«Гремя огнем». Танковый взвод из будущего - Вадим Полищук

Делопроизводитель сделал успокаивающий жест и шагнул навстречу скрипнувшей двери. Сергей замер — в дверях стояла она.

— А-а, доченька, проходи… Вот, познакомься с господином поручиком. Его Сергей Николаевич зовут. Настенька — моя старшая. Отцу обед принесла.

Под болтовню отца девушка сделала шаг вперед, протянула ручку без перчатки. После секундной паузы Сергей догадался взять ее и коснуться губами. Никаких духов, только запах чистой девичьей кожи. Отпустив руку, он хотел взглянуть ей в глаза, но они были скрыты за пушистыми ресницами. Между тем Порфирий Акакиевич принял у девушки узелок и выпроводил ее из кабинета.

— Скажи маме, сегодня буду поздно.

Цоканье каблучков в коридоре затихло.

— Вот беда, никак замуж выдать не могу. И красива, и умна, а замуж никто не берет.

Видимо, эта тема очень сильно волновала отца, раз он открыл свои чувства постороннему человеку.

— Мне кажется, такая девушка не должна испытывать нужды в кавалерах.

— В кавалерах… — безнадежно махнул рукой Порфирий Акакиевич, — кавалеров вокруг Насти вертится много, вот только с серьезными намерениями никого нет. А девице уже двадцать стукнуло, еще год-другой, и все — перестарок.

А ведь папаша прав. По местным меркам действительно многовато. Невысокая, тонкая, она казалась года на два-три моложе, но местных кумушек не проведешь, они все знали точно.

— Странно. Дочка ваша, говорите, без изъяна, тогда в чем же дело?

— Так бесприданница же, — всплеснул руками Порфирий Акакиевич, — а у меня, кроме нее, еще две. Доходы мои невелики, вот и вынужден…

Сергей взглянул на ситуацию с другой стороны, и ему даже стало жалко делопроизводителя. Сорок лет, скудное жалованье, никаких перспектив карьерного роста, а дома жена и три дочки, которых надо кормить и прилично содержать. Вот и подвизался Порфирий Акакиевич посредником у заводского начальства за долю малую. А тот продолжал изливать свою душу.

— А кто бы и без денег взял, так наши заводские стервы сразу шипеть начинают, что, мол, тощая больно, к деторождению не способна будет. У средней-то дочки и жених уже есть, она у меня статью в мамашу, а свадьбу сыграть не можем, пока старшая в девках.

Выслушав стенания делопроизводителя, Сергей, сам того не ожидая, принял решение. Выудив из кармана конверт, он протянул его Порфирию Акакиевичу:

— Вот, взгляните. Все правильно?

Тот сунул нос в конверт.

— Да, господин поручик.

— Я могу надеяться на скорое выполнение заказа?

— Так там и дел-то на неделю! Дней через десять можете забрать.

— Меня такая ситуация не устраивает. Вы будете информировать меня о готовности отдельных плит, и я сразу буду их забирать.

— Как вам будет угодно.

Сергей поднялся, хозяин, прощаясь, встал вслед за ним. Собравшись с духом, поручик выпалил:

— Порфирий Акакиевич, я готов.

— К чему готовы, господин поручик? — не понял делопроизводитель.

— Я готов жениться на вашей дочери.

Порфирий Акакиевич сел, открыл рот, закрыл, потом открыл опять.

— Грешно смеяться над отцовскими страданиями, молодой человек.

— Я не смеюсь. Готов венчаться с Настей, хоть сейчас.

— Да вы же видели ее первый раз в жизни!

— Второй. Но мне было достаточно и одного.

Придя в себя, будущий тесть принял решение:

— Неволить Настю не буду. Уговорите дочку под венец пойти — будет вам мое родительское благословение. Приходите сегодня вечером ко мне домой, там познакомитесь поближе, там и поговорите.

— Сегодня?

— А чего тянуть? Вот к семи и приходите.

Прощаясь, Сергей чуть склонил голову:

— Буду непременно.

Когда дверь за поручиком закрылась, Порфирий Акакиевич поискал глазами икону, но ее в кабинете не было. Тогда он повернулся к куполам ближайшей церкви и размашисто перекрестился:

— Господи, неужто получится…