Игра не на жизнь. Проходная пешка - Наталия Курсанина

На границе с тахл-эларовскими землями нас уже ждали. И еще как ждали! Целая делегация во главе со жрецами. Тауэр оглянулся и посмотрел на Лэйдэрина. Где-то я этот взгляд уже видела… А! Так посмотрел Рандир, когда Тауэр привел нас в замок барона. Очень знакомый взгляд! Лэйдэрин даже отворачиваться не стал:

— Ты должен своему Роду!

— Я сам выбираю, кому и что я должен! — зло бросил Тауэр и повернулся, чтобы уйти, но тут он скосил глаза на меня и остановился.

«У тебя за спиной. Только медленно!»

Я тоже скосила глаза. С боков стояли тахл-элары и держали меня в прицеле своих луков. Меня! Не Тауэра! Тот хоть мог попытаться опередить, а я? Едва отошедшая от прогулки подземельем, вымотанная обрядом и долгой ходьбой, с раненой ногой — куда я, блин, дернусь?!

Жрецы окружили нас кольцом. Эльфы как эльфы, только рожи постные, будто я у них последний кусок хлеба забрала. В серо-зеленых накидках, больше смахивающих на пончо с капюшонами, и одинаковым брезгливым выражением глаз.

— Мы просим вас, Высший, продолжить путь вместе с нами.

Просят они! А как же! Столько яда я не слышала со времен общения с бароном, а уж как тот умел цедить через губу! У этих, правда, опыта побольше. Живут, гады, дольше.

Долгий, чуть прищуренный взгляд на меня.

«Тауэр, беги».

«Нет».

«Мне они ничего не сделают!»

«Нет».

Это «нет» меня уже достало! Я крутнулась, сбила рукой прицел одного альдара и тут же — подсечку другому. Мужик рухнул под ноги товарищу, не давая ему снова натянуть лук.

«Беги».

Поворот и перехват тянущейся ко мне руки. Легкое нажатие в основание большого пальца, и толчок под локоть — на колени, милый, и без фокусов! А вот того, кто навалился на плечи, ждало такое же разочарование — я отставила назад и вбок ногу, плавно перетекла и позволила нападавшему навалиться всей тяжестью на дальнее плечо. Теперь чуть-чуть потянем за руку и сместим центр тяжести — альдар с хриплым возгласом упал на стоящего на коленях. Маленькая такая кучка! Ну, кто следующий?!

А следующих не было. С обоих боков от меня стояли и заслоняли своими спинами Тауэр и Исилинэн, а в грудь им целилось десятка три тахл-эларов. Своих же! Суки!

«Тауэр? Что делать?»

«У нас нет выбора. Мы идем с ними».

«Тауэр, что происходит? Я не понимаю!»

«Им нужен я. Как маг».

«Но твоя же магия…»

Он ничего не ответил, только взял меня за плечо и легко нажал. Будем думать, что это он меня так успокоил и ободрил.

«Ничего больше не делай. Дальше я сам».

