Дневники вампира: Возвращение. Тьма наступает - Лиза Джейн Смит

– Мы подтвердим. Мы поручимся за него… – Бонни неожиданно осеклась. – Нет; они скажут, что это случилось после того, как он уехал. И все равно – это же все неправда. – Она снова стала мерить шагами комнату. – Я видела одного из этих жуков совсем близко, и он был в точности такой же, как рассказывал Мэтт…

– А что от него осталось? Ничего. Кроме того, они скажут, что ты подтвердишь что угодно, лишь бы его выгородить.

Бонни больше не могла бессмысленно расхаживать по комнате. Надо бежать к Мэтту и предупредить его – если они вообще сумеют найти его или Елену.

– Я думала, это ты не хочешь ждать ни минуты, и намерена мчаться их искать, – укоризненно сказала она Мередит.

– Да, я так и собиралась. Но мне надо было кое-что проверить – и, кроме того, хотелось еще раз попробовать прочесть эту страницу, которую могут прочитать только вампиры. Сайт «Ши-но-Ши». Но я делала с настройками экрана все, что только могло прийти в голову. В общем, если тут что-то и есть, мне этого не прочитать.

– Значит, не надо больше тратить на это время, – сказала миссис Флауэрс. – Надевай куртку, милая. На чем мы едем – на Желтом экипаже?

На секунду в воображении Бонни мелькнула безумная картина: гужевая повозка, что-то вроде кареты Золушки, только не в форме тыквы. Но потом она вспомнила, что видела принадлежащую миссис Флаурс модель Т – желтого цвета – стоящую в здании, которое, скорее всего, было старыми конюшнями при общежитии.

– Когда мы шли пешком, результат оказался лучше, чем на машине – что у нас, что у Мэтта, – сказала Мередит, напоследок яростно щелкнув какой-то переключатель на мониторе. – Мы мобильнее, чем… господи боже! Получилось!

– Что получилось?

– Веб-сайт. Сама посмотри.

Бонни и миссис Флауэрс подошли к компьютеру. На светло-зеленом экране были тонкие, едва заметные темно-зеленые буквы.

– Но как ты это сделала? – требовательно спросила Бонни, наклонившись, чтобы взять со стола блокнот и ручку и переписать то, что они увидели.

– Сама не знаю. Просто покрутила последний раз цветовые настройки. Я уже пробовала жать на кнопки режима энергосбережения, низкий уровень заряда, пробовала менять настройки разрешения и контрастности – и все это во всех возможных комбинациях.

Они впились взглядом в экран.

Надоел лазурит?

Мечтаешь об отпуске на Гавайях?

Тошнит от жидкой диеты?

Загляни к нам в Ши-но-Ши

Ниже было небольшое рекламное объявление о месте под названием «смерть смерти», где вампиры могут избавиться от своего проклятия и снова стать людьми. И был адрес. Там была только улица – непонятно в каком штате, не говоря уж о городе. Но в любом случае это был ключ.

– Стефан не называл никаких адресов, – сказала Бонни.

– Может, просто не хотел пугать Елену, – мрачно сказала Мередит. – А может быть, когда он смотрел эту страницу, адреса еще не было.

Бонни поежилась.

– «Ши-но-Ши». Мне от одного названия не по себе. И не смейся надо мной, – сердито добавила она, обращаясь к Мередит. – Не забывай, что написал Стефан: надо доверять моей интуиции.

– Никто не смеется, Бонни. Нам нужно найти Елену и Мэтта. Что об этом говорит твоя интуиция?

– Она говорит, что мы вляпаемся в крупные неприятности, а Мэтт с Еленой в них уже вляпались.

– Забавно, потому что мое благоразумие говорит то же самое.

– Готовы? – Миссис Флауэрс раздала фонарики.

Мередит включила свой и убедилась, что у него сильный яркий свет.

– Поехали, – сказала она, машинально выключая лампу Стефана.

Бонни и миссис Флауэрс прошли за ней вниз по лестнице, вышли из дома и оказались на дороге, по которой они не так давно мчались сломя голову. У Бонни бешено колотилось сердце, а слух настроился на то, чтобы уловить самый слабый звук «уип-уип». Но в Старом лесу было абсолютно темно – если не считать света фонариков – и царила зловещая тишина. Даже пение птиц не нарушало тишину безлунной ночи.

Они зашли в лес и через минуту исчезли в нем.

Мэтт очнулся. Он лежал на боку и в первую секунду не мог понять, где находится. Под открытым небом. На земле. Что это – пикник? Поход? Он уснул?

Он пошевелился, по его телу огненным фонтаном разлилась боль, и он вспомнил все.

«Этот подонок мучил Елену», – подумал он.

Мучил Елену.

Тут что-то не сходится. Дамон никогда так не сделал бы. Что такого могла сказать ему Елена под конец, что он так разозлился?

Эта мысль не давала ему покоя, но у него не было ответа – как и в случае с письмом Стефана в дневнике Елены.

Потом Мэтт выяснил, что может двигаться, хотя и очень медленно. Он оглянулся, осторожно поворачивая голову, пока не увидел Елену. Она лежала неподалеку от него, как сломанная кукла. Мэтту было больно и отчаянно хотелось пить. С ней, видимо, происходит то же самое. Первым делом надо отвезти ее в больницу: мышечные сокращения, вызванные такой сильной болью, могут сломать руку или даже ногу. И уж по крайней мере вызвать растяжение или вывих. Не говоря уж о том, что Дамон растянул ей запястье.

Это говорила практичная часть его сознания. Но вопрос, который не выходил у него из головы, заставлял его чувствовать полное недоумение.

Он сделал Елене больно? Так же больно, как мне? Я не верю. Да, он больной, он псих, но я никогда не слышал, чтобы он делал больно девушкам. И уж тем более – Елене. Никогда. А что касается меня… если он сделает со мной то же, что сделал со Стефаном, он убьет меня. Я не вампир с их неуязвимостью.

Я должен вытащить отсюда Елену до того, как он меня убьет. Я не могу оставлять ее с ним.

Шестое чувство подсказывало ему, что Дамон по-прежнему где-то рядом. Он не ошибся: послышался шум, Мэтт резко повернул голову, и прямо перед ним оказался размытый и подрагивающий черный ботинок. Размытым и дрожащим он был из-за того, что Мэтт повернулся слишком быстро, но с той же стремительностью, с какой он повернулся, его лицо вжалось в землю и сосновые иглы.

Из-за ботинка. Ботинок давил ему на шею, глубже впечатывая его лицо в грязь. Мэтт яростно зарычал и обеими руками схватил ногу выше ботинка, стараясь найти точку опоры и отшвырнуть Дамона. Но хотя он и смог уцепиться за гладкую кожу ботика, подвинуть ее в каком-либо направлении оказалось невозможно. Казалось, будто вампир в ботинке обладал умением становиться железным. Мэтт чувствовал, как выступают у него на шее сухожилия, как наливается кровью лицо, и напрягаются мускулы под рубашкой, пока он отчаянно пытается сдвинуть Дамона с места. Наконец, обессиленный, с тяжело вздымающейся грудью, он замер.

И в тот же самый миг ботинок поднялся. Именно тогда – сообразил Мэтт – когда он слишком вымотался, чтобы поднять голову. Он сделал нечеловеческое усилие и все-таки приподнял ее на несколько дюймов.