Крах Титанов - Грег Фаррелл

Год спустя Тейн осуществил еще одну трансформационную сделку по приобретению расположенной в Париже биржи Euronext и создал союз бирж, охватывающий семь стран. Сделка с Euronext проявила вновь открывшиеся способности Тейна по ведению переговоров. Соперником Нью-Йоркской фондовой биржи в этой сделке стала Deutsche Boerse, которая в действительности предложила большую цену за Euronext, но Тейн убедил парижскую биржу, что в союзе с NYSE больше смысла.

Так же, как и его предшественник, Дик Грассо, который сначала в радости, а потом в горе стал символом прежней Нью-Йоркской фондовой биржи, Тейн представлял новую NYSE – глобальную, электронную и эффективную.

Памятуя о совете, который дал ему Рид, Тейн также стал использовать NYSE в качестве стартовой площадки для следующего шага, согласившись ранее на должность руководителя компании по сбору средств для выдвижения сенатора из Аризоны Джона Маккейна в кандидаты для участия в президентских выборах. Сначала Тейн стал оказывать поддержку этому герою войны, ставшему политиком в 2000 году, когда Маккейн поначалу вырвался вперед в качестве кандидата от своей партии, но потом проиграл губернатору Техаса Джорджу Бушу-младшему. На этот раз шансы Маккейна на выдвижение в качестве кандидата от республиканцев были очень высокими, и у Тейна появилась хорошая возможность стать человеком кандидата в президенты на Уолл-стрит.

К концу 2007 года список достижений Тейна был таким, каким он не мог быть, если бы он оставался в Goldman Sachs. Он также разорвал еще одну связующую нить, которая мешала ему еще в бытность служащим банка. Этот инвестиционный банк со своей культурой партнерства был «мы – организация», а не «я – организация». Начиная с того момента, когда молодых аналитиков нанимают на работу в Goldman Sachs со студенческой скамьи, они учатся работать сообща и ценить друг друга.

Больше, чем все сферы деловой жизни, Уолл-стрит держится на амбициозных и эгоистичных индивидах, которые стремятся сделать для себя как можно больше денег. Для того чтобы подняться на вершину Goldman Sachs и получить статус партнера, этим амбициозным и целеустремленным индивидам придется научиться подчинять свои собственные «я» интересам фирмы. Тех директоров Goldman Sachs, которые хвастаются собственными достижениями и заявляют «я сделал то» или «я отвечаю за это», обычно с позором изгоняют из банка. В Goldman Sachs люди говорят: «Мы те, кого признают и вознаграждают».

На Нью-Йоркской фондовой бирже Тейн превратился в боевого генерала, который ведет свои войска в бой и стяжает славу для биржи и самого себя

Джон Тейн, проявлявший эгоизм и амбиции в банке, преуспевал в 1980-х и 1990-х годах, поскольку сдерживал эти естественные проявления и неустанно трудился на благо всей компании.

В Goldman Sachs Тейн был похож на старшего штабного офицера, который, не участвуя в сражении, оказывает войскам поддержку и подсказывает им направление движения для достижения целей фирмы. На Нью-Йоркской фондовой бирже, где наблюдался недостаток управленческих талантов, Тейн превратился в боевого генерала, который ведет свои войска в бой и стяжает славу для биржи и самого себя.

Теперь, когда он превратил биржу в успешную и глобальную компанию, а также взрастил преемника, вышедшего из рядов Goldman Sachs, Тейн был готов к следующему испытанию.

Между датой объявления о переходе Тейна 14 ноября 2007 года и его первым официальным рабочим днем в декабре новый генеральный директор часто наведывался в здание Merrill Lynch, чтобы выслушать краткие доклады Флеминга и других топ-менеджеров и сформулировать свою стратегию переустройства компании с Уолл-стрит.

Инвестиционный отдел компании начал подготовку к привлечению капитала от сторонних инвесторов – составлял сводную таблицу с данными, которые показывали имеющиеся у компании ресурсы и возможности роста при условии притока свежего капитала, но Тейн не хотел принимать поспешных решений. Он сказал Эрику Хитону, казначею компании, не заходить слишком далеко до тех пор, пока у него не появится возможность рассмотреть все возможные альтернативы.

Тейн сделал два самых важных назначения: пригласил в компанию финансового директора Нельсона Чаи и руководителя отдела по связям с общественностью Маргарет Татуайлер

К концу ноября Тейн сделал два самых важных назначения: пригласил в компанию пару людей из Нью-Йоркской фондовой биржи, которые в дальнейшем будут тесно связаны с его работой в Merrill Lynch, – финансового директора Нельсона Чаи и руководителя отдела по связям с общественностью Маргарет Татуайлер.

Эти назначения вызвали удивление, не потому, что никто не ожидал, что Тейн сохранит места за членами команды О’Нила, но потому, что ни Татуайлер, ни Чаи не были выходцами с Уолл-стрит.

Татуайлер была высококвалифицированным специалистом в сфере политических коммуникаций, что сослужило ей хорошую службу на бирже, которую со временем стали воспринимать как полуправительственное учреждение. Однако она не проявляла ни малейшего интереса к Уолл-стрит или знания мира финансов.

42-летний Чаи был финансовым директором Archipelago в момент его слияния с Нью-Йоркской фондовой биржей. Тейн тогда назначил его на ту же должность в объединенной организации. В Merrill Lynch Чаи будет отвечать за бухгалтерский баланс размером около 1 триллиона долларов, большую часть которого составляли финансовые инструменты, чья стоимость с трудом поддается оценке.

Выбор Тейна в пользу человека, не вполне знакомого с одной из самых трудных работ в финансовой сфере, означал, что или новый генеральный директор собирается сам исполнять обязанности финансового директора, а Чаи ему будет в этом только помогать, или то, что Тейн не думал, будто проблемы с бухгалтерским балансом компании требовали привлечения высококлассного и высокооплачиваемого тяжеловеса.

По настоянию Тейна Чаи и Флеминг пообедали вместе в конце ноября. Флеминг много говорил о финансовых трудностях, с которыми столкнулась компания, и привел некоторые примеры того, как О’Нил нанес ущерб потенциалу компании – ослабил ее, когда избавился от опытных и проверенных специалистов компании. И хотя Флеминг порекомендовал Тейну назначить Хитона или Тодда Каплана, еще одного внутреннего кандидата на должность финансового директора, но скромность Чаи и его искренность произвели на Флеминга хорошее впечатление. К концу обеда Флеминг проникся доверием к новичку и предупредил его о Макканне, руководившем сетью финансовых консультантов компании.

– Вам следует быть с ним настороже, – сказал Флеминг заговорщически.

Решения Тейна о приеме на работу новых сотрудников и недостаток коммуникативных навыков пришлись не по душе кое-кому из членов совета директоров компании еще до того, как он в первый раз появился на рабочем месте.

В конце ноября Финнеган – глава комитетов по совершенствованию управленческой деятельности и компенсациям – послал Крибиори по электронной почте письмо, в котором выражал свое недоверие к этим двум назначениям и тому, что они были сделаны без проведения предварительных консультаций. Финнеган был недоволен также тем, что Тейн не отвечал на звонки и электронные письма. Финнеган писал, что компания испытывает серьезные затруднения в виде неопределенной десятизначной суммы убытков, ставших результатом вложений в «токсичные» активы, а Тейн выбирает на роль финансового директора человека с не очень внушительным резюме.