Второе Правило Волшебника - Терри Гудкайнд

Ричард пошевелился, и Кэлен подняла голову.

Прежде чем остановиться на ее лице, его серые глаза пробежались по комнате.

— Где мы?

Она легонько погладила его по плечу:

— У Ниссел. Она лечила твой ожог.

Он коснулся повязки у себя на груди и поморщился:

— И давно? Сколько сейчас времени?

Кэлен протерла глаза и посмотрела на приоткрытую дверь, в которую вливался тусклый утренний свет.

— Рассвело час или два назад. Ниссел спит в задней комнате. Она всю ночь провозилась с твоей раной. Старейшины все снаружи. Они так и не уходили с тех пор, как тебя принесли.

— Принесли? Когда это было?

— В полночь.

Ричард опять огляделся.

— Так что же произошло? Здесь был Даркен Рал… — Он взял ее за руку. — Он коснулся меня. Он… он меня заклеймил. Куда он ушел? И что было потом?

Кэлен покачала головой:

— Не знаю. Он просто исчез.

Ричард до боли стиснул ей кисть.

— Что значит «исчез»? Вернулся обратно в зеленый свет? Назад в подземный мир?

Она схватила его за пальцы:

— Ричард! Мне больно!

Он сразу разжал руку.

— Прости. — Он положил ее голову на здоровое плечо. — Я не хотел. Прости, пожалуйста. — Он шумно вздохнул и добавил: — До сих пор не могу поверить, что я оказался таким дураком.

Кэлен поцеловала его в шею:

— Мне было не так уж и больно.

— Я не об этом. Быть настолько тупым, чтобы вызвать его из подземного мира! А ведь меня же предупреждали. Я должен был задуматься. Я должен был отказаться! А я, как дурак, думал только об одном и забыл, что в мире есть и другие вещи! Только сумасшедший мог это сделать!

Кэлен вздрогнула.

— Не говори так, — шепнула она. — Ты не сумасшедший. — Она встала и посмотрела на него сверху вниз. — Никогда не смей так о себе говорить!

Он уселся напротив нее и опять поморщился, коснувшись своей повязки. Его пальцы пробежали по ее щеке и коснулись волос. Ричард улыбнулся, и от этой улыбки у нее защемило сердце.

Он поглядел ей в глаза.

— Ты самая прекрасная женщина в мире. Я тебе уже говорил об этом?

— Тысячу раз.

— И это правда. Я люблю твои зеленые глаза и твои волосы. У тебя самые лучшие волосы, какие я видел. Я люблю тебя больше всего на свете.

Кэлен старалась удержать слезы.

— Я тоже люблю тебя больше всего на свете. Пожалуйста, Ричард, пообещай, что ты никогда не усомнишься в моей любви. Что бы ни случилось.

Он погладил ее по щеке.

— Обещаю. Клянусь, что никогда не усомнюсь в твоей любви. Что бы ни случилось. Годится? А в чем дело?

Она прижалась к нему и, положив голову ему на плечо, обняла его — осторожно, чтобы не потревожить рану.

— Даркен Рал напугал меня, вот и все. Я боялась, что он сожжет тебя своей рукой. Я думала, ты умрешь.

Ричард коснулся ее плеча:

— Так что же там было? Я помню, как он сказал, что я его вызвал, потому что он мой предок, а потом говорил что-то насчет клейма Владетеля. Потом я уже ничего не помню. Что произошло?

— Ну… — Кэлен лихорадочно придумывала подходящий ответ. — Он сказал, что заклеймит тебя, то есть убьет, а клеймо отправит тебя прямо к Владетелю. Он сказал, что пришел в наш мир, чтобы окончательно разорвать завесу. Потом он коснулся тебя и обжег. Но он не успел тебя убить, потому что я призвала молнию, Кон Дар.

— Вряд ли это могло убить его, распылить, или как еще называется то, что можно сделать с духом. Это было бы слишком большое везение.

Она покачала головой:

— Я его и не убила. Он отразил молнию, во всяком случае, частично. Но мне кажется, я его напугала, и он ушел. Не обратно в зеленый свет, а в дверь. Ушел, не успев закончить то, что хотел с тобой сделать. Просто ушел, и все.

Ричард улыбнулся и крепко обнял ее.

— Моя защитница. Ты спасла меня. — Он мгновение молчал. — Итак, он здесь, чтобы порвать завесу. — Ричард задумчиво нахмурился. — И что же случилось потом?

Кэлен твердо решила не говорить ему правды, но не могла вынести его пристального взгляда и уткнулась ему в плечо. Она напряженно думала о том, как отвлечь Ричарда от этой темы.

— А потом старейшины отнесли тебя сюда, и Ниссел занялась твоим ожогом. Она говорила, что ожог ужасный, но компресс его быстро излечит. Только тебе нельзя несколько дней снимать повязку, чтобы рана затянулась. — Она погрозила ему пальцем. — Я тебя знаю. Ты захочешь снять ее как можно скорее. Ты думаешь, что всегда знаешь, как лучше. Так вот, ничего не выйдет. Ты снимешь ее, только когда я разрешу, Ричард Сайфер.

Его лицо омрачилось.

— Ричард Рал.

Кэлен посмотрела на него.

— Прости. Ричард Рал. — Она заставила себя улыбнуться. — Мой Ричард. Может, ты захочешь сменить фамилию, когда мы поженимся. Будешь Ричард Амнелл. Мужья Исповедниц обычно так и делают.

Он усмехнулся:

— Мне нравится. Ричард Амнелл. Супруг Матери-Исповедницы. Преданный супруг. Любящий супруг. — Его глаза вновь затуманились. — Иногда я боюсь, что сам не знаю, кто я или что я такое. Порой мне кажется…

— Ты — часть меня. А я — часть тебя. Все остальное не важно.

Он рассеянно кивнул. В глазах его стояли слезы.

— Я хотел как лучше с этим сборищем. Я надеялся найти способ отвести беду. А на деле, как сказал Даркен Рал, сделал только хуже. Он прав, я просто глупец. И теперь в том, что произойдет, будет моя вина.

— Ричард, перестань. Ты измучен и ранен. Когда отдохнешь, ты найдешь выход. Все можно исправить.

Ричард нахмурился, но ничего не сказал. Он отбросил одеяло и оглядел себя:

— А кто смыл глину и одел меня?

— Старейшины. Мы с Ниссел попробовали тебя одеть, — Кэлен покраснела, — но ты для нас слишком большой и тяжелый. Так что они заодно и одели тебя. И то только все вместе, и это заняло у них уйму времени.

Ричард кивал, но, казалось, совсем не слушал ее. Он поднял руку к груди, где обычно висели свисток, драконий зуб и эйджил, но не обнаружил их.