Ага, это же твои соплеменники — тебе и карты в руки. Только хотелось бы, чтобы в этой колоде была и парочка тузов. Для тебя и Рандира.

~~~

— Женщина, иди со мной! — Высокий жрец даже не обернулся, чтобы посмотреть, следую ли я его приказу или нет.

«Иди».

«А ты?»

И опять ни ответа, ни объяснения.

«Я не пойду!»

«Иди… не бойся. Он тебя отведет отдохнуть».

«А ты?»

«Иди!» — с нажимом.

Ладно, пойдем. Хотя не хочется оставлять тебя одного среди этих жрецов. Страх как не хочется. Сердце болит, когда я подумаю, что нам надо разлучиться. Как бы чего не случилось, пока меня нет рядом!

Уходя, я обернулась. Жрецы окружили Тауэра и повели его в противоположную моей сторону в искусно сплетенный ветвями деревьев проход. А мне ничего не оставалось, как последовать за своим ведущим, рассматривая по пути причудливо изогнутые деревья и вписанные под их своды небольшие башенки и беседки. Такое впечатление, что рукотворные жилища создавались с учетом роста деревьев, и было тяжело рассмотреть, где кончается крыша и начинается крона.

Небольшие ручейки пересекали мостики с ограждениями из живых корней и веток, склоняющихся к воде. Цветы и травы огородили дорожки от одного дома к другому. Сами домики имели форму шалашей с резными стенами, густо оплетенными вьющимися кустарниками. Но ни в одном домике я не увидела окон. Никаких.

Жрец подвел меня к очередному изящному мостику и посторонился, пропуская. На той стороне меня ждала, ласково улыбаясь, женщина. Она махнула рукой, приглашая к себе, и чуть склонилась. Я перешла через мостик. Жрец не последовал за мной, а, поклонившись женщине, развернулся и ушел. Вот и славненько — его вытянутая рожа меня успела поднапрячь.

Женщина проводила меня в один из таких домиков-шатров. Внутри он был выложен белым и светло-коричневым камнем. Резные стены тоже оказались из камня, а сквозь прорезанный орнамент тугими лучиками пробивался свет. И отражался на водной глади бассейна. Эльфийка показала мне, что я должна раздеться и войти в воду. Первая ванна с того момента, как я вышла из дома — кайф! Вода оказалась чуть горячее, чем я люблю, но не кипяток — и хорошо! Я расслабилась и позволила себе ни о чем не думать. Принятие ванны — это целый обряд, и если не расслабить тело и душу, то пользы от ванны никакой.

Сколько я так пролежала, я не считала. Вода смыла усталость и боль от ран, напряжение последнего месяца и волнения — иногда надо позволять себе отпустить свои страхи на волю. Женщина сидела на коленях рядом с бассейном и, когда увидела, что я открыла глаза, протянула мне кусочек дерева. Я с осторожностью взяла, не зная, что мне с ним делать. Эльфийка показала руками, что я должна водить деревяшкой по телу и волосам. Первые же недоверчивые движения вместо ожидаемой шершавости наградили меня густой пеной. Мыльное дерево! Примем к сведению. Женщина помогла мне намылить и промыть порядком отросшую шевелюру. Не думала, что у меня волосы уже ниже лопаток, а непослушная челка пытается достать до кончика носа. Я показала эльфийке движение, будто хочу пальцами обрезать челку, и она подала мне ножницы. Без зеркала. Пробовали вы когда-нибудь подстригать челку без зеркала? В общем, что получилось — то получилось. На глаза не лезет, и славненько!

После купания эльфийка меня умастила какой-то мазью, сразу снявшей воспаления и боль, одела в мягкие шелковые штаны и рубашку неопределенно-бежевого цвета с многочисленными пуговичками и завязочками. Я с тоской посмотрела на мои видавшие виды порванные черные штаны, заляпанные и грязные до такой степени, что даже притрагиваться страшно, и вытащила из-под груды одежды оружейный пояс. Если не отобрали сразу, то можно надеяться, что он так со мной и останется. Хотя грубые клинки в сочетании с воздушным одеянием смотрелись… неправильно, что ли?

Вот так, бренча на фиг никому не нужным железом, я прошла в другую беседку, где был готов обед. Тоненькие кусочки всевозможных цветов и консистенций, украшенные листочками, в которых смутно угадывались петрушка и укроп. Даже масло они умудрились свернуть прозрачными колечками и выложить наподобие цветка на тарелке. Нарушать этот цветочно-воздушный натюрморт своими грязными лапами было боязно. Эльфийка протянула мне две палочки, как в Китае — а я-то думала, где ножи и вилки! — и первая взяла розовую пластинку. Оказалось — мясо. Очень вкусное. Больше рефлексировать по поводу нарушения красочно оформленного стола я не стала. Еда — она и в Африке еда.