Игра не на жизнь. Проходная пешка - Наталия Курсанина

Мальчишка спал, подложив под голову ладошку. Такой спокойный, такой беззащитный — ребенок, он и в Африке ребенок. Но тут от него уже потребовали решать взрослые вопросы, и боюсь, что в это рождение у Изначального будет намного больше работы, чем раньше. Дали бы ему хотя бы год или два, чтобы освоиться, понять, что да как — нет, надо было прямо с ходу и прямо мордой в дерьмо! Вот она, жизнь! Даже боги не могут этого избежать.

— Тауэр, — я тихо, чтобы не разбудить ребенка, подсела к альдару, — ты как?

— Нормально, — хрипота не прошла, а еще больше стала заметна оттого, что Высший говорил шепотом.

— А голос твой?

Тауэр немного помолчал, наверно, обдумывая, стоит ли мне говорить, но, решив, что мне можно довериться, заговорил:

— Моя магия в голосе. Очень чувствительные связки. Мне нельзя было кричать…

И замолк.

— И что, ты теперь не можешь пользоваться своей магией?

— Магией могу… но я сорвал обычный голос.

— Может, это и лучше, — попыталась я успокоить Тауэра, — теперь ты можешь говорить со всеми и не бояться, что заворожишь их своим голосом.

— Может… — согласился он, — ты и права. Но теперь уже все равно.

Я поняла, что потеря своего уникального и прекрасного голоса для Тауэра, как бы он ни крепился и ни соглашался со мной, является настоящей трагедией. Даже когда он был среди людей, он молчал не из-за того, что боялся их очаровать, а из-за того, что на всякое быдло алмазы не тратят. И только Рандиру и иногда, впоследствии, мне дозволялось слышать редкий по красоте и тембру голос альдара.

Можно ли найти слова утешения для соловья, внезапно ставшего вороной? Я поняла, что нельзя — нет таких слов. Все, что я могла — это просто обнять Тауэра и прижать его голову к своей груди. Сначала он сидел, закаменев, но потом расслабился и даже прижался посильнее. Я гладила его пушистые светло-каштановые волосы, в которых взблескивали золотистые пряди.

Так мы сидели недолго. Тауэр встал, поцеловал мне руку и, ничего не говоря, ушел в лес. Одиноко и молча. Как всегда. А я-то думала, что сумела хоть чуть-чуть облегчить его страдание…

~~~

Он пришел под утро. Сказать, что я выспалась — так, прикорнула на пару часиков, а Тауэр, похоже, вообще не спал. Но он умудрялся выглядеть бодрее, чем я.

— Как ты себя чувствуешь? — Это уже камень в мой огород.

— Будем считать, что я отдохнула. Выкупалась я еще вчера, мази помогли, так что готова прямо в бой и прямо сейчас!

Тауэр дернул уголками губ, то ли не поверив, то ли усмехнувшись над моими жалкими потугами выглядеть жизнерадостно.

— Ты уйдешь сегодня… — Тауэр не просил, а приказывал, и я не решилась его перебить, — обратно в замок. Скоро тут будет много крови, и ты тут будешь в опасности. Я не смогу разорваться между тобой и Изначальным…

Да понимаю я, понимаю! Вопреки своим словам о невмешательстве у него не было возможности остаться в стороне. Теперешнее Обновление заденет всех и каждого. И каждый альдар вне зависимости от рода-племени должен будет сделать свой выбор. А выбор — это не всегда мирно. Первая гражданская война у альдаров. Хочу ли я в ней участвовать? Я решила, что не хочу! Я не супер-пупер-воин, не политик и не великий стратег — все, что я умею, это влипать в неприятности в самый неудачный момент. Однозначно — без меня Тауэру будет легче справиться с ситуацией.

— Тауэр, я хочу найти Рандира.

Он покачал головой:

— Нет.

— Ну почему?

— Рандир у ордынцев.

— В плену? — ужаснулась я.

— Да… и нет.

— Ты можешь объяснить твое «да и нет»?

— Нет.

Бл…! Это уже слишком! От сдержанности Тауэра у кого хочешь мозги расплавятся!

— «Да» — это в плену, а «нет» — это?..

Я недоверчиво прищурилась, пытаясь прочесть по альдарской каменной физиономии хоть какую-нибудь подсказку.

— Он с Его Высочеством.

— С Тишином, что ли?

— Да.

— То есть он при Тишине, а это пленом не считается?

— Тишин в плену. Если Рандир уйдет — принца убьют.

— То есть Рандир заложник?

— Он при Его Высочестве.

— Тауэр, я когда-нибудь тебя сама прибью! Столько лет среди людей жил, а говорить по-людски не научился! Ты хочешь сказать, что Тишин не ушел с бароном добровольно? А Рандир заложник жизни при принце? А этот гребаный барон где?

— Он у ордынцев.

— А на остальные вопросы?

— Да.

— Что «да»?

— На остальные вопросы.

— Застрелиться! — Мой вопль отражал именно то, что хотелось сделать больше всего после разговора с Тауэром. И как Рандир его понимает? Я, например, ничего не поняла!

~~~

В обратный путь Лэйдэрин выделил мне двух сопровождающих из числа тех, кто поддержал Обновление. Других альдар дать побоялся, серьезно опасаясь, что меня прирежут где-то под кустиком чисто из «добрых» побуждений — чтобы в следующий раз не хамила жрецам.

От Тауэра я все-таки добилась более-менее внятной картины происходившего в мое отсутствие. Рандир и тахл-элар разделились после выхода из замка. Тауэр ушел к скайль-т-тэйлям, чтобы обеспечить мою встречу, а потом к своим, чтобы обеспечить встречу скайлей. В этом плане у него все вышло просто идеально — никто ничего не заподозрил, и встретили меня всего лишь на сутки позднее оговоренного времени. Подумаешь — сутки в каменном мешке без света, пищи и в стрессовом состоянии! Ну, не сошла с ума, и ладно — нечего и вспоминать!

А вот Рандир добрался до лагеря ордынцев хорошо. Незаметно. И даже сутки провел среди них. Пришлось, правда, обрезать чудесную (с моей точки зрения) гриву волос. Но для мужчины волосы никогда не были главным украшением, вопрос в другом — узнаю ли я теперь порученца бритым налысо и с оселедцем? А если узнаю, то сильно или нет я буду ржать? Что-то мне подсказывает, что сильно.

На вторые сутки Рандир сумел устроить побег Тишина. Вернее, попытку побега. Вот тут и отличился барон (будь он неладен!), который в последний момент опознал Рандира и организовал погоню. Тишина и Рандира схватили. Порученца уже собирались вздернуть на кол, как мое «жизнь Рандиру» в буквальном смысле в последний момент спасло ему жизнь. Еще бы пару секунд, и кол вошел бы в его тело. Но именно в этот миг гетман остановил казнь. Значит, я все-таки умею чувствовать — не зная ничего из происходящего, я каким-то шестым или десятым чувством поняла, что надо было просить у Изначального. И попросила. В тот самый момент.

А вот дальше я не поняла. Мое умение задавать наводящие вопросы можно было только сопоставить с умением Тауэра односложно на них отвечать. В результате удалось выяснить, что и Рандир, и Тишин в данный момент живы-здоровы, пытать их никто не собирается, но и отпускать тоже. Планов ордынцев в отношении обоих Тауэр не знал, а если и знал, то мне не сказал. Из всего остального можно было заключить только то, что ордынцы почему-то прекратили штурм замка и в данное время там довольно безопасно. «Почему» и «надолго ли» — два вопроса, которые вообще остались без ответов.