«Гремя огнем». Танковый взвод из будущего - Вадим Полищук

— Где я вам бронестекло возьму? — взмолился инженер. — Своего оптического стекла в России нет, все из Вены везут.

— Надо найти, Дмитрий Дмитриевич. Я не хочу, чтобы мне или кому другому шальная пуля в глаз попала. Продолжим. Механику-водителю вместо щели нужен смотровой прибор в крышке люка. В бортах нужны амбразуры с заслонками для ведения пулеметного огня из танка. Динамомагнето, аккумулятор, электрическое освещение — прекрасно, но все лампочки надо закрыть металлической сеткой, иначе осколки стекла полетят по всему отделению.

— Все?

— Нет, Дмитрий Дмитриевич, самое главное — танку нужно танковое переговорное устройство. Помните наушники в шлеме, ларингофоны и фишки? Иначе управлять танком будет очень сложно. Члены экипажа должны хотя бы слышать командира.

Инженер хлопнул себя по лбу:

— Как же я мог забыть! Мне-то мой проект казался совершенством, а вы с ходу столько недостатков в нем нашли. Вот что значит вовремя обратиться к знающему человеку! Мне проще представить танк в разрезе, а вам — в бою.

— Не перехвалите, Дмитрий Дмитриевич, а то нос задеру. Ничего серьезного в моих замечаниях нет, так, мелочи, их еще много вылезет, когда проект начнут реализовывать.

— Не такие уж и мелочи. Топливный бак надо опустить на днище, насос поставить, двигатель поднять, значит, трансмиссию перекомпоновывать придется… А что касается реализации, то я за этим к вам и приехал.

— Ко мне?

— Да, да, к вам. Помните, как однажды мы гусеничный трактор построили?

— Давно это было. А почему не хотите построить танк на заводе?

— Хочу, в Коломне есть все: станки, мастеровые, но завод загружен выполнением заказа по тракторам. Танк там никому не нужен, а вы будете кровно в нем заинтересованы. К тому же нужны будут броня, орудие и ваш, Сергей Николаевич, опыт. Все агрегаты завод вам поставит, вы только соберите.

— А деньги? Тут двенадцатью тысячами не отделаться, да и нынешний министр — не Редигер.

— Будут. К моему мнению в военном ведомстве прислушаются.

— Ладно, попробую вам поверить. В таком случае мне потребуется согласие Кондратьева и Ерофеев, он, кстати, до сих пор в нашей роте числится, а на завод откомандирован временно.

— Договорились, Сергей Николаевич! Через месяц ждите чертежи и Ерофеева.

Поручик и инженер ударили по рукам. Начиналась новая жизнь.

Ерофеев прибыл не в привычной серой шинели с унтерскими погонами, а в приличном черном пальто с меховым воротником и каракулевой шапке пирожком. Сергею потребовалось не меньше трех секунд, чтобы узнать старого друга в этом на вид средней руки купчике.

— Иваныч, я смотрю, ты совсем обуржуазился, скоро тебя раскулачивать можно будет! А ну-ка, руки покажи?

— И это вместо «здрасьте»! На, смотри, твое благородие, дракон царский!

Ерофеев сунул под нос Сергею свои мозолистые лапы, пропитанные машинным маслом. Ничуть не изменились.

— Вот теперь узнаю! Ну, здравствуй!

По давлению ручищ механика на свои ребра Сергей понял, что и сил у Иваныча не убавилось.

— А чего такой смурной? — заметив настроение Ерофеева, поинтересовался Сергей. — Или меня не рад видеть?

— Рад, командир, очень рад, я ж к тебе раньше, чем к своей Матрене, заявился… Тут дело в другом.

— Давай, рассказывай, — потребовал Сергей.

— Я по дороге на родину заскочил, отца и мать хотел хоть издалека молодыми увидеть.

— Увидел?

— Увидел. Обоих. Мать на сносях, в десятом году у меня сестренка должна родиться.

— Вот видишь, все по плану.

— Все, — криво усмехнулся Иваныч, — кроме одного — меня нет.

— Как нет? — ахнул Сергей. — Вот же ты стоишь!

— Это я здесь стою, а там меня нет. Нет — и все. И не было никогда. Они первенца ждут.

— Подожди, подожди. Ты в этом уверен? Может, там тебя к бабке в деревню отправили, вот ты себя и не увидел? — выдвинул версию Сергей.

— Какую, на хрен, деревню, лейтенант? Я и соседей поспрашивал, нет у них никаких детей. А ведь я в шестом году должен был родиться и уже по двору бегать.

— Да-а, дела… И что ты по этому поводу думаешь?

— Ничего, мое дело — гайки крутить. Кстати, ты какого года будешь?

— Двадцать шестого.

— Вот ты и думай, а мне уже поздно.

Интересные новости привез Иваныч из поездки на родину, было над чем подумать. С другой стороны, до двадцать шестого еще надо дожить, что тоже будет не так просто, а ближайшие задачи требовали немедленного решения. Сергей резко поменял тему:

— Чертежи привез?

— Привез. Куда они денутся?

— Тогда так, на сегодня — свободен. Иди к своей Матрене и налаживай отношения заново, если только в Коломне никого завести не успел.

Иваныч обиженно засопел, показывая, что столь грубого вторжения в свою личную жизнь терпеть не намерен. Сергей эмоций механика не заметил и продолжил:

— Оставляешь там свое пальтецо с каракулевым «пирожком», завтра в девять ноль-ноль на разводе, как штык, при полной форме и со всеми чертежами. Прежде чем гайки крутить, будем все-таки думать, как это лучше сделать.

— Разреши идти, твое благородие?

— Да иди уже, клоун! Тебе бы, Иваныч, в цирке выступать.

В дверях Ерофеев обернулся:

— А то пошли вместе, отметим мое возвращение? У Матрены баб знакомых много, и тебе кого-нибудь посимпатичнее подыщем. Или ты уже здесь себе кого-нибудь нашел?

— Иди один, я к семи буду. Только чтобы никаких подружек.

— Ну как знаешь.

Ерофеев ушел к Матрене. Своим предложением механик невольно наступил на больную мозоль. Нет, не то чтобы Сергей влюбился, отнюдь нет, просто уже два месяца она приходила к нему по ночам. Во сне. А дело было так. Братья-подпоручики затащили Сергея в благородное собрание на какой-то благотворительный бал. Отдав червонец, он подпер колонну, возле которой под самодеятельный оркестр танцевали то ли польку, то ли мазурку — в танцах поручик абсолютно не разбирался и сам танцевать не научился. В седле сидеть кое-как мог. И пару раз шашкой махнуть. А вот вилки за столом путал и танцевать не умел совершенно.

И тут он увидел ее. Невысокого роста, тоненькая, коса до пояса. Она легко и изящно кружилась с подпоручиком Поляковым. Даже такой дилетант, как Сергей, понял, что партнер ей в подметки не годится, видно, девушка танцевать умела и любила.

Оркестр умолк, в танцах наступила пауза. Подпоручик, оттопырив локоть, хотел было партнершу куда-то увести, но пару окружила не менее чем полудюжина молодых людей, и Сергей потерял девушку из вида. Следующий танец она танцевала с каким-то горнозаводским чиновником. Высокий, худой, в черном с серебром мундире, он был на голову выше своей партнерши, но двигался хорошо, куда там Полякову, чувствовалась школа.