Запретный плод - Лорел Гамильтон

В церковь я вернулась в восемь сорок пять того же дня. Небостало густо-синее. Розовые облака тянулись по нему сладкой ватой, которуюрастаскали ребятишки и оставили таять. Вот-вот наступит полная тьма. Гули ужевылезали и были готовы. Но вампирам оставалось еще несколько мгновений ждать.

Я стояла на ступенях церкви, любуясь закатом. Крови уже небыло. Белые ступени сияли, как новые, будто ничего и не было. Но я помнила. Ирешила – пусть я вспотею в июльскую жару, но тащила с собой целый арсенал.Ветровка прикрывала не только наплечную кобуру с девятимиллиметровым изапасными обоймами, но и нож на каждом предплечье. “Файрстар” я засунула вовнутреннюю кобуру, чтобы выхватить правой рукой накрест. Даже к лодыжке былпривязан нож.

Конечно, ничего из этого Малкольма не остановило бы. Он былодним из самых сильных мастеров вампиров города. После Николаос и Жан-Клода ябы поставила его третьим. В такой компании третий – это очень неплохо. Зачем жена него нарываться? Затем, что ничего другого я придумать не могла.

Я оставила письмо со своими подозрениями насчет церкви ивсего остального в банковском сейфе. У вас разве нет своего сейфа? Ронни о немзнала, и я оставила письмо на столе секретаря в “Аниматор инкорпорейтед”. Оно впонедельник утром отправится к Дольфу, если я его не отзову.

Одно покушение на мою жизнь – и я уже стала параноиком. Вытолько себе представьте.

Стоянка была заполнена. Люди шли небольшими группами вцерковь. Некоторые так и пришли пешком, без машин. Я посмотрела на нихвнимательно. Вампиры до наступления полной темноты? Нет, обыкновенные люди.

Я застегнула молнию ветровки до половины. Не надо отвлекатьлюдей от службы видом пистолетов.

У двери раздавала брошюры девица с каштановыми волосами,уложенными искусственным локоном поперек одного глаза. Очевидно, гид. Онаулыбнулась мне:

– Добро пожаловать. Вы у нас в первый раз?

Я улыбнулась в ответ так невинно, будто со мной и не былооружия, способного убрать половину конгрегации.

– У меня назначена встреча с Малкольмом.

Улыбка ее не переменилась. Разве что стала глубже, показавямочку сбоку от накрашенного рта. Почему-то я решила, будто она не знает, что яуже сегодня кого-то убила. Обычно люди, знающие такие вещи, так не улыбаются.

– Одну минутку, мне только надо поставить кого-нибудь удвери.

Она отошла в сторону и постучала по плечу какого-то молодогочеловека. Что-то ему шепнула и сунула брошюры ему в руки.

И вернулась ко мне, оглаживая руками свое бордовое платье.

– Пойдемте со мной?

Это был вопрос. Что она сделает, если я откажусь? Наверное,будет недоумевать. Молодой человек уже приветствовал пару, входившую в церковь.Мужчина в костюме, женщина в соответствующем платье, чулках и сандалиях. Онимогли бы быть посетителями моей церкви, любой церкви. Уходя за девушкой вследпо боковому пролету, я взглянула на пару, одетую в стиле постмодерн-панк иликак он теперь называется. Прическа у девицы была как у “Невесты Франкенштейна”– вся розовая и зеленая. Второй взгляд – и я уже не была так уверена. Розовая изеленая прическа могла принадлежать мужчине. Если так, то волосы его подругибыли настолько коротки, что напоминали жнивье.

Церковь Вечной Жизни привлекала самых разных последователей.Разнообразие. Они взывали к агностикам, атеистам, разочарованным последователямглавных религий и к тем, кто никак не мог решить, кто он. Церковь была почтиполна, но еще не было полной темноты. Вампиры только еще появятся. Я никогда невидала такой полной церкви, разве что на Рождество или на Пасху. Христианевыходного дня. Холодок пробежал по спине.

Такой наполненной церкви я не видала годами. Церковьвампиров. Может быть, убийца не был настоящей опасностью, а настоящая опасностьжила в этом здании.

Я потрясла головой и прошла за моей проводницей в дверь, изцеркви, мимо курилки, где подают кофе. Действительно, там был кофе на покрытыхбелой скатертью столах. И чаша красноватого пунша, чуть слишком зловещего,чтобы быть вообще пуншем.

– Кофе хотите? – спросила женщина.

– Нет, спасибо.

Она мило улыбнулась и открыла дверь с надписью “офис”. Тамникого не было.

– Малкольм появится, как только проснется. Если хотите,я могу подождать вместе с вами.

При этих словах она посмотрела на дверь.

– Нет, мне будет жаль, если вы пропустите службу. Явполне могу побыть одна.

Она снова просияла ямочками на щеках.

– Большое спасибо; я уверена, вам не придется долгождать.

С этими словами она ушла, и я осталась одна. В компаниисекретарского стола и кожаного еженедельника Церкви Вечной Жизни. Как хорошажизнь.