Пустота - Джек Хорн

Я быстро решила скрыть свои чувства. Но вдруг меня осенило: неужели Эмили единственный раз сделала нечто полезное для нас с Мэйзи? Она сымитировала собственную смерть и оставила нас с Мэйзи на попечении Айрис. Моя тетя не была идеальной матерью, но я знала, что меня любят. Если бы нас растила Эмили, я бы, наверное, была эгоистичным чудовищем.

Фритьоф явно не собирался давать мне время на долгие рассуждения.

– Нет, я так не думаю, – ответила я.

Он поджал губы.

– Эмили выудила информацию об истинном происхождении твоего мужа. Она держала в рукаве главный козырь и могла разрушить всю твою жизнь, просто сказав правду Питеру. И спрашивается, почему она молчала?

Эмили пообещала мне, что сохранит тайну о договоре с фейри и унесет ее с собой в могилу. Так и получилось. Хотя этот поступок ее не обелил: Эмили продолжала творить козни и мучила своих близких. Может, она решила приберечь историю про Питера для финала, но не успела?

– Не знаю, – выдавила я.

Мне хотелось верить, что таким образом проявились глубоко скрытые остатки ее честности. Возможно, какая-то часть ее души любила меня. Но я понимала, что сейчас Фритьоф растопчет и эту крошечную надежду.

– Ты в курсе, что твоим отцом был Эрик, – изрек Фритьоф.

Воцарилась тишина.

Я промолчала и холодно посмотрела на него. Я подозревала, что наш эксперимент по установлению дружеских отношений закончился.

– В ходе расследования выяснилось, твои родители посвятили жизнь уничтожению грани. Вероятно, отречение Эрика от семьи являлось весьма убедительно сыгранной уловкой.

Фритьоф смежил веки.

– Пожалуй, тебе известно, что в пророчестве упомянуто о браке двух ведьмовских кланов и смешении кровей.

Конечно, мрачно подумала я. Пусть он выложит карты, прежде чем я на что-то соглашусь.

– Пророчество гласило, что союз рода Веберов и Тейлоров породит ребенка, который вырастет и будет способен разрушить грань, – сурово начал Фритьоф. – Мы никогда не принимали эти слова всерьез, поскольку есть множество пророчеств насчет других комбинаций, относительно самых разных семейств. А якоря вообще считали, что до наших дней дошло обычное искаженное предание, и не обращали на него внимания. Вот почему твоей тетке Эллен разрешили стать женой Эрика.

– Зачем тогда мы лезем в это выдуманное старье?

– Потому, что мы опасаемся, что твоя мать достигла успеха.

– Как? – спросила я. – Она же мертва, а мы устроили чаепитие на свежем воздухе!

Отсутствие зрачков и радужки не позволяло определить настроение Фритьофа. Он положил руки на стол и склонил голову к плечу.

– Эмили прятала от других свои намерения, но она жаждала добиться своей цели.

Фритьоф вздернул подбородок.

– Она могла вернуться в любое время, но ждала, когда ты забеременеешь.

У меня мурашки побежали по позвоночнику. Это было просто невероятно, и я даже боялась подумать о подобной возможности.

– Нет, – отчеканила я, вставая из-за стола.

Эммет, похоже, ничего не понял, но моментально вскочил и выпрямился во весь рост.

– Мерси, я не собираюсь с тобой играть или загонять тебя в западню. Но я ощущаю магию, которой ты пронизана насквозь. Эти чары сотворили твои родственники, чтобы сохранить жизнь твоего ребенка.

Я инстинктивно закрыла ладонями живот.

– Именно поэтому Эмили не говорила Питеру о его происхождении. Она уже сталкивалась с магией фейри, и ей было ясно, что если Питер потеряет связь с нашим измерением, его прежняя память сотрется напрочь, а ваш ребенок не родится, поскольку тоже покинет эту реальность.

Я попятилась и нечаянно упала в объятия Эммета. Он обхватил меня обеими руками, меня и Колина. Я была ошеломлена жестом Эммета и его готовностью оберегать меня и малыша.

– Плод, растущий в тебе… – сказал Фритьоф, встав и махнув рукой, отчего стол и стулья исчезли, – …это не ребенок, а Выродок.

– Ты ошибаешься.

– Мерси, – мягко вымолвил Фритьоф. – Разумеется, ужасно услышать такое…

– Заткнись!

– Тебе сказочно повезло, раз Питер вернулся в свой мир! Ты можешь спасти грань – и весь мир, просто отступившись.

Я обернулась к Эммету. Его красивое лицо исказилось от гнева.

– А сейчас мне действительно пора, – процедила я.

Скорей бы телепортироваться домой!

– Неужели ты не видишь, как он тебя любит?

Вопрос застал меня врасплох.

– Могу сказать, что и ты любишь Эммета. Не медли, Мерси! У тебя есть шанс. Забудь Питера и существо, которое укоренилось в твоей утробе. Пусть оно исчезнет.

– Я никогда не забуду своего ребенка, – произнесла я. – Никогда. Оставь нас в покое.

– Твой голем плодовит. У вас будут другие дети, у тебя и твоего здоровяка. Прекрасные дети. Много, Мерси. Зачем тебе Выродок?

– Нет, – опередил меня Эммет. – Если Мерси позволит мне, я стану отцом ее детей, но он…

Его широкая ладонь легла поверх моей.

– …будет нашим первенцем. Мы не откажемся от него.

– Увы, тогда у нас нет другого выхода, кроме как обуздать тебя, Мерси, – сказал Фритьоф. – Говорю в последний раз, Мерси Тейлор, – отпусти своего Выродка. Ты ни о чем не пожалеешь.

– Вы, якоря, свихнулись! Неужели вы думаете, что невинный ребенок способен погубить Землю?

Фритьоф моргнул, и на миг в его глазах появился намек на сострадание.

– Извини, но у нас иное мнение на этот счет. Заклинание Бабалона. Его цель – привнести нечеловеческий дух в бренную плоть. Эмили сумела обойти защитный барьер грани и вернула в наш мир одного из Древних. Плод, который ты носишь в себе, – не ребенок, а воплощение силы, которая уничтожит планету.

Он понурился, будто уже не мог глядеть на муки, которым меня подвергает.

– Наши товарищи-якоря ждут моего сигнала. Когда я начну ритуал обуздания, остальные сразу же ко мне присоединятся. Мы решили это единогласно. Затем ты превратишься в овощ… и потеряешь способность защищать твоего еще нерожденного монстра. Он никогда света белого не увидит.

– Нет! Он не демон! Я не позволю вам причинить ему вред.

Я выставила руки перед собой. Я хотела ударить в ведьмака всей своей магией, которая накопилась внутри меня. Мою силу питали ярость и отчаяние, и на моих пальцах затанцевали обсидиановые искорки. Под ногами зарокотало, земля задрожала и потрескалась, а Скрижали закачались.

Фритьоф отшатнулся, но, похоже, совсем меня не испугался. Он тоже выставил руки.

– Мерси, мне искренне жаль…

Я приготовилась услышать голоса якорей, приговаривающие меня к смерти заживо. Зажмурилась и прижалась к Эммету.