Богиня легенды - Филис Кристина Каст

— Ох, Артур, — улыбнулась Изабель.

Она погладила его по волосам. Как они отросли за последние дни…

— У тебя множество, огромное множество разных дел. Незачем беспокоиться еще и из-за меня.

— Это всего лишь повод. А видеть тебя — настоящая необходимость.

— Мы увидимся позже. Ты должен вернуться к тому, что для тебя — главная драгоценность.

Он внимательно посмотрел на нее.

— Изабель, если я до сих пор выражался недостаточно ясно, то уточню: ты — моя главная драгоценность.

— Но Камелот…

— Это всего лишь место, ничего больше. Да, я люблю Камелот. Но разве я могу держать его в объятиях ночью? Разве я могу лежать с ним и рассказывать ему о том, что произошло за минувший день? Да я бы, не задумавшись ни на секунду, отдал его за то, чтобы все оставшиеся мне годы провести рядом с тобой, не разлучаясь.

— Ох, Артур, я никогда не попросила бы об этом.

— Конечно, ты не стала бы. И это еще одна причина, чтобы любить тебя, Изабель. Но больше не сомневайся в том, что для меня на первом месте.

Он поцеловал ее, направился к двери, но остановился.

— Ты неправильно задала вопрос к моему ответу.

У Изабель кружилась голова, она была смущена, ее сердце переполняли такие чувства, что она растерялась.

— Я забыла ответ, — сказала она наконец.

— Я повторю. «Женщина, которую Артур, король Камелота, полюбил так сильно, что готов сделать что угодно, лишь бы защитить ее».

Король усмехнулся.

— Твой первый вариант был даже слегка оскорбительным, ты заговорила о какой-то слюнявой собаке. Но я не забыл, что предложил тебе второй шанс.

— Кто такая графиня Изабель? — прошептала она.

— Вот это очень точно, Изабель.

— У меня тоже есть ответ.

Артур улыбнулся.

— Давай!

— Женщина, которая не позволит тебе забыть о твоей земле, о твоей мечте, о твоей первой любви. Женщина, которая готова пойти с тобой в битву, чтобы спасти мечту о Камелоте.

Король шагнул к ней и обхватил ладонями ее лицо.

— Вопрос будет таким: «Кто та женщина, которой я никогда не позволю подвергнуть себя опасности ради меня?» Этому не бывать, Изабель. Я даже думать об этом не могу.

— А тебе не приходило в голову, что женщины тоже могут помочь? Разреши нам участвовать в твоей борьбе.

— Нет. Я не допущу, чтобы женщины пострадали. А ты… я не смогу жить, если с тобой что-нибудь случится. Просто не смогу жить.

— И ты всерьез ожидаешь, что я буду стоять и смотреть, как тебя ранят, а то и похуже?

— Ожидаю. Я делаю то, что должен. Прошу, Изабель, не заставляй меня тревожиться за тебя, если дело дойдет до драки. Я тогда не смогу исполнять свой долг.

— А что, к тому идет?

Король замялся, но наконец кивнул.

— Да, возможно. Те, кого не пригласили на переговоры, объединились, судя по донесениям. Мы должны быть готовыми ко всему.

— Значит, мы будем готовы.

— Изабель, нет!

— Я никому не позволю добраться до тебя без борьбы. Разве ты не сделал бы то же самое для меня?

— Это не одно и то же.

— Это как раз одно и то же. Если ты думаешь, что женщины не способны защитить своего короля, свой замок, свою жизнь, ты здорово нас недооцениваешь.

— Я вас не недооцениваю. Но это я должен вас защищать. И прежде всего тебя.

— И сколько у нас времени? — спросила Изабель.

— Изабель…

— Сколько у нас времени, Артур?

— По самым осторожным оценкам, исходя из того, что сообщают мои люди, — около трех недель. Мы полагаем, они собираются напасть, когда съедутся все приглашенные рыцари.

— По-моему, это глупый план.

— Нет, если окажется, что предатели среди нас.

— И ты знаешь, кто это?

— Догадываюсь.

Изабель нахмурилась.

— Мы, женщины, будем не просто поддерживать вас, мы станем драться не на шутку.

— Изабель!

— Да, Артур?

— Ты вызываешь у меня восторг и в то же время пугаешь.

— Надеюсь привести тебя в восторг сегодня вечером. А что касается страха… позволь мне самой решать.

— Изабель, я обязан защищать тебя.

Она с силой хлопнула его по плечу.

— На этот раз, в виде исключения, Артур, попытайся принять мысль, что женщины могут быть очень полезны в своей заботе о мужчинах. В виде исключения.

— Но я не разрешу тебе участвовать в битве, если на нас все-таки нападут. Изабель, прошу тебя, мне не вынести даже мысли об этом! Я люблю тебя. Разве ты этого не понимаешь?

— О, я понимаю. А если я пообещаю: ни одна женщина и близко не подойдет к полю сражения?

— У тебя уже есть коварный план, Изабель?

Изабель изобразила самую невинную улыбку.

— Клянусь, искренне клянусь, в битву мы не сунемся.

— Да, ты что-то задумала.

— Клянусь, искренне клянусь, мы не полезем в бой!

— Просто не знаю, то ли смеяться, то ли трястись от страха.

— Я выберу смех из тысячи.

— Изабель, если с тобой что-то случится, мне этого не пережить. Моя любовь к тебе… это… я даже не в силах описать это чувство. Если я потеряю тебя сразу после того, как нашел… даже вообразить не могу, что будет.

Изабель усмехнулась, глядя в мужественное, доброе, встревоженное лицо Артура.

— Я не готовлюсь к сражению. Но как ты думаешь, что я должна чувствовать, зная, что к этому готовишься ты?

— Это мой долг.

— О да, конечно, это твое королевское дело. А я, видимо, должна улыбнуться, завернуть тебе парочку бутербродов и проводить со словами: «Надеюсь, ты еще будешь жив к ужину, дорогой. Будет ужасно жаль, если пропадет зря твое любимое блюдо. Впрочем, его может съесть Пикс».

Король мгновение-другое смотрел на нее во все глаза, а потом расхохотался. И снова прижал к себе.

— Это, пожалуй, самый странный разговор в моей жизни! Я так тебя люблю!

— Вот и хорошо, — бросила Изабель, от страха впадая в раздражительность.

Она не подозревала, что опасность так близко. Артур умудрился до сих пор скрывать это от нее. Держать за пазухой. Или в кармане. Или еще где-нибудь.

— Мы не станем просто сидеть на месте, Артур. Мы найдем выход.

— Если дело действительно зайдет так далеко, я не позволю женщинам вмешиваться. И уж конечно, не позволю моей женщине.