Записки из чемодана. Тайные дневники первого председателя КГБ, найденные через 25 лет после его смерти - Иван Серов

С В. Ротшильдом* я встречался только один раз, в посольстве^[671]. Этот человек был известен очень давно как «наследник» по делу Филби* и других. Он прекрасно знал, что эти люди, имеющие определенные склонности, связаны с нами, и использовал их для передачи в Москву информации, в том числе и ложной.

Вообще, полезные связи с ним закончились с образованием Израиля.

Как вы помните, английское правительство всегда было против создания Израиля, а Ротшильд, наоборот, содействовал этому.

Все материалы по Палестинской проблеме в 40-е годы и по английской позиции были получены нашей разведкой от Ротшильда в 30–40 годы. После бегства Берджесса* и Маклина*^[672] он появлялся только на официальных приемах в наших посольствах и встречался или с послом, или с Микояном, или с Маленковым.

На меня он произвел в Лондоне неприятное впечатление. Доверия не вызывал. Я подобных дельцов много встречал в Бессарабии и Румынии, и в Германии после войны.

Контакт, конечно, по программе визита и вопросов для обсуждения с англичанами был интересен^[673]. Но Ротшильд всегда преследовал только свои цели. Ротшильд по-своему скомпрометировал и Филби, и других. Связь с ним ставила под сомнение передаваемую ими информацию.

Нам помогали, разделяя наши идеалы, такие солидные, серьезные и порядочные, бескорыстные люди, как Бернал*, Айвор Монтегю*, крупнейшие ученые. Ротшильд — это лишь попутчик.