Белая тетрадь - Софья Ролдугина

– Тай!

Резкий крик выбросил меня из сна и заставил подпрыгнуть на постели, как укушенную.

– Что? – хрипло спросила я, потирая глаза. Максимилиан только отмахнулся, продолжая носиться по комнате в одной рубашке, как сумасшедший. При этом он непрерывно что-то бормотал, усугубляя и без того не самое благоприятное впечатление.

– …где эти штаны? – удалось мне разобрать за непрерывным потоком ругательств.

– Посмотри в ванной, – со вздохом посоветовала я наугад и, как ни странно, не ошиблась.

– О, точно… Спасибо! – просиял князь мальчишеской улыбкой и вихрем унесся в указанном направлении, только дверь о косяк шваркнула.

Уже через несколько мгновений он вынырнул обратно, растрепанный, но полностью одетый. Светлая рубашка была по-прежнему расстегнута, но, кажется, Ксиля это не слишком волновало.

– Ты куда собрался? – поинтересовалась я, сцеживая зевок в плечо, из-за чего речь получилась не слишком разборчивой. – Да еще с утра пораньше?

– Надо! – задиристо подмигнул мне Ксиль и вылетел из комнаты, как на невидимых крыльях. Кажется, он даже пола ногами не касался.

Ну, любопытство меня, конечно, не заело. Но куснуло. Чувствительно.

Кое-как выкарабкавшись из-под одеяла, я оправила смявшееся за ночь платье и выскочила в коридор вслед за князем. Босиком, разумеется, – красивый до полной непрактичности подарок Лиссэ остался под кроватью. На таких шпильках разве что Феникс бы смогла бегать без риска что-нибудь себе сломать.

Мраморные плиты приятно холодили пятки, юбка развевалась за спиной, как парашют. Спасибо разрезу. Хорошо еще, что в коридоре никого не было. В азарте погони я проскочила нужный поворот. Метнулась в сторону в последний момент, задела локтем стену, не вписавшись в проем… и замерла.

Максимилиан застыл перед незнакомцем – в напряжении, как туго натянутая гитарная струна, еще поверни колок – и лопнет, хлестанет по пальцам. На лице у него сияла безмятежно-счастливая улыбка, но казалось, что сам воздух был наполнен дикой смесью из чувства вины, облегчения и ожидания нагоняя – да так густо, что хоть ножом режь.

Про незнакомца же я не знала пока ничего, кроме того, что он значительно выше Ксиля и волосы у него довольно темные. И тут, не говоря ни слова, незнакомец мягко положил Максимилиану руку на шею, скользнул к виску… и резко надавил – так, что тот врезался головой в стену.

– Шатт даккар… – только и сказал Ксиль и обреченно зажмурился.

Я рот разинула. В буквальном смысле – захотела что-то сказать, да забыла, что.

Незнакомец поудобнее запустил пальцы в спутанные пряди князя и еще дважды стукнул его об стену. Я каждый раз дергалась от удара, будто били меня. А Ксиль не то что не пытался сопротивляться – даже глаза не открывал, только жмурился жалобно.

– Ты ведешь себя неразумно, – негромко и очень спокойно произнес незнакомец. Голос у него оказался весьма приятным – низким, глубоким, без холодных металлических ноток и льстивых медовых. Максимилиан распахнул глаза с каким-то затравленным выражением. – Я просил дождаться, Ксиль. Месяц, два – на что бы это повлияло?

– Но я же хотел как лучше… Тай, пусти, – вывернулся он и отступил на шаг, потирая голову. Взгляд у него был жалобный-жалобный, кажется, еще немного – и слезы навернутся. – Больно же, я не железный.

– Действительно? – без всякой иронии, со сдержанным интересом заметил Тай… вернее, Тантаэ из клана Пепла Времени. «Это его ждал Ксиль?» – подумала я в смятении. Но двое шакаи-ар меня, похоже, даже не замечали или не желали замечать. – А я думал, что железный. По крайней мере, голова точно железная и пустая. Звук при ударе был довольно характерный.

Ксиль шмыгнул носом и насупился.

– Да не было никакого звука. Врешь все. И не надо меня воспитывать, я сам…

– Ты хотя бы понимаешь, что я пережил, когда ты внезапно исчез? Да еще накануне приступа? – Он вздохнул и внезапно очень уязвимым жестом провел пальцами по лицу, будто паутину собирая. – Иди уже сюда, плакса, – произнес он вдруг совсем иным тоном, более… домашним, что ли?

Максимилиан расцвел шальной улыбкой, уткнулся ему в плечо и отчетливо всхлипнул. Тантаэ привычным жестом обнял его и принялся поглаживать по волосам. У меня появилось совершенно иррациональное чувство, что если бы у Ксиля был хвост, то он бы сейчас им мотал из стороны в сторону, как нашкодивший щенок.

– Ну, извини. Больше не буду, – пробурчал хвостатый только в моем воображении князь.

Тантаэ вздохнул со смирением:

– Что-то не верится, Ксиль. Но если ты еще хотя бы раз вот так пропадешь без объяснения причин больше чем на месяц, то вряд ли отделаешься парой затрещин.

– Это были не затрещины, – хмыкнул Ксиль.

– Не имеет значения. И глаза на мокром месте тебе тоже не помогут. Уже довольно с меня психологических манипуляций.

Ощущение невозможности происходящего достигло своего пика. Появилось ощущение, будто меня мешком огрели по голове.

Пока я отстраненно размышляла, как бы отступить незаметно и сделать вид, что никто ничего не видел, эти двое вспомнили о моем существовании. Максимилиан отстранился, приводя в порядок свою зареванную – действительно зареванную, без всяких шуток – физиономию, а Тантаэ неторопливо подошел ко мне и остановился. Взгляд – внимательный, но лишенный даже капли любопытства или оценивающего интереса, прошелся по моей смущенной и не знающей куда себя девать особе с ног до головы. От неловкости я в ответ тоже уставилась на Тантаэ.