Империя смерти - Тимур Туров

Он не мог этого видеть, он просто знал.

Чернота растеклась до самых границ Нижнего и только на них остановилась. Небо на востоке начало светлеть – там всходило солнце. Утренние лучи упали на город, осветили его пустынные улицы. И Олегу показалось, что где-то в районе Московского вокзала он видит силуэт пирамиды из жуткого сна и что перед ним – империя смерти из далекого прошлого.

Империя смерти, которой стал Нижний Новгород.

Сердце бешено забилось, он закричал и обнаружил себя на кухне в особняке Ардиэля.

– Вот мать твою за ногу… – сказал элохим, ссутулившийся, дрожащий, вроде бы даже ставший меньше ростом, и после этого выдал матерную фразу, достойную боцмана с пиратского корабля.

– О нет… нет… – прошептал Дмитрий. – Это будет?

На этот раз все трое увидели одно и то же.

– Да, – ответил провидец, чьи глаза были полны боли. – Я заглянул в него… там, на вышке, и увидел это. И видение это… я ненавижу подобные вещи! Когда мой дар берет власть надо мной… Это мерзко! Оно набило мою душу горькой трухой… превратило меня в пену на гребне волны… Я чуть не сдох… Но это будет, это будет, – и он обхватил голову руками.

– Давайте разберемся, – сказал Олег, сжимая кулаки и едва сдерживаясь, чтобы с размаху не врезать по ближайшей стене – до крови в разбитых костяшках. – Надо успокоиться… Заклинание на телевышке начало работать по-иному, и виной тому то, что мы тронули яйцо. Так?

– Да, это верно. – Наблюдатель почесал кончик носа.

– Заклинание начало собирать на площади Лядова… кого оно начало собирать?

– Всех, кто находится под его контролем. Тех, кто заражен недоразвитыми эмбрионами слаш, и самих «черных», – ответил Глазастый, оглядываясь. – Кстати, а где это мы?

Ужас и страх ушли из взгляда альва, он стал выглядеть более-менее нормально.

– У меня, – отозвался Ардиэль и горделиво выпрямился. – Думаю, что ты узнал, кто я такой.

– Погоди, не до похвальбы сейчас, – голос Дмитрия прозвучал напряженно. – Так что, по всему выходит, что и меня потащит на Лядова? Ведь во мне сидит этот… это, – он сбился. – Но я пока ничего не чувствую.

– Думаю, что и не почувствуешь, – элохим прищурился, светлые глаза его полыхнули белым пламенем, Олег уловил невероятно быстро брошенное заклинание. На миг показалось, что Наблюдатель очутился в коконе из огненных нитей. – Ваши старшие ведь пытались воздействовать на эмбрион? Убить его они не смогли, но способности размножаться лишили, а заодно и разорвали связь с той хреновиной, что на вышке крутится.

– Да? Вот уж удружили, хе-хе, – Дмитрий поднял руку, вытер выступивший на лбу пот. – Да, кстати, – он посмотрел на альва, – когда это будет? Ну, то, что ты нам показал сейчас?

– В три ночи, – Глазастый пошатнулся. – Я видел точное время…

Олег посмотрел на настенные часы – большая и малая стрелка готовились сойтись в верхней точке циферблата. Невыносимо долгое десятое февраля почти завершилось.

– Намек понял. У нас почти три часа, – тусклым голосом сказал Ардиэль, подошел к столу и налил коньяк в бокал. Затем оценивающе глянул на альва и набулькал «Хеннесси» в другой.

Дмитрий покачал головой:

– И за это время мы должны, во-первых, не допустить, чтобы зараженные и слаш собрались на площади Лядова, а во-вторых, разрушить заклинание на телевышке, а точнее – подпитывающий его источник энергии.

Все взгляды скрестились на ящичке с хрустальным яйцом.

– И тем самым лишиться возможности узнать, кто оставил его в Нижнем, – добавил Олег. Сглотнул, проталкивая внутрь вставший в горле комок. – Ну что же, лучше спасти родной город и остаться в неведении насчет того, кто твой враг, чем выяснить это и допустить всеобщую гибель… Ведь так, ерш твою медь?!

Последнюю фразу он почти прокричал.

– Не ори. – Элохим вручил бокал с коньяком Глазастому, а из второго отхлебнул сам. – Пей, доходяга. Все ты, «коричневый», верно говоришь. Да только мы вчетвером вряд ли с этим справимся…

– «Золотая роза» изгнала меня из своих рядов, – сказал Олег, чувствуя, как внутри вспыхнула, запульсировала погасшая было обида. – Мне обратиться не к кому, в данный момент я один.

– Мне тоже, – Наблюдатель-ренегат усмехнулся. – Желтое Око убьет меня, только узнав, что я натворил.

– С ним мы разберемся потом, – пообещал Ардиэль. – Я обладаю определенным авторитетом среди сородичей. Я мог бы убедить их выступить, но на это понадобится время.

– А наши мне и не поверят, – грустно сообщил прикончивший «Хеннесси» Глазастый. – Это вам не провидеть за деньги… и не нариков кормить магическими иллюзиями… это бабла в кармане не прибавит…

– Тогда поступим так… – Элохим осекся, бросил быстрый взгляд на расположенное между столом и раковиной окошко. – Проклятье, «длинное ухо»! Нас подслушивают!

Стекло разлетелось вдребезги, внутрь метнулось нечто маленькое, черное, разбилось на куски, поднялось облако серого дыма. Грохнуло в прихожей, причем так, что сомнений не осталось – вынесли дверь. Еще какой-то шум донесся сверху, то ли с крыши, то ли со второго этажа.

Олег совершенно автоматически выставил щит, отпрыгнул в сторону и задержал дыхание. Краем глаза увидел, как вознесся к потолку окутавшийся белым туманом Глазастый, как Дмитрий метнулся к своему рюкзаку.

Ардиэль махнул рукой, мощный порыв ветра выдул наполненный отравой дым в окно, едва не перевернул стол. Показавшаяся в двери кухни фигура в черном получила коньячным бокалом в лоб и рухнула на пол.

Вторая ухитрилась отвести в сторону выпущенную элохим молнию и ударила «призрачным клинком». Электрический разряд ушел в прихожую, там что-то вспыхнуло и зашипело. Полупрозрачное лезвие резануло Ардиэля по боку, он пошатнулся и зарычал от боли.

– Получи! – выкрикнул Наблюдатель, и витой жезл в его руке вспыхнул белым огнем.

Пламенная спираль пронеслась через кухню. Раздался визг и вой, щит Олега задрожал, прикрывая хозяина. А сам Турнов метнулся к табурету, схватил лежавший на нем «Глок» и выстрелил в окно, в которое лез еще один тип в черной одежде. Одной пули на то, чтобы остановить его, оказалось мало, пришлось дергать спусковой крючок еще дважды.

Отдача ударила в запястье, и убитый или тяжело раненный враг вывалился наружу.

– Кто это, черт возьми? – рявкнул Ардиэль.

– Мои… сородичи, – отозвался Дмитрий, продолжая держать визжащего противника в пламенной спирали. – Сейчас я… прибью… этого… занимайтесь другими… ах, скотина…

Стена рядом с холодильником вспучилась горбом. Обои лопнули, полетели куски штукатурки и кирпича. Один ударил Олега по руке так, что он выронил пистолет. В дыру колобком вкатился очередной Наблюдатель, другой показался в двери, третий запрыгнул в окно.

На кухне стало очень тесно и жарко…