Богиня легенды - Филис Кристина Каст

— Это ты должна сделать.

Изабель покачала головой.

— Нет, ты — королева, Гвен. Иди!

Королева пошла к главному столу, а Артур вышел ей навстречу. Они выглядели такой прекрасной парой, что Изабель захотелось пристрелить их обоих.

Гиневра встала на возвышение в центре холла, у всех на виду; корона на ее голове сверкала.

— Нет, я не поставлю себе в заслугу подарок, о котором пойдет речь, — сказала королева. — Его придумала Изабель, графиня Дюмонт. Прошу, графиня, иди сюда, объясни все Мэри и Джеймсу.

Изабель захотелось провалиться сквозь пол.

Она покачала головой:

— Нет!

Гиневра обернулась к Джеймсу.

— Приведи ее.

Да уж, не слишком величественным оказался ее выход — Джеймс просто вытащил ее в центр холла, держа примерно в футе над полом. А Мэри при этом хохотала и хлопала в ладоши.

— Прошу прощения, графиня, — сказал он, ставя Изабель на помост, — Но тебя призвала сама королева.

— Я тебе отплачу за это. Не знаю когда, не знаю как, но я тебе отплачу, — пробормотала Изабель, обращаясь к молодому супругу Мэри, — Так что ты теперь поосторожнее.

— Буду осторожен, графиня. Я уже весь дрожу от страха.

Ей хотелось испепелить его взглядом, но разве она могла на него сердиться?

— Наклонись!

Он наклонился, и Изабель поцеловала его в щеку.

— Счастливой тебе жизни, Джеймс. Ты должен сделать Мэри очень счастливой, или тебе придется ответить передо мной.

— Вот теперь мне по-настоящему страшно, — сказал Джеймс.

— Вот и хорошо.

Изабель повернулась к гостям.

— На самом деле все это чистая ерунда. Подарок не от меня, а от короля и королевы.

— Неправда, — возразил Артур. — Мы все думали над тем, какой подарок сделать Мэри и Джеймсу, но именно графиня предложила то, что сейчас дарим мы с королевой. Так что, графиня, пусть они об этом знают.

Изабель посмотрела на молодоженов — и не удержалась. И протянула Мэри мизинец. Мэри рассмеялась и зацепилась за него пальчиком. Тогда Изабель оглянулась на Гиневру.

— Королева?

— Ты же знаешь, мне не нравится, когда ты меня так называешь, — сказала Гиневра, но улыбнулась и присоединила свой мизинец к компании.

— Подруги! — воскликнули они втроем, поднимая сцепленные руки.

Изабель, смеясь, огляделась — и увидела вытаращенные глаза. Все смотрели чуть ли не разинув рты. Включая и короля Артура.

Не обращая на это внимания, она откашлялась.

— Король и королева слишком скромны и умолчали о том, что этот дом они не просто предоставляют Мэри и Джеймсу на брачную ночь. Молодые могут прожить в нем столько, сколько им вздумается. Это и есть подарок.

Мэри изумленно ахнула. Джеймс пошатнулся. Выражение их лиц дорогого стоило. Великие боги, как Изабель хотелось, чтобы у нее сейчас оказалась под рукой фотокамера!

Мэри потянулась к ней, и Изабель пришлось поддержать девушку, пока та наконец не справилась с рыданиями.

— Мэри, это не мой подарок. Это от короля и королевы. Тебе следует поблагодарить их.

Изабель выдернула из рукава платья носовой платок и вытерла ей глаза.

— Мэри! Король! Королева! Подарок — от них!

Девушка наконец взяла себя в руки и повернулась к Артуру и Гиневре. Она попыталась сделать реверанс, но у нее дрожали ноги.

Король взял ее за руку.

— Ну, довольно уже!

— Мы даже не сможем, — сдавленным голосом с трудом произнесла Мэри, — как следует отблагодарить вас обоих.

— Можете хотя бы попытаться, — с усмешкой ответил король, — Я не обижусь.

Изабель бросила на него негодующий взгляд, но король подмигнул ей. И она снова почувствовала себя конченым человеком.

Сказать, что Изабель едва держалась на ногах, значило бы ничего не сказать.

Без помощи Мэри она запуталась в собственном платье.

Она готова была рухнуть в постель не раздеваясь, но тут в дверь постучали.

— Ох, спасибо, Дженни, мне без тебя не справиться со всем этим! Входи!

Но в комнату вошел король Артур.

— Я не Дженни, но буду счастлив помочь тебе раздеться.

Изабель улыбнулась, хотя улыбка получилась слабой.

— Артур, я настолько измотана… но все равно буду рада, если ты поможешь мне.

— С удовольствием.

Она повернулась к королю спиной, чтобы он смог расшнуровать платье.

— Вообще-то надо бы поосторожнее. Дженни может войти в любой момент.

— Я дал ей выходной.

— Но она служанка Гиневры.

— Верно. Гиневра ее отпустила на всю ночь час назад. Как раз перед тем, как исчезнуть вместе с Ланселотом.

— Ох, мне так жаль…

— Чего тебе жаль?

— Что Гвен… что Ланселот… что ты… ох черт, мне просто жаль!

Артур резко развернул ее лицом к себе.

— О чем ты сожалеешь, Изабель? Объясни!

— Ну, наверное, о том, что тебя это все-таки должно задевать в какой-то мере.

— Знаешь, что меня сегодня задевало? Что я не мог представить всем тебя в качестве своей любимой и своей супруги. Эта ложь просто убивает меня. То, что не ты — моя королева.

— Да я бы и яичной скорлупы не дала за то, чтобы стать королевой!

— А ты дала бы яичную скорлупу за то, чтобы стать моей женой?

Она уставилась на короля, разинув рот.

— Вот так поворот! Ты уже женат!

— Только представь на мгновение. Если бы я не был женат и просил бы твоей руки, ты бы согласилась или отказалась?

— Ты хочешь, чтобы я вообразила, вышла бы я за тебя или нет?

— Что-то в этом роде, — кивнул он.

В его глазах мелькнула непонятная настороженность.

— Если бы я мог просить тебя об этом, ты приняла бы мое предложение, Изабель?

— Это кое от чего зависит.

— От чего, например?

— А захотел бы ты жениться на женщине, которая давно не девственница?

Артур как будто задумался.

— Это кое от чего зависит.

— От чего?

— Наверное, от того, насколько сильно я желаю эту женщину.

— Желать и любить — не одно и то же.

— Не обязательно, — возразил он, назидательно поднимая указательный палец. — Если желание рождается из чувств, из любви, то они соединяются.