Дилвиш Проклятый - Роджер Желязны

— Нет, не его. Возможно, это сделал Джеллерак. Не могусказать. Я не понимаю сути Заклинания. Я просто чувствую его присутствие. Онопришло из глубокой старины и каким-то образом связывает это место.

— Каким же образом это поможет нам, если ты не знаешь,как оно действует?

— Понимание его сути не имеет значения. Что вы станетеделать, если цепи спадут с вас сию минуту?

— Пойдем домой, — ответил Вейн.

— Выйдете за ворота? Будете добираться пешком? А выпредставляете, сколько стражей, рабов, зомби и демонов населяют это место. Нодаже если вам посчастливится миновать их, как вы думаете пересечь Очарованнуюземлю?

— Однажды я это уже сделал, — сказал Вейн.

— Сейчас ты ослаб.

— Это правда. Извини меня. Продолжай. Каким образом нампоможет Большое Заклинание?

— Заклинание не поможет. Но его отсутствие можетоказаться полезным.

— Снять заклинание, в котором ты не уверен — то самое,которое поддерживает состояние этого места? — спросил Деркон.

— Именно так.

— Но в случае удачи мы также можем погибнуть.

— А может и нет. Очевидно одно: если мы будембездействовать, то пропадем наверняка.

— Что же нам предпринять? — спросил Хогсон. —Как мы можем снять заклинание, не зная его природы?

— Простым заклинанием мощной направленности. Если мы доберемсядо галереи и объединим наши усилия…

— А что конкретно мы направим против Большогозаклинания? — спросил Хогсон.

— Мы используем единственный мощный поток энергии,который нам доступен здесь — Силу самого Туалуа.

— Предположим, нам это удалось, — сказалДеркон, — и Большое заклинание исчезнет, каким может быть конечныйрезультат?

— По старому учению это место зовется Бессмертнымзамком, — сказал Лорман. — Никому не дано знать, когда он возник икаков его возраст. Я подозреваю, что он являет собой форму постоянногозаклинания. Если его снять, то место может рассыпаться на куски, возможно дажепревратится в прах.

— А как это отразится на нас? — спросил Гальт.

— Замок, из которого нам нужно бежать, прекратит своесуществование — останутся только обломки и хаос. Туалуа заполнит энергетическиепробелы наших усилий, так как именно его Сила будет направлена против Большогозаклинания. В результате он может оказаться настолько ослабленным, чтопрекратит выделение энергетических волн. Баланс Очарованной земли будетстабилизирован, и наши чары вновь станут действенны. Мы покинем это место,будучи способными принять любой вызов.

— А если все произойдет наоборот, — вновьусомнился Хогсон, — и вместо того, чтобы парализовать Силу Туалуа, мывысвободим все его безумие? Вдруг он начнет крушить все вокруг?

Лорман пожал плечами, едва заметная улыбка тронула его губы:

— В мире станет на шесть чародеев меньше, — сказалон спокойно. — Конечно мы рискуем. Но подумайте об альтернативном исходе.

— Ты говоришь об одной альтернативе, — заметилДеркон, — но могут быть варианты.

— Если ты придумал что-то лучшее, не сочти за трудпоставить меня в известность.

— Что касается освобождения, у меня нет лучшегоплана, — признался Деркон. — Но представим, что все вышло по-нашему —мы выжили, и Туалуа обессилен — я не вижу, почему мы должны бежать в этомслучае. Ведь сложилась бы завидная ситуация — полдюжины чародеев, объединившиесвои усилия, и Старый бог, поверженный у их ног. Было бы глупо не завладеть егоСилой, что мы намеревались сделать. В такой ситуации наши шансы на успехдостаточно высоки.

Лорман задумчиво молчал, покусывая свой ус. Затем он сказал:

— Я уже думал об этом раньше, и у меня нет убедительныхаргументов против. И все-таки меня не покидает предчувствие, очень сильноепредчувствие, что нам лучше убраться отсюда как можно дальше и как можнобыстрее. Я не могу предсказать, какого рода опасность грозит нам, если мыостанемся, но знаю наверняка, что это большая опасность.

— Но ты сам признаешь, что это только предчувствие…

— Очень сильное предчувствие.

Деркон оглядел других узников.

— А что вы думаете по этому поводу? Если удачаулыбнется нам, попытаемся взять приз или уберемся отсюда?

Одил облизнул пересохшие губы.

— Если попытка окажется неудачной, — рассудил он, —мы все умрем или того хуже.

— Это так, — подтвердил Деркон, — но мы неодин раз смотрели в лицо этому факту, когда решали отправиться в путь — ивсе-таки мы здесь. И я по-прежнему считаю, что наше положение будет надежнее,если мы объединим усилия.

— До недавнего времени я не осознавал в полной мересилу могущества Туалуа, — признался Одил.

— Тем больше награда за успех.

— Это так…

Он взглянул на Вейна.

— Дело стоит свеч, — ответил тот.

Гальт кивнул ему в знак согласия.

— Твое мнение, Хогсон?

Хогсон быстро посмотрел на каждого из них, как будто толькосейчас осознал всю ответственность своего решения. Из всех присутствующих одинДеркон являлся признанным последователем самых темных фаз Знания. Когда-тоЛорман был равен ему, но с возрастом он несколько сдал. Остальные ничем неблистали и составляли основную массу чародеев-практиков. И только он, Хогсон,был известным представителем белой магии.

— Твой план может оказаться удачным, — обратилсяон к Деркону. — Представим, что мы победили. На этом наши пути разойдутся.У нас разное направление мыслей и разные планы относительно цели использованияСилы. Значит следующим этапом будет борьба между нами.

Деркон улыбнулся.

— В обычных ситуациях между нами могли бы возникнутьконфликты, — сказал он примирительно, — но при сложившихсяобстоятельствах мы должны прийти к какому-то общему соглашению, прежде чемчто-то предпринимать.

— Но рано или поздно мы неизбежно на чем-то разойдемся.

— Такова жизнь, — философски заметил Деркон ипожал плечами. — Мы уладим разногласия, если они возникнут между нами.

— А это означает, что если мы получаем власть надСилой, то только один из нас получит реальную возможность воспользоваться ею.