Русалий круг - Софи Авдюхина

– Да, мы живем в Дивноморье, оно спрятано под водой, – кивнула Майя.

– Под водой? – изумленно уставились на нее Полина и Маргарита. – Как это?

– Маленький остров, уходящий под воду. Попасть туда не так просто – незнающий человек просто потонет в море, если попытается к нам проникнуть. Остров охраняют морские дружинники Ирвинга – их тридцать.

– У нас же все совсем не так, – сказал Антон. – В Китеже есть всего два общих дома – один женский, другой мужской. Каждый дом стоит на высоких столбах.

– И мужчинам под страхом смерти нельзя проникать в женский дом, – улыбнулась Мила.

– И как? Уже много погибших? – отозвался Муромец.

– Нет, всего парочка.

Еще долго обсуждали Заречье, Дивноморье и Китеж, затем перешли на любимых наставников и в конце концов стали выяснять, чем отличались методы освоения различных Стихий.

Антон, опять начавший хвастаться высоким уровнем владения Огненной магией и приписавший себе, как все догадались, еще и парочку чужих подвигов, встал из-за стола.

– Ого, – вдруг воскликнул он, пошатнувшись, и тут же забыл, куда и зачем собирался пойти. – Вроде бы я почти не пил, но ходить тяжеловато.

– Мне кажется, в этом напитке ни капли алкоголя. У меня ясная голова. – возразил Митя.

– Они не знают! – еле сдерживая смех шепнула Маргарита Полине. – Я же говорила.

Сев на место, Антон с энтузиазмом принялся доказывать Водяной колдунье, что он бы с легкостью мог колдовать с ней:

– Но только сейчас я немного не в форме, но вот завтра… Кстати, покажи нам что-нибудь особенное!

Полина рассмеялась:

– Что-нибудь особенное – это что?

– Я хочу сказать… Водяная магия… она же странная…

– Я тебя не понимаю, – ответила Полина, теперь с легким волнением глядя в глаза Антону. Как назло за столом внезапно повисло молчание.

– Считают, что Водяные… ну, ты сама знаешь… Водяная магия похожа на колдовство Темных.

Все продолжали молчать, пока наконец не заговорил Митя:

– Водяная магия не похожа на колдовство Старообрядцев. Просто многие боятся Водяных, поэтому и пускают слухи. Водяная магия сложнее, чем та, к которой мы привыкли, но не опаснее. Водяные умеют маскировать одно заклинание под другое. Водяные считывают эмоции, настроение, и умеют влиять на это. Часто и про Воздушное колдовство говорят, что оно подходит лишь Старообрядцам. Но на деле, как мы знаем, большинство Темных магов – Огненные.

– Но она просто скромничает, – вдруг сказала Анисья. – Полина на самом деле может показать кое-что необычное.

– Что? – удивилась Полина.

– Ты умеешь материализовать предметы, ты же нам показывала.

– Правда? – встрепенулась Айсулу. – А я так давно этому учусь, но все никак не выходит.

– Зато я не умею делать щит, который защищает не только меня, но и других людей, – возразила Полина. – А вы, Огненные, умеете.

– Так ты покажешь материализацию?

– Попробую. Но мне подвластна лишь небольшая часть. Могу воспользоваться свойством предмета, когда самого предмета нет. – Полина оглядела стол, ища глазами подходящую вещь. Все следили за ней, и оттого ей стало ужасно неловко. Даже Сева выглядел заинтересованным, а из-за этого тем более все спокойствие куда-то улетучивалось. – Мне нужен нож.

– Я принесу, – ответил Митя и через полминуты, отметив некоторую слабость в ногах, принес из комнаты свой богато украшенный клинок.

Полина взяла его в руки, закрыла глаза и долго водила пальцами по холодной поверхности, пытаясь запомнить каждый изгиб. Затем вернула нож Муромцу, а сама, поглядев на недоеденный черничный пирог, провела над ним рукой, держа пальцы так, будто в них все еще зажат нож. Пирог тут же развалился на две ровные половинки.

– Молодчина! – воскликнул Митя.

– Просто здорово! – Мила с Айсулу захлопали.

– Ну, я же говорила, что она это умеет, – довольно отозвалась Анисья, как будто это была всецело ее заслуга.

Еще через некоторое время, когда за окнами опустилась ночь и только где-то вдали были слышны затухающие голоса огромной ярмарки, Митя принялся развлекать всех и рисовать шаржи. Медовуха то ли закончилась, то ли просто никому не хотелось идти за ней в соседнюю комнату, и ребята сначала опустошили корзину с пирогами, затем выпили и весь чай, который принес домовой. Мила положила голову Севе на плечо и сидела в такой позе весь последний час, действуя на нервы Анисье. Та то и дело посылала Заиграй-Овражкину многозначительный взгляд, словно говоря: «Почему бы тебе от нее не отодвинуться?» Но Сева оставался слеп к ее взглядам и одновременно глух к ее невысказанным просьбам. Его лицо снова приобрело нечитаемое выражение, и невозможно было определить, нравится ли ему Мила или он просто по доброте душевной позволяет ей лежать на своем плече.

– У меня действительно такие брови? – засмеялась Айсулу, получив в руки карикатуру. – Нет, серьезно?

– Похожа! – закричали Полина с Василисой, увидев рисунок. – Очень похожа! А нас, Митя? Нас нарисуй.

– Вас? – Муромец вдруг сконфузился и уставился на Василису. – Не знаю даже…

– Боится вас обидеть, – немного сонно отозвался Сева. – Знаете, как он однажды меня нарисовал? Он сделал мне такие свирепые глаза, как будто я какой-то злодей.

– Но у тебя правда злые глаза, – ответила Полина, почему-то тут же пожалев о сказанном.

– Ты считаешь?

– Видишь, Овражкин, не я один так думаю! – подхватил Митя.

– Нет, не то чтобы злые. – Полина пошла на попятную: ей показалось, что Севу задели ее слова. – Но ты иногда так смотришь… будто считаешь своего собеседника последним… тупицей.

– Да! Точнее и не скажешь!

– Серьезно? – Сева улыбнулся и выпрямился, из-за чего Миле пришлось оторвать от него свою голову. – Я никого не считаю тупицами. По крайнее мере вас – точно нет, – добавил он.

Водяная колдунья отвернулась. Интересно, под словом «вас» Сева имел в виду ее и Митю? Значит, он не считает ее дурочкой? Странно… трудно в это поверить.

– Полина однажды нарисовала Жабу, – вспомнила Маргарита, – мы с девочками чуть не умерли от смеха!

– Да, мы с Овражкиным тоже посмеялись! – сказал Митя и, заметив вытянувшееся лицо Полины, которая просто не смогла бы вспомнить, когда именно они нашли ее рисунок, быстро добавил: – Так ты тоже рисуешь?

– Нет, – Полина замотала головой. – Жаба – это мой единственный шедевр. Не уверена, что будут еще.

– Тогда попробуй создать их сейчас. Нарисуй Овражкина. Схлестнемся в рисовальном поединке.

Полина взяла со стола блокнот и села на Маргаритин диван. Анисья тут же присоединилась к ней и стала наблюдать. Не прошло и пары минут, как раздался взрыв хохота. Маргарита с Василисой вдруг покатились со смеху, Полина подняла голову и тут же вскочила с дивана: Сева вылез из-за стола, собравшись взглянуть на свой портрет, но не смог сделать и двух шагов. Он просто упал на Маргаритин диван, едва не придавив Анисью, которая не успела вовремя отойти.