

Вместе с тем нужно отметить, что на ряде кораблей есть еще крупные недостатки в организации службы.

Так 3 октября командир гвардейской ПЛ Щ-303 капитан 3 ранга Ветчинкин в 17 часов вел корабль в гавань. При входе в южные ворота купеческой гавани неправильно выполнил эволюцию – доворот из фарватера в гавань, ударился кормовой частью корпуса корабля – правый борт. Имеются повреждения в ограждении кормовых горизонтальных рулей, получила изменения мортира винта линии вала. Правый вал не проворачивается. Требуется постановка в док. Лодка между тем только вышла из дока. Хорошо, что эта лодка не входила в 1-й эшелон, вышедший в море.

На ПЛ Щ-309 перед выходом вышел из строя гидроакустический прибор. Повреждения исправлены.

Подлодка Щ-318 уходила в боевой поход из Ораниенбаума 28 сентября. Командир ПЛ т. Лошкарев допустил спешку, не осмотревшись, по прибытии из Кронштадта, дал команду «по местам стоять, со швартов сниматься». После выхода лодки из базы оказалось, что в момент отхода лодки штурманский электрик старшина 1-й ст. Питалев брился в парикмахерской на ПБ «Полярная звезда» будучи отпущенным пом[ощником] командира корабля. Питалев отстал от лодки. Потребовалось время и средства, чтобы доставить его на ушедшую лодку.

Основным вопросом в работе Политотдела по руководству партийно-политической работой на БПЛ является вопрос об укреплении политико-морального состояния личного состава и мобилизации личного состава на выполнение боевых задач, стоящих перед бригадой в боевую кампанию 1944 года. Для этого используются все формы партийно-политической работы с учетом обстановки и характера боевой деятельности нашего соединения.

Политотдел анализирует состояние дисциплины на БПЛ, разбирается в фактах нарушения дисциплины и дисциплинарной практики, делает выводы и проводит необходимые мероприятия.

В августе и сентябре, например, на ДПЛ и кораблях были проведены совещания офицерского и старшинского состава отдельно, с вопросом «о состоянии воинской дисциплины и дисциплинарной практики».

19 августа был проведен партийный актив соединения с вопросом: «Политико-моральное состояние и дисциплина среди личного состава бригады подлодок и задачи партийных организаций в обеспечении успеха боевой компании 1944 года».