Последнее «долго и счастливо» - Соман Чайнани

Агата улыбкой на улыбку не ответила, просто повернулась и пошла вперед, да так быстро, что Мерлину пришлось поспешить, чтобы ее догнать.

Но, как ни торопилась Агата, она все же успела услышать, уходя, негромко сказанные у нее за спиной слова Софи, обращенные к принцу:

– Как странно, что Агги до сих пор называет тебя Тедросом. Я была уверена, что вы давно уже успели придумать друг другу какие-нибудь ласковые прозвища…

Агата еще быстрее зашагала вперед, чтобы не слышать, что ответит на это Тедрос.

А от входа в пещеру раздался громкий возмущенный вопль Хорта:

– Эй! А как же я?

Хорт выглядел растерянным и совершенно перестал походить на крутого супермена.

– А ты пойдешь один, замыкающим, и будешь охранять нас всех, мой дорогой! – пропела, не оборачиваясь, Софи. – Ведь именно это входит в обязанности телохранителей, не так ли?

Хорт надул щеки и был готов, казалось, взорваться от гнева, – но поздно, поздно.

Софи уже удалялась под руку с другим парнем, тем самым, от которого все это время Хорт стремился ее спасти. Она ушла, лишь поднятая ее шагами пыль осталась висеть в воздухе.

Агата оглянулась через плечо.

За последние четыре часа она уже тысячу раз проделала это, проверяя, как идут дела у Тедроса и Софи, но сейчас они отстали уже на километр и их крошечные фигурки терялись в поднимавшемся над болотами желтоватом тумане. Агате было нужно, чтобы Софи уничтожила то проклятое кольцо и, получив второй шанс, выполнила свою часть уговора.

А что, если Софи обманет?

Агата вдруг почувствовала себя прежней Агатой, той самой, что готова была лезть из кожи вон и сдвигать горы, лишь бы помочь своей лучшей подруге получить поцелуй Тедроса и отправить их домой. Тогда из этого ничего не вышло. Не выйдет и сейчас, если новая Софи будет действовать так же, как Софи прежняя. Потому что как Тедрос не стал тогда целоваться с такой Софи, так не станет и сейчас.

Агата вновь оглянулась…

Идти ей было трудно. Новые башмаки скользили по грязной и мокрой земле. Хлестала по щекам вымахавшая вдоль тропинки высокая трава. Стиснув зубы, Агата упрямо брела через покрытые пожелтевшим мхом болота вслед за Мерлином, которого все сильнее раздражала необходимость то и дело притормаживать, чтобы ее подождать.

Шагая вперед, Агата снова и снова прокручивала в голове сложившуюся ситуацию. Итак, с одной стороны, им с Мерлином нужно, чтобы Тедрос поцеловал Софи. С другой – Агату тошнило от одной мысли о том, что Тедрос будет целоваться с этой лживой, подлой, двуличной…

У Агаты кольнуло под ребрами – так всегда бывало, когда ее мысли начинали развиваться в неправильном направлении.

Может быть, напрасно она продолжает считать Софи прежней – злой ведьмой, имеющей свои виды на Тедроса? А если встать на место Софи, попробовать взглянуть на все с ее точки зрения? Тогда, за портьерой, Софи казалась такой виноватой, будто чувствовала, что поступает неправильно. Впрочем, она сказала, что все началось с ошибки, которую допустила сама Агата. Это же она предложила всем начать с чистого листа, и теперь Софи поступает так же, как и любой другой сделал бы на ее месте, получив второй шанс переписать окончание своей сказки. Как те же восставшие из могил злодеи, в конце концов. Они тоже возвращаются к тому моменту, когда все у них пошло не так, как им хотелось.

У Софи такой момент случился два года назад, когда она пыталась добиться, чтобы Тедрос поцеловал ее, но тогда она свой шанс упустила.

Зато Агата постепенно поверила, что у них с Тедросом настоящая любовь, именно такая, какой и должна быть любовь в волшебных сказках. И что Софи больше никогда не встанет у нее на пути.

«Но что, если Софи права? – думала Агата. – Что, если именно она, Софи, – истинная любовь Тедроса, а мы с ним сделали неверный шаг? Что, если Тедросу самой судьбой предназначено быть не со мной?»

Агата чувствовала себя опустошенной. Она понимала, что единственный способ выяснить это – дать Софи и Тедросу побыть вместе. Не стоит ненавидеть Софи за ее желание стать королевой Тедроса, лучше дать ей шанс, который она обещала подруге в башне Директора школы. Тот месяц, что Агата и Тедрос провели вместе, был наполнен ссорами и взаимным непониманием. Их общее будущее виделось туманным и сомнительным. Агата использовала свою попытку, но, увы, достичь с Тедросом «долго и счастливо», кажется, не смогла. Что ж, теперь очередь Софи. Следующий ход за ней.

«А что, если имя Тедроса на ладони Софи появилось неспроста? Ведь наверняка неспроста. Выходит, Тедрос – настоящая любовь Софи? – Агата задержала дыхание. – В таком случае, меня впереди ждет одиночество».

Она остановилась, снова взглянула через плечо, но фигуры Софи и Тедроса затерялись среди подернутых туманом болот.

– Девочка, впереди у нас долгий путь, и он окажется намного дольше, если ты будешь все время смотреть назад, а не вперед.

Агата повернула голову и взглянула на идущего впереди Мерлина. Он сочувственно смотрел на нее из-под полей своей нелепой остроконечной шляпы и был сейчас похож на древнего Великого Белого волшебника, которому известен ответ на любой вопрос. Но тут на нос ему опустилась оса, Мерлин смешно взмахнул руками, прогоняя ее, и негромко выругался.

Агата тяжело выдохнула. Либо Мерлин стал слишком стар, чтобы быть Белым волшебником, либо она сама перестала верить, что на любой вопрос найдется ответ.

– Что теперь будет с членами Лиги? – спросила Агата, когда поравнялась с Мерлином и они пошли дальше плечом к плечу. – Юба прикреплял к стене сказки, и во многих из них появились новые окончания…

– Одиннадцать. Одиннадцать таких сказок. Еще одиннадцать сказочных героев погибли, в том числе маленький Джек Хорнер^[2], и Русалочка, и Кот в Сапогах. Их всех убили вернувшиеся из могил злодеи, – мрачно сказал Мерлин, протирая запотевшие от тумана очки. – Теперь армия Тьмы станет действовать все успешнее, ее окончательная победа – лишь вопрос времени. Но я верю, члены Лиги сумеют спрятаться в Бескрайних лесах и доживут до того момента, когда Софи уничтожит кольцо Директора. Не думай, что они такие уж беспомощные, эти старики. Они в свое время тоже учились в школе и прошли в Синем лесу курс выживания, точно так же, как ты сама. Отличие между вами лишь в том, что они после окончания школы не привели весь сказочный мир на грань гибели, – с усмешкой закончил старый маг.

До этой минуты Агата никак не могла поверить, что из-за них троих угасает солнце, исправно светившее над землей тысячи и тысячи лет, – слишком уж неправдоподобным, фантастическим это казалось. Но сейчас, после слов Мерлина, она вдруг поняла, что это так и есть на самом деле.

– А что будет, если наступит полная тьма? – спросила Агата, глядя на бледный маленький солнечный диск над головой. – Оно и так уже едва светит.