Время великих реформ - Александр II

Ровно в час начался выход, предшествуемый согласно церемониалу придворными чинами. Государь, держа за руку императрицу Марию Федоровну, изволил открыть шествие. Государь был в общегенеральском мундире, императрица в белом платье с бриллиантовою диадемой на голове. Наследник престола Николай Александрович, в мундире Преображенского полка, следовал непосредственно за августейшими родителями.

Затем в шествии участвовали остальные члены царской семьи. В ближайшей к аванзале Николаевской зале собрались генералитет и прочие военные чины. Государь произнес здесь краткую речь, выразив благодарность за оказанное сочувствие в постигшем общем горе, и уверенность в перенесении на его особу чувств преданности и любви, бывших со стороны войск уделом его возлюбленного родителя.

Монарх сказал, что он, совместно с императрицей, будет постоянно возносить мольбы Всевышнему о даровании благословения всем начинаниям на пользу дорогой России. Государь произнес эти слова сильно взволнованным голосом, неоднократно прерывавшимся от душивших его слез. В Большом придворном соборе в присутствии их величеств принесена присяга в верности государю императору, государыне императрице и государю наследнику престола.

Минута, когда наполнявшие собор подняли правую руку при чтении присяги, была величественна. Затем, по возвращении их величеств во внутренние покои, присягавшие приложились к Евангелию и Кресту и подписывались тут же в соборе на заготовленных присяжных листах».

3 марта происходило перенесение тела в Бозе почившего императора Александра Николаевича из опочивальной комнаты в собор Зимнего дворца.

К 8 часам во дворец собрались высшие государственные чины, знатные обоего пола особы, гвардии, армии и флота генералы, штаб– и обер-офицеры, в полной парадной форме и все в глубоком трауре.

В 8½ часов из внутренних покоев выступила печальная процессия. Впереди чины свиты его величества несли крышку от гроба и порфирный покров. Затем следовали придворные певчие и духовенство. Гроб с телом в Бозе почившего императора несли члены императорской фамилии, причем государь император, вместе с великим князем Владимиром Александровичем, изволили поддерживать изголовье гроба. Затем изволили следовать ее величество с наследником цесаревичем, великие княгини и прочие члены императорской фамилии, а за ними чины двора обоего пола.

По внесении в собор гроб был помещен под роскошный катафалк, поставленный в части собора между входом и решеткою, впереди же катафалка размещено 60 подушек с орденами.

Их величества и члены императорской фамилии приложились к телу покойного императора, после чего митрополитом Исидором, в сослужении с митрополитами Киевским Филофеем и Московским Макарием, отслужена была панихида, по окончании которой их величества в сопровождении членов императорской фамилии изволили проследовать обратно во внутренние покои.

После того, присутствовавшие на панихиде, прикладывались к телу в Бозе почившего императора.

Вот и второе известие: «Почивший государь покоится в великолепном золотом гробу работы господина Изотова. Гроб уставлен в церкви под катафалком прекрасной резной работы, который убран по углам страусовыми перьями. Впереди гроба направо и налево расположено 68 подушек, на которых лежат ордена покойного государя.

Особенный эффект между ними производит лежащий на зеленой подушке персидский орден с крупными бриллиантами. Великий монарх-освободитель положен в гробу в мундире Преображенского полка. Руки скрещены на груди, нижняя из них, прилегающая к груди, носит следы увечья от ран. Рот несколько полуоткрыт. Лицо почернело от того, что оно, по-видимому, обожжено и получило сильный удар ох газов во время взрыва. Со следами этого страдания, этого мученичества любимый монарх уйдет в могилу; гримировки лица не будет вовсе допущено.

Самый обряд перенесения представлял трогательную картину. Все офицеры, бывшие при церемонии, как бы один человек, сразу опустились на колени, когда началось шествие, и встали только тогда, когда к ним приблизился августейший сын и государь. Плакали все, как плачут по отцу.

На седьмое марта назначена церемония перенесения тела в Бозе почившего императора из Зимнего дворца в Петропавловский собор».

О самом церемониале перенесения «Московские ведомости» передают так. Сегодня, 7 марта, в одиннадцать с половиною часов утра, совершилось в величайшем порядке, согласно выше напечатанному церемониалу, перенесение тела в Бозе почившего государя императора из Большого Придворного Собора Зимнего дворца в Петропавловский собор. Наш корреспондент телеграфирует: «Петербургу выпал удел стать сегодня выразителем скорби всего русского народа.

Все население столицы, множество народа из окрестностей, а также прибывшие с дальних концов России, провожали гроб великого, возлюбленного монарха. С рассветом началось сильное движение на всех улицах. Народ валил со всех сторон сплошными массами и занял громадное пространство на всем длинном семиверстном пути печального шествия.

Все городские дома облеклись в глубокий траур; особенно выдается траурное убранство здания Думы, гостиного двора и помещений иностранных посольств, выкинувших траурные флаги. Ровно в 9½ часов утра, тремя пушечными выстрелами с Петропавловской крепости дан был первый сигнал для лиц, участвующих в печальной церемонии; войска гвардии и Петербургского военного округа расположились шпалерами от Зимнего дворца до Петропавловской крепости на пути всего следования печального кортежа, кроме тех частей войск, которые участвовали в процессии.

Войска расположились так: на Дворцовой Площади – гвардейская конноартиллерийская бригада; на разводной площадке пред Зимним дворцом – вторая гвардейская артиллерийская бригада; от Дворцового моста вдоль Новой Набережной – по батальону Новочеркасского и Учебного пехотных полков; на Сенатской площади – гвардейский экипаж и саперный батальон; на Английской набережной – гвардейские стрелки и Финляндцы; по набережной Васильевского острова – гвардейские казаки и гусары; по первой линии Васильевского острова до Тучкова моста – гвардейская кавалерия, в том числе три эскадрона Кавалергардского полка; пред дамбою Тучкова моста – флотский экипаж и юнкерское училище; затем дальнейший путь до крепости занимала гвардейская пехота, причем два батальона Преображенского полка стояли у входа крепости, два – около Петропавловского собора.

Всеми войсками командовал генерал-адъютант Костанда. Войска были одеты в парадную форму, в мундирах, при караульной амуниции, в глубоком трауре. В начале одиннадцатого часа утра, вдоль пути шествия между Зимним дворцом и Николаевским мостом началось усиленное движение. Лица, участвующие в процессии, спешили занять свои места. Окна и балконы домов по пути были заняты множеством людей.

Начавшееся суетливое движение было как бы предвестником скорого установления порядка всего церемониала. Действительно, когда в одиннадцать часов утра раздался второй сигнал, все были на своих местах. В это время в Большом Соборе Зимнего дворца, вокруг гроба императора, собрались их величества и все члены царской семьи. По отслужении краткой литии митрополитом Исидором, в сослужении митрополитов Московского Макария, Киевского Филофея и четырех епископов, сперва вынесены из церкви ордена и регалии, затем, в предшествии певчих и духовенства, гроб понесли члены царской семьи.