Время великих реформ - Александр II

Местность, где совершено страшное преступление, совсем, что называется, непроезжая, и если справедливо, что Государь избрал ее в виду полученных анонимных угроз, то трудно себе представить, говорит корреспондент «Московских ведомостей», почему именно на этом пути ждали его злодеи, – разве потому, что заметили на нем усиленное, против обыкновенного, число полиции.

В момент взрыва местность эта, как сообщает «Московский телеграф», представляла собою такую картину. «Один из казаков – Малечев именно, лежал мертвый, позади кареты близ тротуара набережной, другой казак, сидевший на козлах возле кучера – Манцев, склонился в изнеможении, судорожно ухватясь за козлы.

На самом тротуаре, шагах в тридцати позади, бился на земле и стонал мальчик, возле которого лежала большая корзина с мясом; он нес на голове эту корзину и был ранен осколком смертоносного снаряда. В нескольких шагах от него стоял, отвалившись на перила канавы, изнемогая офицер, также раненый.

Впереди падал на землю городовой; тут же стоял обезумевший от страха мастеровой, несший небольшой диванчик. Наконец несколько в стороне быстро удалялся человек с длинными космами в шапке и темно-синем пальто. Государь тотчас указал на него и направился к раненым офицеру и мальчику.

Государь не прошел и половины расстояния, как раздался новый взрыв, и взвился клуб белого дыма. Это был второй снаряд брошенный злодеями. Как полагают, человеком, стоявшим на льду канавы. На месте, где произошел первый взрыв, образовалась неглубокая круглая воронка в три четверти аршина глубиной и аршина два в поперечнике. В углублении ее виднеется небольшой клок сероватой шерсти или пакли.

На месте второго взрыва не образовалось ни воронки, ни углубления; эта разница произошла, вероятно, потому, что при первом взрыве карета представила известное сопротивление сверху действию газов. Тут валяются на снегу суконные клочки как бы от военной шинели.

У самого тротуара канавы свалена груда разных вещей, оцепленная несколькими рядовыми Павловского полка. Здесь, возле кровавой лужи, валяется: офицерская серо-синяя шинель с меховым воротником, обломок нижнего конца шпаги, шапка околоточного надзирателя, деревянные обломки и куски черного сукна, вероятно, от шинели казака. Тут стоит большая, так называемая, бельевая корзина с мясом; несколько поодаль небольшой диванчик без обивки. Сегодня (речь идет о 2-м числе) массы народа толпятся около места злодеяния».

Народ толпился на месте катастрофы и весь день 3-го числа. Только небольшая ямка свидетельствует теперь о месте преступления; даже положение ее и очертание изменились. Сообщаем следующие точные сведения, собранные час спустя после преступления.

Ямка – 40 дюймов в диаметре; глубиною на снегу – восемь дюймов. Она находится в 11-ти шагах от каменного забора сада великой княгини Екатерины Михайловны и в 9-ти шагах ох решетки набережной. В ямке найдены кусок пробки, кусок красного сургуча, два кусочка жести, золотой браслет с женским медальоном. Вокруг ямки были разбросаны клочки волос, куски материи и щепки дерева от экипажа, стекла от каретных фонарей.

В пятнадцати шагах от этой ямки, по направлению к Театральному мостику – место второго взрыва. Здесь, на пространстве 30-ти шагов, разбросаны были клочки сукна и разной материи, и в стороне, у забора, сложенные вещи пострадавших.

В числе этих вещей, следующие оказались принадлежащими покойному государю: а) фуражка инженерного ведомства на ватной, шелковой, серого цвета подкладке, без кокарды, козырька и части околыша; б) верхняя часть военной инженерного ведомства шинели с бобровым воротником и лацканами; нижняя часть шинели изорвана в клочки; под воротником, с левой стороны, оторван клапан; в) кусок серебряной портупеи; г) два батистовых платка с метками А. Н.: на одном буквы вышиты рядом, на другом – одна на другой, накрест; д) части кожи от раздробленного сапога.

Сверх того, тут же, в куче, находились: два письма, на имя Паля и Володи, башлык, куски дерева и материи от кареты. В двух местах – большие следы крови. Изорванные края шинели замараны кровью.

Вот другое описание той же местности после взрыва: «На месте преступления найдены два куска тонкой жести, которая, полагают, служила наружною оболочкой для снарядов. Тотчас после катастрофы были собраны вещественные последствия взрыва, в том числе некоторые вещи из одежды в Бозе почившего государя.

По рассказам, взрыв, ранивший государя, был так ужасен, что от шинели его величества осталась только верхняя часть с пелериной и бобровым воротником, точно также от фуражки государя оторвало взрывом козырек и кокарду. От сапога с левой ноги остался только передок с исковерканным каблуком, между подошвой и стелькой его запекшаяся кровь. Башлык, бывший на шее государя, весь изорван в клочки.

Его концы истрепаны взрывом. На месте разбросана масса щепок, мелких осколков от стекол и клочков от подушек кареты государя, которые народ жадно расхватывал как реликвию. Нашлись промышленники, которые стали продавать эти остатки. Говорят, некто заплатил за клок волос из каретной подушки большие деньги.

В настоящее время место это устлано мхом, и на нем положены массы венков. Пока место это огорожено, и поставлены часовые.

Вот план этой роковой местности. На плане этом обозначен Михайловский дворец, ворота дворца, из которых выехал государь император, путь следования, и наконец, буквою А самое место, где совершилось преступление.

Во дворце

Раненый Государь Император привезен был во дворец в санях полковника Дворжицкого, а не великого князя Михаила Николаевича, как об этом говорено было выше. Внесли венценосного страдальца во дворец – на ковре, и положили на постель в его кабинете, возле того письменного стола, за которым он обыкновенно занимался. Лежал он без движения, испуская тихие стоны. Его осторожно раздели; кровь была на лице, ноги совсем раздроблены; задета нижняя часть живота.

Обе голени, – продолжать страшно! – ниже колен и до стопы были превращены в массу обрывков мускулов, на которых местами висели осколки костей, и мягкие части носили на себе следы ожога. На левом верхнем веке замечался незначительный подтек также с ожогом. Перчатка правой руки окровавлена. По мере приближения к Зимнему дворцу, государь терял сознание от потери крови, которая сочилась из оборванных мускулов обоих голеней. Эти мускулы составляли единственную связь между стопою и коленями обеих ног, ибо кости голеней были раздроблены и вышиблены взрывом.

Доктора Круглевский и Маркус явились первыми и произвели немедленно прижатие бедренных артерий. Доктор Дворяшин, врач 4-го стрелкового батальона Императорской фамилии, находившийся случайно в здании Окружного штаба, услышав крики «Государь ранен!», бросился во дворец и в дверях кабинета его величества встретил доктора Круглевского. «Скорее привозите ампутационный и резекционный набор!», – сказал ему Круглевский. Дворяшин бросился за инструментами в квартиру Круглевского и чрез пять минут был обратно во дворце. Боткин был уже при его величестве и с величайшим вниманием производил выслушивание ударов сердца.