Белая тетрадь - Софья Ролдугина

– Ну, значит, и платье подберем с корсетом, – подвела итог она. – Пошли наверх.

В гостевой комнате нас уже поджидал Эдгар с ворохом разноцветных тканей. Даже не глядя на фасон, я сразу отложила в сторону красные и желтые вещи. Барды посмотрели на меня с удивлением и с некоторой обидой.

– Что-то не так? – поинтересовалась Элани, оглаживая алое бархатное платье, так похожее на ее собственное.

– Да нет, все в порядке, – вздохнула я. Вот уж не думала, что главной проблемой в Замке станет поиск одежды. – Просто я не ношу ярких цветов.

– Почему? – удивилась певица. – Тебе пойдет красный. Особенно хорошо будет смотреться с твоими волосами.

– Которые еще надо приводить в порядок, – проворчала я себе под нос, а вслух попыталась объяснить: – Понимаете, я никогда не надевала чего-то подобного. И в лучшем случае буду чувствовать себя неловко. А мне ведь придется что-то рассказывать, отвечать на вопросы… И вообще… Ну, не нравится мне этот цвет.

– Ну так бы сразу и сказала, – невесть чему обрадовался Эдгар. – А то – не ношу, не ношу… А раз так, мне кажется, тебе подойдет это. – Он незаметно подмигнул мне, вытаскивая из-под стопки одежды короткое черное… платье?

– Ребята… – Я неуверенно оглядела «тряпочку». Выглядела она… А как может выглядеть «труба» из гладкой черной ткани длиной чуть более полуметра? – А вы уверены, что это именно платье?

– А что это может быть? – искренне удивилась Элани. Я украдкой бросила взгляд на худенькую певицу. Ну да, она, наверное, на сцене и не в таком выступает.

– Юбка.

– Но…

– Эдгар, а не найдется чего-нибудь поскромнее? – прервала его я, прежде чем бард начал мне возражать. Элани кинула на брата испепеляющий взгляд, а потом медленно, словно извиняясь, проговорила:

– Найта… Ты только не обижайся… Мы, конечно, понимаем, что все равейны разные и что по виду судить не стоит… Но ты не производила впечатления такой уж скромной особы, когда прощалась со своим спутником.

– Что?.. – начала я и осеклась, чувствуя, что заливаюсь румянцем. В город мы с князем вошли в обнимку, потому что после скачек по горам и портала меня водило из стороны в сторону. Ксиль так и держал меня под локоток, пока за нами не пришли провожатые. Не зная, как отблагодарить Максимилиана за заботу и, что греха таить, чувствуя вину за произошедшее ночью, я поднялась на цыпочки и чмокнула князя в щеку. Вот и все. Неужели барды подумали, что мы с Ксилем?..

– Я могу сходить за другой одеждой, – великодушно предложил Эдгар, понаблюдав за моими терзаниями. – Мне вовсе не сложно.

– Да нет, не надо, – совсем смутилась я. – Посмотрю сначала, что мне приготовила тетя.

– Давно пора, – улыбнулась Элани.

Упаковочная бумага не устояла перед тремя парами рук, и…

Ох, тетя, тетя, ну за что вы так?

– Какая красота… – выдохнула певица, теребя пальцами края аллийского одеяния. Я же мрачно разглядывала коротенькую записку, выпавшую из злополучного свертка. Послание, выполненное изящным и таким знакомым подчерком главы дома Эльнеке, гласило:

«Если ты выберешь что-то другое, то это меня сильно обидит, Нэй. И не только меня.

Поверь, мы с Дэйри порядком измучились, когда искали тебе подарок.

С семнадцатилетием, милая!

Жаль, что не получилось встретиться раньше.

С наилучшими пожеланиями,

Лиссэ».

И Дэйр туда же. Предатель.

– Может, все-таки сначала примеришь? – опасливо предложила Элани, услышав, как отчетливо скрипнули мои зубы.

– Придется, – вздохнула я, рассматривая это… нечто. – Лиссэ меня со свету сживет, если узнает, что я что-то другое надела. А она узнает.

Я вспомнила взъерошенную аллийку и тряхнула головой, улыбаясь. В конце концов, почему бы и нет?

Но мама меня точно убьет.

Барды перешли в другую комнату, чтобы не смущать бедную меня, заодно захватили все лишние платья. И сейчас я стояла у небольшого зеркала, испытывая непреодолимое желание надавать тетушке по шее. Да и Дэриэллу заодно. Чтоб не смел представлять меня в подобных платьях, развратник! Ну… может, насчет «развратника» я и погорячилась. Платье было вполне скромного цвета, серебристо-серого, с длинным-длинным, в пол, подолом. Плечи, правда, оставались открытыми, но ничего, не замерзну – климат здесь теплый, даже жаркий. Единственное сомнение вызывал разрез, заканчивающийся гораздо выше колена. С такой-то легкой и летучей тканью – проблемы точно будут.

– И на юбку буду наступать… – пожаловалась я, ни к кому конкретно не обращаясь.

– А что, она такая длинная? – Из-за двери показались любопытные физиономии рыжих бардов. – Ух ты! – выпалила Элани, разглядев наконец подарок Лиссэ. – И ты еще не хотела надевать! – упрекнула меня певица.

– Зато теперь понятно, почему к нему прилагались такие босоножки, – только и вздохнула я, не разделяя восторга своей компаньонки.

– Такие – это какие? – поинтересовалась Элани, с жадностью глядя на платье. – Везет тебе, в аллийском платье походишь… Хотела бы я себе такое, да брат наверняка поскупится…

Эдгар пропустил сестрины слова мимо ушей и даже бровью не повел. Видимо, не в первый раз Элани так выклянчивала обновки. Мне сразу вспомнилось, как Птица, парень Джайян, терпеливо таскался за нами по магазинам, тягая здоровенные пакеты, да еще умудрялся и каждую покупку комментировать. Вот уж кто был неисправимым оптимистом!

Тем временем Элани успела самостоятельно отыскать мои босоножки.

– Чудо, – умилилась она. – Надевай.

– Что, сейчас? – удивилась я.

– Конечно, сейчас. Скоро уже идти к эстаминиэль.

Я отметила про себя, что Элани использовала не общепринято-обезличенный титул королевы, а его старый, аллийский вариант. Мне-то он тоже был привычнее, потому что детство мое прошло в Кентал Савал, но откуда его вообще знала Элани? Да еще употребляла так запросто и не склоняла, как бы произнося слово на иностранном языке, тягуче и с легким акцентом – Es’tiee ah Min-Niel? Ох, не все с ней было так просто…

– Тогда поторопимся, – вздохнула я, отгоняя несвоевременные мысли. В конце концов, какая разница, кто такая эта певица… Мало ли странных людей среди искателей?

«И все-таки тетушка была неправа», – думала я, цокая каблуками по брусчатке. То еще занятие – знай себе, под ноги смотри, чтобы в щель каблуком не угодить. Хотя плитки были довольно крупные и плотно подогнанные друг к другу, все равно велика оставалась вероятность, что шпилька застрянет намертво. Да и вообще, ощущала я себя крайне неустойчиво. Того и гляди, оступлюсь и прямо в шикарном платье плюхнусь на тротуар. Пожалуй, не поддерживай меня Элани под локоток, вряд ли бы я самостоятельно дошла до дворца… то есть до Дома Встреч.