Империя смерти - Тимур Туров

Из воздуха материализовался альв, и из ладоней его скользнуло нечто похожее на сотканную из голубого дыма змею. Обвилось вокруг шеи того «бесцветного», что прошел в дверь.

Элохим, не мудрствуя, прибег к любимому оружию своего народа – молнии. Разряд оказался такой силы, что пробившего дыру в стене Наблюдателя превратило в пепел. Но зато и сам Ардиэль пошатнулся, отступил к стене. «Огни Архангела Михаила», вылетевшие из отверстия, он встретил слабеньким щитом, в стороны брызнули радужные искры.

Забравшийся в окно враг выбил жезл у Дмитрия и прокричал, занося руку с кинжалом:

– Умри, предатель!

– На, сука! – рявкнул Олег и пустил в ход то оружие, что всегда было при нем и не требовало магической энергии – собственное тело.

Прыгнул на «бесцветного», отшвыривая его прочь, прикрывая соратника собой. Ударил кулаком, целясь в печень, и попал, а вот ребром ладони по шее добавить не успел.

Получил по колену, от боли помутилось перед глазами, и если бы не опыт, то Олегу пришлось бы нелегко. Инстинктивно отклонился, почувствовал движение воздуха у самого лица.

Ушел в сторону, пригибаясь и прикрывая голову. Встряхнулся, приходя в себя.

Увидел злые глаза в прорезях колпака из темной ткани. Отметил, что лезвие кинжала в руке врага необычное – черное, волнистое, как язык пламени. И едва не получил этим самым лезвием в живот. Увернулся в последний момент, насилуя собственные мышцы.

Над плечом прошла струя янтарного огня, и «бесцветный» с кинжалом задергался, заплясал, пытаясь сбить с одежды побежавшие по ней желтые язычки.

– Умри сам! – крикнул Дмитрий.

Перед глазами у Олега вспыхнуло, он на мгновение ослеп.

Моргнув пару раз, обнаружил, что на полу валяется горелый труп с кинжалом в черной лапе.

Один из врагов лежал около стенки и дергался в агонии, а призрачная змея продолжала сжимать его горло. Альв парил вверху, из туманного кокона выступало его лицо, перекошенное от ярости и напряжения. Второй враг дрался с Ардиэлем, тот рычал и яростно молотил огромными кулачищами, не оставляя сомнений в том, кому достанется победа.

Очередной удар отшвырнул «бесцветного» на холодильник. Тот качнулся, задребезжало что-то внутри. Наблюдатель на миг потерял равновесие, раскрылся, и элохим оказался рядом, врезал с такой силой, что череп лопнул, словно арбуз, в стороны полетели ошметки.

– Намек понял?! Понял?! – прорычал Ардиэль, содрогаясь от возбуждения.

Тот враг, которого душил Глазастый, перестал дергаться и затих, призрачная змея исчезла. Сам провидец опустился на пол, закутался в туман, словно в одеяло, и повалился на диван.

– Неужели все? – спросил Олег, ожидая, что еще кто-нибудь влезет в окно, пробьет потолок или ворвется в кухню через дверь.

– Все, – ответил Дмитрий. – Был еще один, но он оставался на улице и сейчас удирает. Понес информацию обо мне в орден. Теперь там будут знать, кто пошел против Желтого Ока. А это значит, что скоро я умру. Либо после энвольтации на смерть, либо когда меня убьют лицом к лицу.

Говорил он спокойно, словно не его ждала неминуемая смерть, а дышал тяжело, со свистом в груди.

– Прикроем! Не бойся! – пообещал элохим.

– Рано или поздно они все равно до меня доберутся, хе-хе, – покачал головой Наблюдатель. – Желтое Око не прощает предательства. И это, по большому счету, справедливо. Тот, кто пошел против интересов ордена, должен погибнуть. Так что я не ропщу. Хотелось бы только довести дело до конца…

– Доведем, – Ардиэль нагнулся и поднял того «бесцветного», которого Дмитрий начал жечь огнем из собственного жезла, но так и не дожег. – Но сначала допросим этого молодца. И кто-нибудь, посмотрите, что там с входной дверью. А то дует что-то…

Из двери в прихожую и из дыры в стене, ведущей туда же, и в самом деле тянуло холодом.

Олег выглянул с кухни, обнаружил, что дверь никуда не делась и даже висит на обеих петлях, вот только на месте замка красуется отверстие с неровными краями. Прикрыв ее и прижав вешалкой, он огляделся, разыскивая, чем заткнуть дырку, но ничего не нашел и вернулся обратно.

Уцелевшего врага усадили на стул, и элохим пару раз хлопнул его ладонью по щекам. Открылись светлые глаза, и в них вспыхнула ненависть. «Бесцветный» дернулся, но парализующее заклятие сжало его словно тисками, и он смог только мотнуть головой.

– Не суетись, – сказал Ардиэль гневно. – Как вы, уроды, осмелились напасть на мой дом?

– Долг прежде всего! – прошипел «бесцветный». – Повиновение ордену!

– Кто послал тебя сюда? Какое было задание? Как вы вышли на мой особняк? – Элохим подошел к врагу вплотную, показал измазанный в крови кулак с налипшими волосами. – Отвечай! А не то разнесу тебе башку, как вон тому! – и он повернул стул так, чтобы сидевший на нем Наблюдатель увидел сородича с размозженным черепом. – Ну?

– И учти, если соврешь, я это почувствую, – добавил Олег, мрачно усмехаясь.

«Бесцветный» недоверчиво покосился на него, несколько секунд подумал, а затем сказал:

– Хорошо, я буду говорить.

Допрос не занял много времени, но мало чего дал. Выживший Наблюдатель оказался рядовым бойцом и просто исполнял приказы, не особо вдумываясь в их смысл. Некоторое время назад их группу посадили в машину и велели выдвигаться, сообщив, что нужно уничтожить предателя.

Возглавлял их старший (вон он, лежит на полу с разбитой башкой), а распоряжения отдавал Петр Сирейко, лейтенант их языка (вон он, тоже на полу, убитый «живым огнем»).

– Ну что? – спросил Ардиэль, глянув на Олега.

– Правду сказал. Он и в самом деле ничего больше не знает, – сказал тот.

– За то, что не пытался врать – наградим. Убивать не станем. – Элохим врезал пленнику кулаком по голове, но не сильно, чтобы только оглушить. – Сейчас свяжем да в кладовке запрем. Пусть пока сидит, а потом я с Желтого Ока компенсацию стребую за ущерб.

И он выразительно огляделся.

Ущерб и в самом деле был немалый – выбитое окно, выломанная дверь, дыра в стене, пятна копоти, брызги крови.

– Но мы так и не решили, что будем делать дальше, – голос Дмитрия прозвучал необычайно тихо, и стало ясно, что он борется с очередным приступом боли. – Как предотвратим… это…

Облако тумана на диване поредело, стало видно озабоченное личико Глазастого, а Ардиэль, зачем-то открывший один из навесных шкафов, повернул голову и нахмурился.

– Намек понял… – буркнул он. – Я попробую поднять своих, все же у меня есть кое-какой авторитет. И мы постараемся разогнать толпу на Лядова, если она там уже собирается… Припугнем, применим силу, что-нибудь придумаем… Ведь надо, чтобы туда сошлись все зараженные?

– Все не все, но их должно собраться много, – проговорил альв. – Должна быть достигнута «критическая масса». А когда она наберется, произойдет цепная реакция, и тогда наш город ничего не спасет.